Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР»
Добро пожаловать в ад под названием «Любовь».
Для мира он — Дэмиен Блэк: неоспоримый король подпольных гонок в Лос-Анджелесе, чемпион запрещенных боев без правил, ходячая опасность, покрытая татуировками и цинизмом. Для нее он стал кошмаром, ворвавшимся в ту самую ночь, когда рухнула ее прежняя жизнь.
Элизабет «Лиззи» Морено мечтала рисовать, но получила роль пешки в чужой игре. Чтобы спасти брата от тюрьмы, она вынуждена погрузиться в мир, где правят деньги, насилие и Дэмиен. Он смотрит на неё как на лишнюю деталь, которую нужно сломать, чтобы доказать, что она ничем не лучше остальных. Она боится его, но отказывается быть сломленной.
Тонкая грань между презрением и одержимостью стирается, когда воздух начинает искрить, а прикосновения обжигают сильнее пощёчин. Чем жёстче он пытается её подчинить, тем яростнее она сопротивляется, не замечая, как за стальной бронёй проступает нечто иное — собственническое, пугающее, почти человеческое.
Они думали, что худшее уже позади. Но
Для мира он — Дэмиен Блэк: неоспоримый король подпольных гонок в Лос-Анджелесе, чемпион запрещенных боев без правил, ходячая опасность, покрытая татуировками и цинизмом. Для нее он стал кошмаром, ворвавшимся в ту самую ночь, когда рухнула ее прежняя жизнь.
Элизабет «Лиззи» Морено мечтала рисовать, но получила роль пешки в чужой игре. Чтобы спасти брата от тюрьмы, она вынуждена погрузиться в мир, где правят деньги, насилие и Дэмиен. Он смотрит на неё как на лишнюю деталь, которую нужно сломать, чтобы доказать, что она ничем не лучше остальных. Она боится его, но отказывается быть сломленной.
Тонкая грань между презрением и одержимостью стирается, когда воздух начинает искрить, а прикосновения обжигают сильнее пощёчин. Чем жёстче он пытается её подчинить, тем яростнее она сопротивляется, не замечая, как за стальной бронёй проступает нечто иное — собственническое, пугающее, почти человеческое.
Они думали, что худшее уже позади. Но
Никогда не говори "никогда". Я влюбилась. И самое смешное — я до сих пор не знаю, в кого именно. В разбойника? В Халива? Или в того, кто просто оказался мне по душе? Кажется, моё сердце решило поиграть со мной в очень запутанную игру.
Я, 45-летняя разведенная дама, решила отдохнуть от городской суеты и работы, взяв питомца на дачу. Оказалось, что мне подсунули беременную кошку! Случайно я нашла ветеринара — своего бывшего одноклассника, в которого когда-то была влюблена. Он одинок, накачан, красив и, кажется, неравнодушен ко мне. Может, это лето исполнит мою давнюю мечту о любви?
Я думала, что иду домой к любимому мужчине. Через месяц должна была стать его женой...
— Денис... Что здесь происходит?..
— Уже полгода я с твоей сестрой. А ты была нужна лишь для того, чтобы переписать на нас своё наследство.
В один миг я потеряла всё: любовь, дом, родителей и право называться частью своей семьи.
Три года спустя я научилась разбивать мужские сердца и обчищать их кошельки. Но однажды сама угодила в ловушку.
— Попалась, маленькая воровка.
— Кто ты?..
Его усмешка была спокойной. Опасной.
— Тот, кого тебе не удастся обмануть. Теперь ты принадлежишь мне.
И впервые за долгое время мне захотелось не убежать... а узнать, чем закончится эта опасная партия.
— Денис... Что здесь происходит?..
— Уже полгода я с твоей сестрой. А ты была нужна лишь для того, чтобы переписать на нас своё наследство.
В один миг я потеряла всё: любовь, дом, родителей и право называться частью своей семьи.
Три года спустя я научилась разбивать мужские сердца и обчищать их кошельки. Но однажды сама угодила в ловушку.
