Читать и слушать книги

— Она отвратительная хозяйка, неряха, вечно всё теряет и забывает, к тому же глупая. Олег мне несколько раз жаловался, что с ней даже поговорить не о чем.
— Да, Машка такая. И куда Олежек глядел, когда её замуж брал? Ни кожи ни рожи, ни фигуры, сама как палка, да ещё и безвкусно одевается.
— Вот и я о чём. И даже родить сама не смогла!

То, что свекровь вместе со своей сестрой перемывают мне кости, меня уже даже не задевает.
Поражает другое...

— Ой, Тань, я тебе по секрету скажу — у Олежека на работе появилась одна девочка. Умница и и красавица, не то, что Машка! Ты только никому не сболтни, но Олежек мой к ней неровно дышит. И один раз они уже…
Не в силах это слушать, я резко толкаю дверь ногой и влетаю в гостиную.
— Что они уже?!

***
Я узнала об измене мужа прямо в день выписки из роддома. Муж — даже не извинился, свекровь уже ждёт новую невестку, а я… Уехала вместе с дочерью, чтобы начать новую жизнь, даже не подозревая, что получу удар в спину от родного человека.

Говорят, встретить бывшего мужа — к несчастью. Встретить бывшего мужа на закрытом теплоходе посреди Енисея — к катастрофе!
Лера всего лишь хотела сбежать от депрессии после развода, выгулять роскошное красное платье и вдохнуть речной воздух. Но вместо этого на борту её ждет «сюрприз»: бывший благоверный со своей новой змеей-пассией.
Чтобы не выглядеть неудачницей, Лера идет на отчаянный шаг — решает доказать бывшему, что счастлива, и втягивает в свою игру слишком красивого и пугающе сурового капитана. Только вот у речного волка свои правила навигации, и играть по чужим указкам он не привык.
В замкнутом пространстве теплохода закипают такие страсти, что великая река вот-вот выйдет из берегов. Бывший внезапно кусает локти и умоляет вернуться, его девица брызжет ядом, а капитан включает «режим хозяина». Удастся ли Лере выйти из этого круиза с гордо поднятой головой... и целым сердцем?

— Ты из-за этого куска бумаги собираешься разрушить наш брак? — муж небрежно отодвигает от себя скомканную фотографию.
— Это не я его разрушила, а ты, когда пустил в нашу постель мою крестницу, — голос звучит ровно, хотя внутри всё выжжено дотла.
— Аня, прекрати, мы взрослые люди. У нас общий бизнес, империя. Ты всё это перечеркнешь из-за ничего не значащей интрижки?
— Это дочь моей покойной сестры, Игорь.
— Успокойся. Ты без меня всё равно не справишься.

Двадцать пять лет я была идеальной женой. Строила вместе с ним бизнес, была надежным тылом, прощала недостатки. До того дня, пока не нашла снимок, на котором мой муж снят в номере отеля с самым близким мне человеком.
Он уверен, что я проглочу обиду, испугавшись остаться без его статуса и связей. Думает, что фундамент, на котором держится его жизнь, не рухнет.
Он ошибается.

Я подношу пиджак мужа к лицу. Цветочный запах. На воротнике — длинный светлый волос. Но мои — темные.
— У тебя кто-то есть? — спрашиваю я за ужином.
— Нет. С чего ты взяла? Ты что, с ума сошла?
Но я уже чувствую, что он врет.
***
Звонит телефон. Соня.
— Мама, приезжай скорее! Здесь туфельки тети Маши! Они с папой закрылись в твоей комнате и кричат!
Я лечу домой. На полу в коридоре — бежевые туфли с бантиком. Те самые моей сестры.
На втором этаже доносятся звуки, так знакомые мне. стоны. Её голос говорит обо всем.
Дверь заперта. Я достаю запасной ключ.
— Аня, послушай… — кричит он изнутри, но я уже поворачиваю замок.
***
Два самых близких человека. Они разрушили мою семью. Мое доверие. Мою веру в людей.
Но я не позволю им уничтожить меня. Я не позволю им уничтожить мою дочь. Я отомщу всем ради нее!

Проскакиваю на красный.
Мотор ревёт, кровь кипит.
Хочу убить собственного мужа.
Позор на открытии отеля, подрыв репутации компании, срыв многомиллионной сделки.
И вишенка на торте – он завёл любовницу.
Сейчас я разберусь с последствиями его тупости и оторву ему голову.
А потом подам на развод.

