Читать и слушать книги

- Рамазан, здравствуй. Пришла пожелать тебе и твоей невесте счастья.
Гости замолкают. Стихают барабаны.
Все звуки в мире умерли.
Есть только мой голос.
- Ты обещал жениться на мне и не выполнил обещания. Обесчестил меня, взял обманом. Но я всё равно желаю тебе счастья. Такого, какое ты заслужил, Рамазан. Веселись, пока не придёт время встретиться с всевышним.
Жених обманул, надругался надо мной, предложил стать любовницей.
Я сбежала, но быстро поняла, что в мире больших денег меня ждут участь содержанки.
Я совершила непоправимую ошибку.
А теперь мой спаситель требует плату за мою жизнь.
- Ты моя жена Эльмира. И будешь выполнять супружеский долг…

– Да не скули ты. Сказали же — понравишься Зверю, будешь жить как королева.
Я хотела поступить в институт и жить в общаге. Вместо этого оказалась в тачке с бандитами и попала в дом того, кого все боятся и называют Зверем.
Я не проститутка и не собиралась ею становиться. Просто оказалась не в том месте, не в то время. А теперь я перед ним — перед Рустамом, перед тем самым Зверем, который даже не спрашивает, хочу я остаться или нет.
Но почему-то, глядя в его тяжёлые глаза, я понимаю: этой ночью я уже отсюда никуда не уйду…

— Вы станете матерью моего ребенка. — Говорит он тихо, но четко.
Я вздрагиваю, но не подаю вида, что шокирована. Он, вероятно, просто переработал. Или спутал меня с кем-то. Я пришла устраиваться на работу, а не становиться матерью.
— Нет, я пришла чтобы…
— Я знаю зачем вы тут. И вы мне подходите.
— Подхожу? Вы же ничего обо мне не знаете. Я на должность помощницы только… — мямлю я.
— Я знаю о вас все. Вы невинны, молоды и здоровы. У вас прекрасная родословная и нет хронических заболеваний.
— Как племенная кобыла… бурчу я, не понимая, всерьез ли этот мужчина говорит мне такие вещи. Может, у миллионеров вообще всегда так? — Но я не согласна! — вспыхиваю наконец. Шутка явно затянулась.
— Меня не интересует то, что вы не согласны. Меня вообще мало что интересует. И ребенок — один из важных этапов моей жизни. А я, Мария, всегда беру то, что хочу! И даже не надейся на искусственные методы, все будет происходить естественным путем!

— Ты в ней дыру прожжешь, — насмешливо отмечает друг. — Так понравилась?
— Кто, больная эта? — повернувшись к нему, лениво усмехаюсь я. — Слежу, чтоб не кинулась просто. Покусает еще. Она же бешеная.

***
Мы не выносим друг друга с самой первой встречи. Она – новенькая в универе. Бойкая, дерзкая, упрямая. Каждое ее слово в мой адрес пропитано ядом. Порой я хочу придушить ее, а порой… прижать к стене и целовать до одури, чтобы она, наконец-то, заткнулась.
И с каждым нашей стычкой второй вариант привлекает меня все больше… Что за дела?

— Руку убери, мужик, она моя девушка. — Визжит ее парень.
— Не делай ей больно, щенок. У тебя ровно три секунды убрать руки. — Шиплю я.

Я не помню, как оказалась в туалете клуба. И почему жених там с другуой. И зачем он подсыпал мне что-то в шампанское. Помню только, как бежала от него через танцпол — и как незнакомец в синей рубашке перехватил мою руку на выходе.

Он спас меня. Увёз к себе. Не тронул, хотя я сама была готова. А утром я узнала, что мой спаситель — друг моего отца. Того самого, кто продал меня этому монстру в розовых кроссовках.

— Ты слишком стар для неё, — рычит отец.
— Она мой выбор, — отвечает мужчина.

Отец ещё не знает: я не просила разрешения. Я уже выбрала.

