Читать и слушать книги

- Ты глупее, чем я думал. Неужели считаешь, что я поверю, будто ты беременна от меня?!
- Но это же ваш ребёнок, у меня больше не было мужчин! Если не верите мне, давайте сдадим анализы на определение вашего отцовства...
- Мне не нужен ребёнок от продажной девки! - заявил тот, кто стал моим первым и единственным, тем самым вынося мне приговор.
***
Я согласилась продать свою невинность, чтобы забрать сестру из детского дома. Вот только в ту ночь прокурор Бессонов не только забрал мою невинность, но ещё и оставил мне сюрприз в виде двух полосок на тесте для определения беременности…

— Я никогда её не полюблю. И никогда не разделю с ней постель, — безжалостно чеканит мой муж.
В нашу первую брачную ночь. Стоя за дверью спальни.
— Она твоя законная жена! — в ярости рычит его отец.
— Жена для вас и для общества. Но в моем сердце была и останется другая. А к вашей Марианне я даже пальцем не притронусь.
Я стою на вершине лестницы в роскошном свадебном платье и слышу каждое слово. Мой новоиспеченный муж, суровый герой войны, бросил меня прямо за свадебным столом ради звонка от бывшей.
Меня навязали ему силой. Я для него — обуза и пустое место.
Но почему тогда, войдя в спальню и закрыв за нами дверь, он медленно стягивает галстук и смотрит на меня таким темным, голодным взглядом?

— Ася?..

— Вы обознались! — выдыхаю я, чувствуя, как живот скручивает первая настоящая схватка.

— Срок какой?! — рычит бывший, хватая меня за плечи. — Чей это ребёнок?

— Это не от тебя!

— Да конечно! — хмыкает он, подхватывая меня на руки. — От кого тогда?! Говори, чёрт тебя дери!

Восемь месяцев назад я сбежала от любимого мужчины, оставив в прошлом нашу любовь и тайну, о которой он не должен был узнать.

Но теперь Глеб убеждён, что этот ребёнок его.

И на этот раз он не отпустит ни меня, ни малыша.

— Я тобой брезгую, — спокойно говорит мой муж.
В нашу брачную ночь.
Смотрю на Азамата и не узнаю того, кого когда-то считала самым достойным мужчиной.
— Подбирать то, что уже потоптано чужими ногами, не в моих правилах, — чеканит он. — Сиди тихо и пользуйся шансом, который тебе подарила судьба.
— А как же... наследники? — вырывается у меня.
Он усмехается и берёт с комода ключи от машины.
— То, что я брезгую своей женой, не значит, что я собираюсь держать целибат. Меня ждёт долгая и очень приятная ночь. С той, к которой захочется прикоснуться...

– Мне лететь через двадцать минут. Где тут новый врач, чтобы поставить допуск к вылету? – Заходит ко мне в кабинет высоченный мужчина в форме.
– Сначала осмотр, – указываю ему на стул.
Мда… так себе приемчик.
– Мне некогда с вами тут рассиживаться. Врач где? Сокол А. Д.
– Я врач. Сокол Анна Дмитриевна.
– У нас что, в госпитале мужиков не осталось, что сюда баб отправляют? Ставь, – кидает мне свою предполетную книжку, – мне лететь надо.
– Сначала осмотр.
– Нормально все со мной. Не надо меня осмтаривать.
Краснов Дмитрий Анатольевич. Майор. Командир авиационной эскадрильи. Позывной “Гранит”.
Беру его книжку, ставлю: “К полету не допущен”.
– Ты что делаешь?
– Во-первых, не ты, а вы. А во-вторых, к полету вы не допущены, потому что отказались от обследования.
– Можете чемодан не разбирать. Сегодня же полетите обратно, Сокол. Прямиком в свой тыловой ад.
Мне кажется, еще больше стала ненавидеть мужчин.
– Отдыхайте, майор Краснов. Сегодня небо без вас.

