Книги в жанре «Романтическая комедия»
– Мне бабы на базе не нужны, поняла меня?
– Я не баба! Я почти лейтенант ВДВ! – сверкнула она глазищами.
– Значит, так, почти лейтенант! Дорогу расчистят, валишь обратно, все ясно?
– Да и пожалуйста! Больно надо с таким твердолобым служить!
С кем?!
Мне обещали толкового бойца. Без погон, но толкового. А приехала ОНА! Наглая нахалка с во-от такими глазами! Во-от такими волосами! А характер?! Она - сплошная проблема, она что-то скрывает. К черту, пусть едет обратно!
Я решил так, но горы решили иначе.
Кавказ запер нас обоих. Или дал один шанс на двоих?
– Я не баба! Я почти лейтенант ВДВ! – сверкнула она глазищами.
– Значит, так, почти лейтенант! Дорогу расчистят, валишь обратно, все ясно?
– Да и пожалуйста! Больно надо с таким твердолобым служить!
С кем?!
Мне обещали толкового бойца. Без погон, но толкового. А приехала ОНА! Наглая нахалка с во-от такими глазами! Во-от такими волосами! А характер?! Она - сплошная проблема, она что-то скрывает. К черту, пусть едет обратно!
Я решил так, но горы решили иначе.
Кавказ запер нас обоих. Или дал один шанс на двоих?
- Ты зачем половину квартиры ей продала? – у Сашки лицо злое, глаза молнии мечут, боюсь-боюсь, напугал.
- А что такое? – сделала глаза удивлённые. – Это же твоя любимая женщина, полгода ты с нею тёрся, вот и живите дружной семьёй, мешать не буду.
- Ты мне должна была предложить твою долю выкупить, по закону так положено, - ах, мы ещё и законы знаем?
- А у тебя что семь миллионов есть сейчас? – именно за столько я его полюбовнице свою долю и продала.
- Нет, но…
- Ну а в чём тогда вопрос? – скажи спасибо, что за такие дела рожу не расцарапала.
- Да не хочу я с нею жить!
- А придётся, милый Саша! – поправила свою новую причёску, демонстративно по выдающейся фигуре руками провела, закинула ремешок сумочки на плечо и красиво пошла к своей новой машине. – Будь счастлив, дорогой!
Думала, ну всё заживу спокойно! Да как бы не так!
Соседа Угрюмого мне бог подкинул!
- А что такое? – сделала глаза удивлённые. – Это же твоя любимая женщина, полгода ты с нею тёрся, вот и живите дружной семьёй, мешать не буду.
- Ты мне должна была предложить твою долю выкупить, по закону так положено, - ах, мы ещё и законы знаем?
- А у тебя что семь миллионов есть сейчас? – именно за столько я его полюбовнице свою долю и продала.
- Нет, но…
- Ну а в чём тогда вопрос? – скажи спасибо, что за такие дела рожу не расцарапала.
- Да не хочу я с нею жить!
- А придётся, милый Саша! – поправила свою новую причёску, демонстративно по выдающейся фигуре руками провела, закинула ремешок сумочки на плечо и красиво пошла к своей новой машине. – Будь счастлив, дорогой!
Думала, ну всё заживу спокойно! Да как бы не так!
Соседа Угрюмого мне бог подкинул!
Тётя Зина умерла, но кабинет без присмотра не оставила. Пока Акулина привыкает слышать её голос, за помощью приходит флористка Соня.
Стоит девушке кого-нибудь похвалить — обязательно случается беда. Клиенты считают её сглазливой, жених отменяет свадьбу, а популярная ясновидящая требует восемьдесят тысяч за очищение.
Акулина подозревает, что кому-то выгодно превращать случайности в проклятие. Роман задаёт всего несколько вопросов — и снова оказывается втянут в расследование.
Но старый браслет Сони пугает даже тётю Зину. А следы нового дела ведут в прошлое, о котором Акулине никто не рассказывал.
Стоит девушке кого-нибудь похвалить — обязательно случается беда. Клиенты считают её сглазливой, жених отменяет свадьбу, а популярная ясновидящая требует восемьдесят тысяч за очищение.
Акулина подозревает, что кому-то выгодно превращать случайности в проклятие. Роман задаёт всего несколько вопросов — и снова оказывается втянут в расследование.
Но старый браслет Сони пугает даже тётю Зину. А следы нового дела ведут в прошлое, о котором Акулине никто не рассказывал.
- Вы зачем уволенную официантку в моём кабинете закрыли?
Я буквально полчаса назад выгнал девушку за то, что она распугала посетителей в ресторане!