— Попалась, маленькая воровка.
— Кто ты?..
Его усмешка была спокойной. Опасной.
— Тот, кого тебе не удастся обмануть. Теперь ты принадлежишь мне.
И впервые за долгое время мне захотелось не убежать... а узнать, чем закончится эта опасная партия.
— Как видите, я пришла, — улыбнулась она, подходя ближе. — И не только за серьгами.
Он посмотрел на неё — и в этом взгляде было то самое трепетное, наивное ожидание, которое делает даже взрослого мужчину похожим на влюблённого юношу. Вероника ощутила, как по спине пробежали мурашки — не от холода, а от осознания того, что между ними происходит что-то большее, чем просто разговор о камнях.
Он посмотрел на неё — и в этом взгляде было то самое трепетное, наивное ожидание, которое делает даже взрослого мужчину похожим на влюблённого юношу. Вероника ощутила, как по спине пробежали мурашки — не от холода, а от осознания того, что между ними происходит что-то большее, чем просто разговор о камнях.
Он изменил ей. Она ушла. Но потом он снова вернулся.
Он разрушил их брак. Она дала ему второй шанс. И этой ночью они построили всё заново — на руинах, которые сами же создали.
Он разрушил их брак. Она дала ему второй шанс. И этой ночью они построили всё заново — на руинах, которые сами же создали.
«Познакомлюсь с опытным красивым парнем. От вас полная анонимность». И ни слова про деньги и статус.
Бывший вэдэвэшник Роман - начинающий детектив и по совместительству телохранитель. Ему предстоит целый месяц 24/7 охранять дочь магната. Роман решает оторваться перед грядущей “голодовкой”. Но встреча с незнакомкой с сайта знакомств переворачивает его жизнь с ног на голову.
Бывший вэдэвэшник Роман - начинающий детектив и по совместительству телохранитель. Ему предстоит целый месяц 24/7 охранять дочь магната. Роман решает оторваться перед грядущей “голодовкой”. Но встреча с незнакомкой с сайта знакомств переворачивает его жизнь с ног на голову.
Я детский психолог. Полная, неудобная для чужих стандартов и слишком принципиальная, чтобы продаваться за деньги.
Он — опасный мужчина, привыкший получать всё силой.
Его маленький сын замолчал после смерти матери. И почему-то впервые доверился именно мне.
Я поклялась держать профессиональную дистанцию. Только как это сделать, если ребёнок ищет рядом со мной безопасность, а его отец смотрит так, будто впервые в жизни встретил женщину, которую не сможет отпустить?
Главное правило моей профессии — не влюбляться в родственников пациентов.
Жаль, что сердце никогда не читало этический кодекс.
Он — опасный мужчина, привыкший получать всё силой.
Его маленький сын замолчал после смерти матери. И почему-то впервые доверился именно мне.
Я поклялась держать профессиональную дистанцию. Только как это сделать, если ребёнок ищет рядом со мной безопасность, а его отец смотрит так, будто впервые в жизни встретил женщину, которую не сможет отпустить?
Главное правило моей профессии — не влюбляться в родственников пациентов.
Жаль, что сердце никогда не читало этический кодекс.
Малину Уфицци отослал к доктору старик-муж, чтобы выяснить причину её раздражительности. Доктор с друзьями готов помочь хорошенькой пациентке, девственнице при живом муже.
— Вы что, совсем ненормальная?! — рявкнул он. — Неповоротливая идиотка! Вы хоть поняли, что наделали?!!
Я попятилась. Слова застряли в горле, мешая даже вздохнуть.
— Я... извините... я не хотела...
— Не хотела?! — Он шагнул к ко мне и я попятилась. — Вы вообще соображаете, что делаете?! Или у вас думать нечем?!
Я попятилась. Слова застряли в горле, мешая даже вздохнуть.
— Я... извините... я не хотела...
— Не хотела?! — Он шагнул к ко мне и я попятилась. — Вы вообще соображаете, что делаете?! Или у вас думать нечем?!
Выберите полку для книги