— Слушай, — говорю, пытаясь натянуть на лицо обычное выражение холодного превосходства. — Эта мышь… она сложная.
— В каком смысле?
— В прямом. Ни косметики, ни харизмы. Вообще ничего. Я даже не знаю, есть ли у неё грудь под этим свитером.
Дима ржёт.
— Погоди, Саня. Ты что, хочешь её?
— Нет. — Слишком быстро. — Просто… она странная.
— Ты покраснел.
— Я не краснею, мудак.
— Ты покраснел. — Дима пододвигается ближе, его глаза горят азартом. — Боже мой. Великий Александр Ветров, хирург от Бога, бабник номер один, покраснел из-за девочки в свитере с катышками.
— Закрой рот.
— А давай спор? — Дима улыбается своей хитрой, предвкушающей улыбкой. — Потанцуешь её до конца месяца — я отдаю тебе свой «Ягуар».
— У тебя нет «Ягуара».
— Будет. У дяди возьму. А если нет — отдаёшь мне «Порше».

— А вы, товарищ майор, с таким характером, кроме как командовать, ни на что не годны. Только и умеете, что "отойди", "не мешай". Вон, даже жену удержать не смогли.
Он медленно слезает, шаг за шагом. Я пячусь, пока спина не упирается в стену. Подходит вплотную, нависает скалой, берет меня за подбородок, заставляя смотреть в глаза.
— А ты дерзкая, — говорит тихо, и от этого голоса мурашки по коже. — Думаешь, если формы красивые и глаза наивные, то всё прощается?
— Цыплят, которые пищат, — произносит он медленно, вглядываясь в мои глаза, — ястреб клюёт.
– Андрей...
– Что? – Теперь я чувствую его дыхание на своём лице. Горячее, обжигающее.
– Не надо, – шепчу я, хотя сама не знаю, чего именно не надо.
– Надоело твоё кудахтанье, – выдыхает он и впивается в мои губы.

— Ты понимаешь, куда попала? — его голос низкий, опасный, заставляет кожу покрыться мурашками.
— Я… я просто заблудилась… — шепчу, отступая.
Он усмехается. Медленно. Хищно.
— Ко мне случайно не попадают, девочка.


Я всего лишь ехала на день рождения своего парня. С мыслями, что эта ночь станет для нас первой…
Но вместо праздника — предательство.
Вместо любви — правда, от которой хочется сбежать.
И вместо безопасного пути домой — дом незнакомца.
Мужчины, от которого невозможно оторваться.
И ещё сложнее — уйти.
Он опасен.
С ним не спорят.
И кажется… он уже решил всё за меня.

#НЕРАЗВОД
#НЕИЗМЕНА
#Мат и будет откровенно) Строго 18+

Будут признательна если поставите "НРАВИТСЯ")
Добавляйте в библиотеку, чтобы не потерять!

— Ну что, мой прекрасный цветок жасмина. Ты променяла мой дворец на эту лачугу. Неужели тебе здесь больше нравится? – шейх резко сокращает расстояние между нами, его руки с силой обхватывают мои плечи, не давая отступить.
— Как ты нашел меня? — голос дрожит, в груди все сжимается от страха. Теперь он не пощадит меня.
— Теперь я всегда знаю, где ты. Ты можешь убежать хоть на край света, но от меня не спрячешься. Я везде тебя найду.
Я приехала в гости к отцу, а он обманом отдал меня в гарем. Теперь я принадлежу жестокому шейху. Пусть он держит меня под замком, но я не стану покорной. Я буду бороться за свою свободу.

— Если ты не уснёшь... — он делает паузу. — Максимум месяц. Мозг перегреется. Откажет, как процессор без охлаждения. Сначала галлюцинации, потом потеря сознания, потом кома. И всё.
Я смотрю на него. Он смотрит на меня. Я не плачу. Я вою.
— Тихо, — говорит он. Не кричит. Голос низкий, жесткий, режущий. — Слезы здесь не помогут.
— Я... я умру? — шепчу я. — Дамир Рашидович, я правда умру?
Он наклоняется ко мне. Берёт моё лицо в ладони. Сильно. До боли. Заставляет смотреть в глаза.
— Ты умрёшь, — говорит он. — Если будешь сидеть и рыдать. Если не сделаешь то, что я скажу. Если будешь спорить. Но ты не будешь спорить. Поняла?
— Что я должна делать?
— Ко мне. Ты переезжаешь ко мне.