Но у моих дочерей на эту официантку особые планы...
- Мы не заклыли её, пап... мы ловили тебе новую маму... на живца!
- На какого ещё живца? - спрашиваю удивлённо.
- На племию годовую, - отвечают девочки на полном серьёзе, - Ты всегда занятой, пап, воть мы взяли всё в свои луки и саму маму нам нашли...
Девочек в наказание оставляю без мороженного, а официантку всё равно с позором прогоняю. Вот только судьба-злодейка опять сводит нас вместе. Но теперь от этой официантки зависит жизнь одной из моих дочерей! И цена за спасение малышки очень высока...
Я буквально полчаса назад выгнал девушку за то, что она распугала посетителей в ресторане!
Но у моих дочерей на эту официантку особые планы...
- Мы не заклыли её, пап... мы ловили тебе новую маму... на живца!
- На какого ещё живца? - спрашиваю удивлённо.
- На племию годовую, - отвечают девочки на полном серьёзе, - Ты всегда занятой, пап, воть мы взяли всё в свои луки и саму маму нам нашли...
Девочек в наказание оставляю без мороженного, а официантку всё равно с позором прогоняю. Вот только судьба-злодейка опять сводит нас вместе. Но теперь от этой официантки зависит жизнь одной из моих дочерей! И цена за спасение малышки очень высока...
- Здрасьте… - огромными глазами взираю на здоровущего мужика с яйцами в руках.
С обычными. Куриными в смысле. Но до странного большими. Тут даже не С0…
А он смотрит так, будто бы я ему всю жизнь испортила, хотя я его вообще первый раз вижу! И к слову, вижу довольно хорошо… Благодаря тому, что из одежды на нём только одно полотенце, обёрнутое вокруг бёдер...
- Меня услуги не интересуют, - его голос гремит, а в глазах читается презрение, когда проходится тяжёлым взглядом по моему вечернему платью и накинутой поверх шубке…
Я тут же вспыхиваю, осознавая, за кого он меня принял.
- Вообще-то я не к вам! – рявкаю, приподняв подбородок. – Где Янка?
Эксгибиционист хмурится.
- Так, пышка, тут никаких Янок нет, так что давай, на выход, - поджимает губы раздражённо.
- А можно я проверю? – выдаю от холода и шока. Потому что кажется то, что у него под полотенцем, приходит в движение…
- Ну нет конечно! А ты как думала, алкоголичка?
- Ктооо?! – оскорбляюсь я. – Сам вы…- только тут до меня и
С обычными. Куриными в смысле. Но до странного большими. Тут даже не С0…
А он смотрит так, будто бы я ему всю жизнь испортила, хотя я его вообще первый раз вижу! И к слову, вижу довольно хорошо… Благодаря тому, что из одежды на нём только одно полотенце, обёрнутое вокруг бёдер...
- Меня услуги не интересуют, - его голос гремит, а в глазах читается презрение, когда проходится тяжёлым взглядом по моему вечернему платью и накинутой поверх шубке…
Я тут же вспыхиваю, осознавая, за кого он меня принял.
- Вообще-то я не к вам! – рявкаю, приподняв подбородок. – Где Янка?
Эксгибиционист хмурится.
- Так, пышка, тут никаких Янок нет, так что давай, на выход, - поджимает губы раздражённо.
- А можно я проверю? – выдаю от холода и шока. Потому что кажется то, что у него под полотенцем, приходит в движение…
- Ну нет конечно! А ты как думала, алкоголичка?
- Ктооо?! – оскорбляюсь я. – Сам вы…- только тут до меня и
— Булка? Опять ты?!
— Ты всё такой же хам и нахал!
— Значит, узнала.
Ещё бы не узнать! Когда-то Матвей Потанин был моей главной школьной головной болью: задирался, воровал мои тетради с домашкой и обзывал Булкой.
Прошло двадцать три года.
И теперь его дочь учится в моём классе, а мой сын — в его частной спортивной школе.
И, кажется, главный урок в этой истории ещё только начинается.
— Ты всё такой же хам и нахал!
— Значит, узнала.
Ещё бы не узнать! Когда-то Матвей Потанин был моей главной школьной головной болью: задирался, воровал мои тетради с домашкой и обзывал Булкой.
Прошло двадцать три года.
И теперь его дочь учится в моём классе, а мой сын — в его частной спортивной школе.
И, кажется, главный урок в этой истории ещё только начинается.
Демьян Разумовский один воспитывает дочь. Ему кажется, что он отлично справляется со своей ролью отца-одиночки. Но мама Демьяна считает иначе: она пытается найти новую жену сыну и маму - внучке.
