Читать и слушать книги

— Алиса, послушай, — начал муж, и голос у него был такой, каким он говорил со мной всегда. Спокойный, уверенный, немного снисходительный. — Это не то, что ты думаешь. Это... работа. Ты же понимаешь, я делаю это ради нас. Ради нашего будущего.
Смотрела на его губы, которые двигались, выдавая эти чудовищные, лживые слова. Ради нас? Ради будущего? Он только что изменил мне с главврачом на столе конференц-зала, а теперь говорит про будущее?
— Алиса, ну посмотри на меня, — он сжал мои пальцы сильнее. — Она может дать мне всё. Должность, деньги, перспективы. Я же не ради удовольствия... Ты ведь умная девочка, ты должна понимать.
Пять лет вместе, работаем в одной больнице, и я думала, что нашу размеренную жизнь ничто не может разрушить, но горько ошибалась. Я думала, что он любит меня, а оказалось, что он любит только деньги и власть. Оставив его в прошлом, я думала, что наши пути разошлись навсегда, пока он не появился на моем горизонте вновь, и решил вернуть меня…

Пока муж моей сестры рискует жизнью в горячей точке, она тратит его деньги и изменяет с другими. Однажды я застаю сестру с любовником. И в этот же момент звонит Миша, её муж.
Яна просит меня ответить вместо неё, а сама скрывается за дверью спальни с другим мужчиной.
Моё желание рассказать Мише правду, исчезает в ту же секунду, когда я понимаю – он ранен, и он звонит попрощаться…

Мужчина смотрит на меня, и я вдруг понимаю, что он тоже узнал. Он отпускает чужое запястье, гость слева что-то еще говорит, но он уже не реагирует, смотрит только на меня, будто не верит. Делает лишь один шаг.
— Лида?
Я отступаю.
Он останавливается и произносит мое имя так, как произносил только один человек во всем мире:
— Лидочка…

Четыре года назад мой жених погиб за два месяца до нашей свадьбы.
Я родила сына с его глазами, оборвала общение со всеми родственниками и переехала. Сейчас он стоит здесь, передо мной, абсолютно живой.

Он намерен вернуть нас с ребенком вопреки всему. Смогу ли я снова ему поверить спустя четыре года?

— Дальше поедешь не со мной, — произносит Егор с раздражением. — К маме. Откуда взял туда и возвращаю. Это твоя судьба.
— Ты с ума сошёл? — шепчу, оглядываясь по сторонам. — Егор, мне рожать через три недели.
— Я знаю. И что? — Смотрит холодно.
— Что значит — и что? Ты же вёз меня в Москву!
Усмехается:
— Передумал.
— Как — передумал?!
Он садится обратно в машину. Хлопает дверью. Звук блокировки. Опускает стекло.
— На развод я подам сам, — говорит, глядя перед собой. — Всё по закону. Алименты буду платить. Ребёнка не брошу.
— Егор…
— У меня есть любимая женщина, — перебивает с раздражением. — Скоро родится дочь. Не надо устраивать сцен.Извини, — пожимает плечами. — Так лучше для всех. Ты будешь под присмотром, но не моим, а твоей идиотки матери.

❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЙ ДЕНЬ!

Он ушел, оставив меня новой версией себя. Моя жизнь изменилась настолько, что я и представить себе не могла. И всё благодаря ему. Лавров Лео навсегда в моем сердце.

Мне удалось стать прокурором, как я и мечтала, теперь Виолетта Андреевна — та, кого не ждут в гости ни в одной организации. Не то чтобы я такая стерва, просто прокуроров априори не любят. А я обожаю, чтобы всё было по законам РФ.

Неожиданно меня приглашают на работу в столице, и я, упаковав кучу протезов для разного рода деятельности, без раздумий еду навстречу к новому. Но первым же заданием оказывается проверка фирмы того, кого я даже не сразу смогла узнать.