Оля сбежала за город в старый мамин домик зализывать раны после развода. Муж ушел к молодой фитнес-тренерке, детям она стала не нужна, и только бездомная кошка Варежка составляет ей компанию. Можно реветь вдоволь и собирать себя по кускам, сколько влезет - никого же нет вокруг... Дети не звонят, муж счастлив в своей новой жизни, и только Оле приходится начинать все заново одной.
Только однажды на соседний участок приезжает сосед. Молодой, раненный и молчаливый.
У него нет прошлого, которое можно рассказать. У неё нет будущего, в которое она ещё верит. И все вдруг идет не по плану...

- Нет, Никита, нет! - кричу я, но удержать здорового мужчину не успеваю. Его увесистый кулак летит прямо в ухмыляющееся лицо Коваля. Тишину позднего вечера разрывает отчетливый звук удара...
- Это залет, боец - довольно ухмыляется он и сплевывает кровь на асфальт - Ты ударил старшего по званию, пойдешь у меня под трибунал, щенок - рычит он.
- А мне плевать, - не менее грозно вторит ему Никита - Немедленно извинитесь перед моей матерью! Иначе я вас размажу прямо здесь, не смотря на травму...
- Матерью? - ошалело переспрашивает он и переводит на меня шальной взгляд - Это твой сын? А кто его отец? - напряженно звучит вопрос...
💘
Двадцать пять лет назад он бросил меня беременную, а сегодня стоит передо мной и смеет угрожать моему сыну, ставить мне условия и требовать ответы на свои вопросы...

Утром мне звонят из нотариальной конторы. Сотрудница успевает сказать одно лишнее слово — «завещание» — и тут же пытается закончить разговор.
Есть только одна проблема.
Мой муж — генерал Аркадий Ратников — жив, здоров и час назад поцеловал меня перед уходом на службу.
А потом я узнаю, что у него есть квартира, о которой мне ничего не известно. И завещана она другой женщине и её восьмилетнему сыну.
Двадцать четыре года брака. Двое детей. Переезды, гарнизоны, его карьера, наш дом, общие деньги и жизнь, в которой я считала себя самым близким ему человеком.
Оказывается, у Аркадия была ещё одна жизнь.
Инесса. Тайные встречи. Квартира. Деньги. Обещания, которые он давал ей, возвращаясь вечером ко мне.
Только мой муж плохо меня знает, если думает, что после всего этого я стану бороться за него.
Я лучше разберусь, сколько ещё правды он спрятал за генеральскими погонами.
А потом впервые за двадцать четыре года решу, какой будет моя жизнь без его приказов.

— Снимите очки, Новикова, — голос Генерального звучит пугающе низко.
— З-зачем, Олег Александрович?
Он делает шаг в мое личное пространство, заставляя вжаться в дверной косяк. Его пальцы касаются оправы, стягивая очки вниз.
— Они мешают мне рассмотреть кое-что.
Взгляд босса скользит по моему лицу и задерживается на губах.
Я замираю, боясь выдать себя.
— Вы вся бледная, Тея, — хрипит над ухом. — Боитесь, что все раскроется?
— Что Вы делаете? — сиплю, когда его пальцы касаются моих скул.
— Тише, Новинкова… Я просто проверяю, — хрипит он и… склоняется к моим губам.
____
Мой Генеральный объявил на меня охоту, и я не понимаю из-за чего… из-за поцелуя на маскараде за скрытой маской или из-за того, какой трындец я вычудила после?!

— Женя, не бросай меня! — молю в отчаяние. — Я нужна сыну!
Он кидает на меня взгляд. В его глазах страх. Настоящий, животный. Физически ощущаю его ужас. Женя не хочет умирать. Боится, что ещё один взрыв — и всё. Конец.
— Надя, — его голос срывается. — Я не хочу умирать. Мотя не должен погибнуть. Нужно спасать его. Идти за помощью.
— Но я жива! — кричу, со всей силой упираясь плечом в деревянную створку. — Помоги! Дёрни на себя со всей силой. Ещё сантиметров десять и я пролезу. Ты можешь меня вытащить!
— Нет, не могу, — хрипит он отводя взгляд. — Если я останусь, мы с Мотей погибнем.
— Женя, умоляю!
— Прости, — он возвращается в комнату, с грохотом откидывается секретер с документами. Выходит с сумкой через плечо и замотанным в плед Матвеем. Бросает: — Отнесу сына и приведу помощь. Твоя задача дождаться!