Читать и слушать книги
— Мам, Соньке машину подарили! Белый БМВ, представляешь?
— Родители купили?
— Да какие родители? У неё мужчина. Взрослый. Женатый. Она его от всех прячет, но говорит, что он скоро всё решит.
Я слушала дочь и думала только об одном: бедная жена этого мужчины. Наверное, она ещё накрывает ему ужин, гладит рубашки и верит, что у них просто сложный период. Я тогда даже представить не могла, что этой женой окажусь я.
— Мам… — вечером сын протянул мне телефон, бледный как стена. — Я видел папу.
— Где?
— У апарт-отеля. Он был не один.
— С кем?
— С Соней. Подругой Леры.
Двадцать три года брака. Двое детей. Дом, работа, привычная жизнь, в которой я была уверена в муже больше, чем в самой себе. А потом выяснилось: мой Руслан купил дорогую машину двадцатилетней подруге нашей дочери и водил её туда, где не бывает случайных встреч. Он сказал, что устал. Что рядом с ней снова чувствует себя мужчиной.
— Родители купили?
— Да какие родители? У неё мужчина. Взрослый. Женатый. Она его от всех прячет, но говорит, что он скоро всё решит.
Я слушала дочь и думала только об одном: бедная жена этого мужчины. Наверное, она ещё накрывает ему ужин, гладит рубашки и верит, что у них просто сложный период. Я тогда даже представить не могла, что этой женой окажусь я.
— Мам… — вечером сын протянул мне телефон, бледный как стена. — Я видел папу.
— Где?
— У апарт-отеля. Он был не один.
— С кем?
— С Соней. Подругой Леры.
Двадцать три года брака. Двое детей. Дом, работа, привычная жизнь, в которой я была уверена в муже больше, чем в самой себе. А потом выяснилось: мой Руслан купил дорогую машину двадцатилетней подруге нашей дочери и водил её туда, где не бывает случайных встреч. Он сказал, что устал. Что рядом с ней снова чувствует себя мужчиной.
Альмира всегда знала, как быть «правильной»: безупречные дизайн-проекты, мягкий свет пастельных тонов и уютное, предсказуемое счастье рядом с Тимом. Её жизнь была аккуратным эскизом, в котором не было места острым углам и оглушительным звукам.
Решив всего лишь «попробовать» бас-гитару на одном занятии, Альмира не подозревала, что низкие частоты выбьют из-под её ног привычный фундамент.
Теперь вместо нежных оттенков в её руках — холодный металл струн и брутальный бетон индустриальных лофтов. Но чем увереннее она держит ритм, тем сильнее растёт пропасть между той, кем она была, и той, кем становится. Это история о болезненном перерождении и о тонкой грани между созиданием и разрушением. Сможет ли Альмира найти свой истинный голос, когда наставником в её новой реальности становится тот, кто привык играть только на поражение?
Решив всего лишь «попробовать» бас-гитару на одном занятии, Альмира не подозревала, что низкие частоты выбьют из-под её ног привычный фундамент.
Теперь вместо нежных оттенков в её руках — холодный металл струн и брутальный бетон индустриальных лофтов. Но чем увереннее она держит ритм, тем сильнее растёт пропасть между той, кем она была, и той, кем становится. Это история о болезненном перерождении и о тонкой грани между созиданием и разрушением. Сможет ли Альмира найти свой истинный голос, когда наставником в её новой реальности становится тот, кто привык играть только на поражение?
— Мам, мы теперь бедные? — Нет, зайка. Мы теперь свободные.
Катя Романова семь лет строила идеальную жизнь. Была правильной женой, красивым фоном, тенью успешного мужа — и так привыкла к этой роли, что почти забыла, как звучит собственный голос.
Почти. Пока однажды не открыла не ту дверь — и правильная жизнь закончилась. Началась настоящая.
Чемодан. Дочь. Чужая квартира. И бывший муж, который не собирается отпускать — не потому, что любит, а потому что не умеет проигрывать.
Впереди — суд. И тихое, упрямое открытие: оказывается, под всеми слоями чужих ожиданий ещё есть она. Настоящая. Живая. Злая. Смешная. Готовая начать сначала.
Катя Романова семь лет строила идеальную жизнь. Была правильной женой, красивым фоном, тенью успешного мужа — и так привыкла к этой роли, что почти забыла, как звучит собственный голос.
Почти. Пока однажды не открыла не ту дверь — и правильная жизнь закончилась. Началась настоящая.
Чемодан. Дочь. Чужая квартира. И бывший муж, который не собирается отпускать — не потому, что любит, а потому что не умеет проигрывать.
Впереди — суд. И тихое, упрямое открытие: оказывается, под всеми слоями чужих ожиданий ещё есть она. Настоящая. Живая. Злая. Смешная. Готовая начать сначала.