🔥ЭКСКЛЮЗИВНО🔥
— Ты себя давно в зеркале видела? Как баржа стала, Насть. А я, знаешь ли, нормальный мужик! Мне порой хочется красивую девушку. Это даже изменой не назовёшь. Это моя компенсация!
— Компенсация? Егор, ты… — в душе что-то оборвалось.
— Знаешь, а может и к лучшему!? Скоро я получу хорошее местечко в лучшем зале города, и до мастера осталось всего ничего. Так что в деньгах я больше не буду нуждаться. И тебя я уже давно даже не хочу. Кому вообще такая толстуха сдалась?
***
Судьбе, видимо, показалось, что этого для меня мало. В этот же день загорелась моя любимая ветклиника, в которой я работала.
Спасая кота, я застряла. Все мои родненькие 110 кг влезли под кушетку, но вылезти обратно не смогли. В момент отчаяния появился он! Великолепный и шикарный мужчина. Пожарный, что выбил дверь, вытащил меня из западни и...
Почему в итоге пришлось спасать этого рыцаря и орущего кота мне? И почему этот пожарный теперь так странно на меня смотрит?

— Возьми деньги, — Громов положил стопку купюр передо мной.
Я в непонимании посмотрела на них, затем перевела взгляд на Громова.
— Дим, зачем?
— Вика, не усложняй, пожалуйста, — каким-то не своим голосом сказал любимый и посмотрел так, что сердце моё моментально сжалось. — Мне сейчас не нужен ребёнок. Это на клинику.
— Но я… Я не могу. Это же наш малыш, — в ужасе прошептала и машинально приложила ладони к животу.
— Вика, да пойми же ты, — жёстко, со сталью в голосе сказал он. Его ладонь, лежащая на столе рядом с моей, сжалась в кулак. — Сейчас не до ребёнка!
— Но, Дим… — в ужасе прошептала я, с неверием и отчаянием смотря в некогда тёплые и такие любимые глаза, которые сейчас были полны холода и безжалостности.
— Ты любишь меня? — тихо и немного угрожающе спросил он.
— Конечно, люблю, — честно ответила я и почувствовала, как по щекам непроизвольно потекли слёзы. — Больше жизни люблю…
— Тогда тебе нужно сделать выбор, Вика! Я или ребёнок!

— Пашка! Живой… Господи, ты живой!
Полтора года я ждала Павла Вяземского, пропавшего без вести. Молилась за него, даже когда все уже потеряли надежду. Родила нашего сына и верила: однажды Ваня обязательно увидит отца живым.
И я дождалась.
— Маш, прекрати. Я женат.
— Что?..
— Уже полгода. И я люблю свою жену.
Я смотрю на женщину, которая подходит к нему, и не могу сказать главное.
Что семь месяцев назад Павел стал отцом.
Я дождалась любимого мужчину из небытия.
Только пока я жила надеждой на наше будущее, для него я давно стала прошлым.

Когда я вхожу в его офис, он даже не удивлён. Он сидит за своим огромным столом и подписывает бумаги. На столе лежит афиша с моим лицом, перечеркнутая красным маркером. Жирным, с нажимом. Поверх моего лица написано: «ЗАМЕНА».
– Я знал, что ты придёшь, – говорит он, не поднимая глаз. – Ты всегда приходила, когда тебе было больно. Ты думала, что я помогу? Нет, Лиза. Я устал помогать тебе.
– Ты устал? – я смеюсь. Это горький, хриплый смех. – Ты украл мои деньги, мои контракты, мою жизнь и ты устал?

— Мир, мы будем родителями. Я беременна. — Озвучила я любимому радостную новость.
— Я ЖЕ ПРОСИЛ! — заорал он так, что я вздрогнула всем телом. — Я ЖЕ ТЕБЯ ПРОСИЛ ПОДОЖДАТЬ!
Слова ударили меня, как пощёчина.
— Мир… — начала я, но он не дал мне договорить.
— Как так получилось, а?! Ты же пила таблетки? Или ты специально? Решила меня привязать? Думала, если залетела, так я теперь никуда не денусь?
— Нет! Что ты! Я не специально! Это случайно, я не знаю, как так вышло, может, пропустила или антибиотики повлияли…
— Ты видишь, Ульяна? Ты видишь, в каких условиях мы живём, мать твою?! — Он обвёл рукой нашу прихожую, тесную, с облупившимися обоями, с дешёвым линолеумом.
— Мир, я всё равно сижу дома, — сказала я, чувствуя, как голос начинает дрожать, как слёзы уже текут по щекам. — У меня есть время.
— Я сказал тебе, — произнёс он медленно, чеканя каждое слово, — НИКАКИХ. ДЕТЕЙ. Пока. Ясно
— И что ты предлагаешь? — спросила я шёпотом, хотя уже знала ответ.
— А ты как думаешь?