– Ты уничтожаешь дело всей моей жизни, Сафият!
– Нет, Тамерлан, – отвечаю я, поправляя рукав делового жакета. – Ты сам смешал его с грязью, когда привёл в нашу постель свою сомелье. Я лишь мою полы этой грязью.
Он бьёт кулаком по двери винного погреба, и бутылки на полках испуганно звенят.
– Это просто зависть! Твой жалкий блог о кулинарии никогда не станет чем-то серьёзным!
Я слегка улыбаюсь, доставая из сумки кожаную папку с документами о праве собственности на здание его флагманского ресторана.
– Это только начало нашего разговора, Тамерлан. Между мной, тобой и твоей «лучшей сотрудницей» Кариной.

Дверь была приоткрыта ровно настолько, чтобы я могла видеть.
Я не толкала её. Не прикасалась. Она просто стояла так — с этой тонкой золотой полосой света у порога, с женским смехом за ней — и я смотрела в щель, как смотрят в замочную скважину чужой жизни. Только это была моя жизнь. Моя — и всё же совершенно чужая.
Я увидела фрагменты. Как в разбитом зеркале — осколки, каждый из которых отражает что-то отдельное, и мозг судорожно пытается сложить их в картину, хотя лучше бы не складывал.
Прикроватная тумба. На ней — бутылка. Тёмно-бордовая, с характерной этикеткой. «Бароло». То самое. Не такое же — именно то, потому что такое в Москве не найти просто так, я искала неделю и была единственным человеком в этом городе, который нашёл последнюю бутылку в маленьком магазине на Чистых прудах.
Я стояла и смотрела на эту бутылку.
Потом увидела его.
Женщину я увидела через секунду...

Марина привыкла быть удобной: не спорить, не требовать, сглаживать острые углы и сохранять семью даже тогда, когда внутри всё давно трещало по швам.

Но однажды муж предал её не просто как женщину. Он забрал у неё самое дорогое — дочерей.

После измены Павел оставил детей у себя, прикрывшись деньгами, связями, красивым домом и словами о «стабильности». Марине оставили короткие звонки, редкие встречи и роль матери, которой будто разрешают любить по расписанию. Рядом с девочками уже появилась другая женщина — мягкая, аккуратная, удобная для новой семейной картинки.

Только Марина больше не собирается молчать.

Теперь у неё есть боль, которую нельзя показать детям. Злость, которую нужно превратить в силу. Адвокат, сухие документы, свидетели, записи, детские рисунки, оранжевые носки старшей дочери и маленькая ладошка младшей, которая всё ещё ищет маму в темноте.

Это история не о мести.

Это история о женщине, которая перестала исчезать ради чужого спокойствия, вернула себе гол

Кто бы подумал, что я окажусь перед закрытой дверью кабинета, в котором притаились мой муж и его любовница, но вот этот день настал.
– Кто там? – Если судить по недовольному голосу мужа, то я прервала его на самом интересном месте.
– Конь в пальто! Костя, а с какой это радости ты закрылся в кабинете?
Молчание – вот что последовало за моим вопросом.
– Лучше открой дверь, иначе будет хуже!
– Вера? Это ты?
– Что за глупый вопрос? Ты не можешь по голосу узнать собственную жену?
– А ты что здесь делаешь?
– А ты и дальше собираешься задавать мне нелепые вопросы?
Но в ответ снова последовало молчание.

В мой свадебный салон внезапно приходит беременная дочь моей подруги, и я становлюсь невольным свидетелем ее разговора:
— Юра сказал, что мы поженимся, как только он разведется. Он уже сделал мне предложение, — раздается из примерочной голос Милы.
Из дальнейшей беседы становится ясно, что она ждет ребенка от моего мужа и собирается выйти за него.
У меня в голове это не укладывается.
Милана выросла на моих глазах, ее мать — моя лучшая подруга. Неужели у нее отношения с моим мужем, который старше ее на двадцать лет?
Мы много лет в браке, у нас взрослая дочь, которая скоро подарит нам внука, и тут словно гром среди ясного неба: муж уходит от меня к любовнице.
***
— Милана родила, — сообщает супруг. — Роды были тяжелыми. Она в реанимации. С ребенком все в порядке, но Миле придется долго восстанавливаться, поэтому я принял решение: через несколько дней я заберу сына из роддома и привезу сюда. Поможешь мне с ним, пока Мила в больнице. Она тебе не чужая все-таки. Выросла у тебя на глаз