Он мой враг, и я должна его уничтожить, а вместе с ним и своё сердце, в котором всё ещё живёт любовь к нему...
Я наследница семейной бизнес-империи, но осталась ни с чем после загадочной гибели отца. И я точно знаю, кто виноват во всём — его лучший друг и бизнес-партнёр, Демид Валерьевич Громов.
Он думает, раз на его стороне правление и опыт, которого у меня ещё нет, значит, он победит в этой войне. Но у меня уже готов план, как забрать своё.
Да только в наши и без того непростые отношения вклинивается господин «случай», и теперь передо мной сложнейший выбор — наказать врага или простить любимого…
И я уже знаю, какой выбор сделаю…
Я наследница семейной бизнес-империи, но осталась ни с чем после загадочной гибели отца. И я точно знаю, кто виноват во всём — его лучший друг и бизнес-партнёр, Демид Валерьевич Громов.
Он думает, раз на его стороне правление и опыт, которого у меня ещё нет, значит, он победит в этой войне. Но у меня уже готов план, как забрать своё.
Да только в наши и без того непростые отношения вклинивается господин «случай», и теперь передо мной сложнейший выбор — наказать врага или простить любимого…
И я уже знаю, какой выбор сделаю…
— Сюрприз! — все хором закричали, отчего виновник торжества потерял брюки. Буквально.
Все приглашенные Надеждой гости уставились на красноречивую, не оставляющую места воображению сцену и замолчали. Тишина стояла оглушающая. Надежда же хмуро смотрела на любовников, которые еще пару минут предавались разврату в гостиной её квартиры.
— Надя? Что? — Ян пытался сказать что-то связное, но ничего не получалось. Когда тебя ловит на горячем жена это большой стресс, когда же свидетелями твоего кобелизма становятся все твои родные и друзья, то это можно характеризовать как катастрофу.
— Здравствуй, любимый, — хмыкнула Надя, — а мы тут тебе сюрприз в честь дня рождения устроили!
Все приглашенные Надеждой гости уставились на красноречивую, не оставляющую места воображению сцену и замолчали. Тишина стояла оглушающая. Надежда же хмуро смотрела на любовников, которые еще пару минут предавались разврату в гостиной её квартиры.
— Надя? Что? — Ян пытался сказать что-то связное, но ничего не получалось. Когда тебя ловит на горячем жена это большой стресс, когда же свидетелями твоего кобелизма становятся все твои родные и друзья, то это можно характеризовать как катастрофу.
— Здравствуй, любимый, — хмыкнула Надя, — а мы тут тебе сюрприз в честь дня рождения устроили!
— На что ты готова ради денег? — Никита смотрит в самую душу, не
сводя с меня холодного взгляда.
— Ты что-то конкретное предлагаешь? — пытаюсь держаться уверенно, хотя сердце стучит в ушах.
— Всё просто, Ника. Ты наконец-то становишься моей девочкой, а я решаю твои проблемы.
— Хочешь купить меня… — горько улыбаюсь.
— А не за этим ты разве сюда пришла?
***
Когда-то я верила в любовь и выбрала того, кто казался надёжнее — но он обманул меня, оставив в долгах и с разбитым сердцем. Теперь я работаю на износ и просто пытаюсь выжить. На вечеринке, куда меня затащила подруга в надежде найти мне спонсора, я встречаю Никиту — ошибдруга моего бывшего, богатого, дерзкого и того самого, кого когда-то отвергла. Теперь у меня нет права на ошибку и времени на гордость. Смогу ли я согласиться на его условия и не потерять себя? Или вновь проиграю… по любви?
❤️ Встреча через время
❤️ Денежные отношения
❤️ ХЭ
сводя с меня холодного взгляда.
— Ты что-то конкретное предлагаешь? — пытаюсь держаться уверенно, хотя сердце стучит в ушах.
— Всё просто, Ника. Ты наконец-то становишься моей девочкой, а я решаю твои проблемы.
— Хочешь купить меня… — горько улыбаюсь.
— А не за этим ты разве сюда пришла?
***
Когда-то я верила в любовь и выбрала того, кто казался надёжнее — но он обманул меня, оставив в долгах и с разбитым сердцем. Теперь я работаю на износ и просто пытаюсь выжить. На вечеринке, куда меня затащила подруга в надежде найти мне спонсора, я встречаю Никиту — ошибдруга моего бывшего, богатого, дерзкого и того самого, кого когда-то отвергла. Теперь у меня нет права на ошибку и времени на гордость. Смогу ли я согласиться на его условия и не потерять себя? Или вновь проиграю… по любви?
❤️ Встреча через время
❤️ Денежные отношения
❤️ ХЭ
— Подпишешь отказ, Надежда. Дом мой. Машины мои. Деньги мои.
— А я кем была для тебя всё это время, Сергей? Прислуга при твоей форме?