Маленькой Кире не по душе бабулины претендентки, и она решает взять ситуацию в свои руки. У нее даже есть, чем заплатить за услуги мамы - бантами и заколками.
Маленькой Кире не по душе бабулины претендентки, и она решает взять ситуацию в свои руки. У нее даже есть, чем заплатить за услуги мамы - бантами и заколками.
- Паш, да с кем ты там переписываешься весь вечер? – вижу печатает что-то, улыбается.
- Э… да это насчёт работы…, - «Юра-механик» насчёт работы? Я думала он по специальности ищет.
И стала я после этого замечать, что как только этот самый Юра позвонит, так мой Паша сразу с телефоном в другую комнату бежит… да ещё и дверь закрывает.
Раздобыла номер, позвонила… ну так и есть, голос женский…
Ну я тебе, гад, устрою! Век помнить будешь Люду, хорошо хоть правда до свадьбы открылась!
Свадьбу отменила по причине отсутствия жениха, ну не судьба, видать, мне замужем быть, семью свою иметь…
После такого на мужиков смотреть не могу, одни вруны и прилипалы кругом!
Только беда не приходит одна, в отделение интенсивной терапии, в состоянии средней тяжести поступает мой бывший… и то ли от большой благодарности, то ли от воспылавших вновь чувств снова подбивает ко мне клинья.
Ну нет, к вашему брату никакого доверия у меня больше нет, я лучше кота заведу себе, нервы целее будут!
- Э… да это насчёт работы…, - «Юра-механик» насчёт работы? Я думала он по специальности ищет.
И стала я после этого замечать, что как только этот самый Юра позвонит, так мой Паша сразу с телефоном в другую комнату бежит… да ещё и дверь закрывает.
Раздобыла номер, позвонила… ну так и есть, голос женский…
Ну я тебе, гад, устрою! Век помнить будешь Люду, хорошо хоть правда до свадьбы открылась!
Свадьбу отменила по причине отсутствия жениха, ну не судьба, видать, мне замужем быть, семью свою иметь…
После такого на мужиков смотреть не могу, одни вруны и прилипалы кругом!
Только беда не приходит одна, в отделение интенсивной терапии, в состоянии средней тяжести поступает мой бывший… и то ли от большой благодарности, то ли от воспылавших вновь чувств снова подбивает ко мне клинья.
Ну нет, к вашему брату никакого доверия у меня больше нет, я лучше кота заведу себе, нервы целее будут!
— Горько! Горько! — дружно гудел народ.
А мне хоть не кричи «горько». Горчило и без подсказок. Кто бы ещё месяц назад сказал, что я окажусь под венцом с соседским хрычом.
— Что ж вы, Валенька, губки свои ко мне не тянете?
Сидит довольный, как кот у сметаны.
Тянула бы. За ухо. Через весь двор.
Да вот только свадьба эта нужна мне куда больше, чем ему. Ради внучки. Ради маленькой Марусеньки. Ради неё я и не на такое пошла бы.
Даже выйти замуж за мужчину, которого терпеть не могу.
Вот только я не учла одной мелочи: соседский хрыч вовсе не собирался играть роль фиктивного мужа.
А мне хоть не кричи «горько». Горчило и без подсказок. Кто бы ещё месяц назад сказал, что я окажусь под венцом с соседским хрычом.
— Что ж вы, Валенька, губки свои ко мне не тянете?
Сидит довольный, как кот у сметаны.
Тянула бы. За ухо. Через весь двор.
Да вот только свадьба эта нужна мне куда больше, чем ему. Ради внучки. Ради маленькой Марусеньки. Ради неё я и не на такое пошла бы.
Даже выйти замуж за мужчину, которого терпеть не могу.
Вот только я не учла одной мелочи: соседский хрыч вовсе не собирался играть роль фиктивного мужа.
🔥Сегодня максимальная скидка 🔥
1 сентября. Праздник.
Но мне, учителю начальных классов, приспичило поставить на место наглого олигарха, а потом ещё подписать контракт на двойку с его дочкой, что учится в моём классе.
Теперь этот олигарх не отстаёт от меня, а я пытаюсь понять: кто-то из нас троих вообще понимает, что происходит?
~~~
Педагогика — опасная штука.
1 сентября. Праздник.
Но мне, учителю начальных классов, приспичило поставить на место наглого олигарха, а потом ещё подписать контракт на двойку с его дочкой, что учится в моём классе.
Теперь этот олигарх не отстаёт от меня, а я пытаюсь понять: кто-то из нас троих вообще понимает, что происходит?
~~~
Педагогика — опасная штука.
Выберите полку для книги