— Ты моя жена. Была. А теперь уйдёшь тихо.
— Не уйду. И молчать больше не буду.
Я двадцать два года была женой генерала. Начинала с ним в съёмной комнате, стирала форму руками, растила сына, ехала за ним куда скажут и верила, что мы семья.
А он изменил. Завёл молодую любовницу, заранее подготовился к разводу и решил оставить меня ни с чем. Думал, я испугаюсь его звания, денег и связей.
Но он ошибся.
***
Все герои и события в этом произведении вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, именами или обстоятельствами случайны. Сюжет является фантазией автора.
— А я кем была для тебя всё это время, Сергей? Прислуга при твоей форме?
— Ты моя жена. Была. А теперь уйдёшь тихо.
— Не уйду. И молчать больше не буду.
Я двадцать два года была женой генерала. Начинала с ним в съёмной комнате, стирала форму руками, растила сына, ехала за ним куда скажут и верила, что мы семья.
А он изменил. Завёл молодую любовницу, заранее подготовился к разводу и решил оставить меня ни с чем. Думал, я испугаюсь его звания, денег и связей.
Но он ошибся.
***
Все герои и события в этом произведении вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, именами или обстоятельствами случайны. Сюжет является фантазией автора.
— Соколова, с тобой рядом как в морге: тихо и холодно.
— Не будь идиотом, Громов. Сейчас не время спорить.
— Ты хоть раз можешь быть нормальной?
— Я нормальная. Это ты вечно лезешь и командуешь.
— Все потому что ты не видишь дальше собственного носа!
Ева - врач скорой помощи. Максим - спасатель МЧС.
Они вынуждены работать рядом, хотя мечтают придушить друг друга.
Он считает её ледяной. Она считает его самоуверенным.
И каждый их разговор заканчивается войной.
Вопрос только один: кто из них сорвётся первым и чем это закончится.
— Не будь идиотом, Громов. Сейчас не время спорить.
— Ты хоть раз можешь быть нормальной?
— Я нормальная. Это ты вечно лезешь и командуешь.
— Все потому что ты не видишь дальше собственного носа!
Ева - врач скорой помощи. Максим - спасатель МЧС.
Они вынуждены работать рядом, хотя мечтают придушить друг друга.
Он считает её ледяной. Она считает его самоуверенным.
И каждый их разговор заканчивается войной.
Вопрос только один: кто из них сорвётся первым и чем это закончится.
Набережные Челны, 1977 год.
В подвале обычной пятиэтажки Мансур Салфин учит пацанов держать удар, подчиняться дисциплине и жить по своим правилам. Для многих это становится спасением от улицы. Но спустя четверть века тот самый порядок обернётся системой страха, а железная воля — властью, за которую придётся платить сотнями лет тюремных сроков.
«29-й комплекс» — роман о том, как советский двор превращается в беспощадную машину, а дворовой кодекс — в закон сильнейшего.
Это история людей, строивших свой мир по единственным знакомым им правилам, и цена, которую заплатит каждый: тот, кто отдавал приказы, тот, кто исполнял, и тот, кто просто стоял рядом.
В подвале обычной пятиэтажки Мансур Салфин учит пацанов держать удар, подчиняться дисциплине и жить по своим правилам. Для многих это становится спасением от улицы. Но спустя четверть века тот самый порядок обернётся системой страха, а железная воля — властью, за которую придётся платить сотнями лет тюремных сроков.
«29-й комплекс» — роман о том, как советский двор превращается в беспощадную машину, а дворовой кодекс — в закон сильнейшего.
Это история людей, строивших свой мир по единственным знакомым им правилам, и цена, которую заплатит каждый: тот, кто отдавал приказы, тот, кто исполнял, и тот, кто просто стоял рядом.
— Верность придумали для слабых, — смеётся мой муж. — А измена для мужчины не порок. Это сила.
Я замираю у входа в ресторан. В руках — его документы. Под сердцем — наша дочь.
Дома — больной сын, который ждёт папу.
А рядом с Денисом сидит она. Красивая. Молодая.
— Денис… кто она?
Он даже не встаёт.
— Полина, не позорься. Ты же всё уже поняла. Едь к сыну.
Было невыносимо больно. Я хотела уйти. Но у дверей ресторана по ногам потекла кровь.
— Денис… мне плохо…
Я замираю у входа в ресторан. В руках — его документы. Под сердцем — наша дочь.
Дома — больной сын, который ждёт папу.
А рядом с Денисом сидит она. Красивая. Молодая.
— Денис… кто она?
Он даже не встаёт.
— Полина, не позорься. Ты же всё уже поняла. Едь к сыну.
Было невыносимо больно. Я хотела уйти. Но у дверей ресторана по ногам потекла кровь.
— Денис… мне плохо…
Выберите полку для книги