Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР»
Она больше не верит в отношения. После болезненного прошлого у неё есть два правила: никаких привязанностей и никаких обещаний. Но одна случайная встреча с дерзким, настойчивым рушит все её принципы.
Он привык получать то, что хочет, и отступать не собирается. Она — убегает при первой же возможности. Он — преследует. Их страсть — как игра с огнём: обжигает, но остановиться невозможно.
Но что будет, если за сексом без обязательств последуют чувства? Ведь по их договорённости — любить запрещено.
— Ты что, во мне мальчика на побегушках увидела? — сквозь зубы спросил Дима, перекрывая ей путь к выходу.
Милана резко обернулась, и в её глазах мелькнуло что-то неуловимое — то ли страх, то ли вызов.
— Я не обязана перед тобой отчитываться.
— Ошибаешься, — он шагнул ближе, и его голос стал опасным. — Ты мне должна. И не только за сегодняшний побег.
Он привык получать то, что хочет, и отступать не собирается. Она — убегает при первой же возможности. Он — преследует. Их страсть — как игра с огнём: обжигает, но остановиться невозможно.
Но что будет, если за сексом без обязательств последуют чувства? Ведь по их договорённости — любить запрещено.
— Ты что, во мне мальчика на побегушках увидела? — сквозь зубы спросил Дима, перекрывая ей путь к выходу.
Милана резко обернулась, и в её глазах мелькнуло что-то неуловимое — то ли страх, то ли вызов.
— Я не обязана перед тобой отчитываться.
— Ошибаешься, — он шагнул ближе, и его голос стал опасным. — Ты мне должна. И не только за сегодняшний побег.
Максим распахивает пассажирскую дверь и лезет за мной, пока я не выскочила с другой стороны. Цепляет за пояс джинсов и рывком кладёт на сиденье.
— Ключи на базу, — рычит Максим, нависая надо мной.
— Фигушки! — я просовываю руку со связкой под поясницу и с вызовом пыхчу ему в лицо.
— По-хорошему не хочешь, значит, — он поджимает губы в тихой ярости. — Смотри, в твоём возрасте кости хрупкие.
— Зато коронки крепкие, — я клацаю зубами у самого кончика его носа. — Придётся взять меня с собой, дорогой пасынок!
Макс вздрагивает от этого слова. Что такое? Тебе можно, а мне нельзя?
— Хм, — в его глазах загораются азартные искорки, которые вот вообще мне не нравятся. — Ладно. Сама напросилась…
С этими словами Максим забирается пальцами под мою футболку, заставив вжать живот до самого позвоночника от испуга.
— Что ты делаешь?! — спрашиваю, вытаращив глаза.
— Даю последний шанс отдать ключи без мордобоя, — усмехается он. — И пока не отдашь, я буду продолжать.
— Ключи на базу, — рычит Максим, нависая надо мной.
— Фигушки! — я просовываю руку со связкой под поясницу и с вызовом пыхчу ему в лицо.
— По-хорошему не хочешь, значит, — он поджимает губы в тихой ярости. — Смотри, в твоём возрасте кости хрупкие.
— Зато коронки крепкие, — я клацаю зубами у самого кончика его носа. — Придётся взять меня с собой, дорогой пасынок!
Макс вздрагивает от этого слова. Что такое? Тебе можно, а мне нельзя?
— Хм, — в его глазах загораются азартные искорки, которые вот вообще мне не нравятся. — Ладно. Сама напросилась…
С этими словами Максим забирается пальцами под мою футболку, заставив вжать живот до самого позвоночника от испуга.
— Что ты делаешь?! — спрашиваю, вытаращив глаза.
— Даю последний шанс отдать ключи без мордобоя, — усмехается он. — И пока не отдашь, я буду продолжать.
– Тебя подготовят ко встрече с Повелителем, – безразлично произносит управительница. – Раздевайся.
– Нет, – выдыхаю по-русски, но мой голос звучит тихо.
Женщина устало вздыхает с таким видом, будто видела уже тысячи таких упрямых девок.
– У тебя нет выбора. Когда предстанешь перед Господином, ты должна соответствовать…
– Я не хочу соответствовать! – беру на себя смелость перебить ее. – Не хочу ни перед кем представать! Я не вещь, ясно?!
– Каждая девушка здесь когда-то чего-то не хотела, – спокойно и тихо произносит распорядительница. – Просто поверь, что лучше подчиниться сейчас. Это сэкономит тебе силы.
Мой отец задолжал богатому арабу. Мне пришлось отрабатывать долг в его отеле на окраине страны. Но я и подумать не могла, что однажды сюда заявится сам шейх. А шейх всегда получает то, что хочет.
И в тот день он захотел… меня.
– Нет, – выдыхаю по-русски, но мой голос звучит тихо.
Женщина устало вздыхает с таким видом, будто видела уже тысячи таких упрямых девок.
– У тебя нет выбора. Когда предстанешь перед Господином, ты должна соответствовать…
– Я не хочу соответствовать! – беру на себя смелость перебить ее. – Не хочу ни перед кем представать! Я не вещь, ясно?!
– Каждая девушка здесь когда-то чего-то не хотела, – спокойно и тихо произносит распорядительница. – Просто поверь, что лучше подчиниться сейчас. Это сэкономит тебе силы.
Мой отец задолжал богатому арабу. Мне пришлось отрабатывать долг в его отеле на окраине страны. Но я и подумать не могла, что однажды сюда заявится сам шейх. А шейх всегда получает то, что хочет.
И в тот день он захотел… меня.
— Ну что, Екатерина. Вы потратили час своего времени на ожидание. Надеюсь, причина того стоит. Говорите. Я слушаю.
Он не предлагает мне сесть.
Мои ладони потеют. Я сглатываю, пытаясь выдавить из себя звук.
— Мне нужна твоя помощь, — мой собственный голос звучит хрипло и чуждо.
Он коротко, безэмоционально усмехается.
— Как трогательно. Прошло восемь лет, и первое, что я слышу от вас — просьба о помощи.
— Речь не обо мне, — я с силой сжимаю ручку сумки, пытаясь найти в ней опору. — Речь о ребенке. Нашей дочери.
В воздухе повисает звенящая тишина. Его лицо не дрогнуло, лишь брови чуть приподнимаются, выражая удивление.
— Дочери? — он растягивает слово, наполняя его ядовитым скепсисом. — Интересная выдумка. Очень оригинально. Восемь лет молчания — и вот такой сюрприз. Вы хотите сказать, что все это время я был отцом и ничего не знал?
— Я пыталась тебе сказать! — срывается у меня.
Он не предлагает мне сесть.
Мои ладони потеют. Я сглатываю, пытаясь выдавить из себя звук.
— Мне нужна твоя помощь, — мой собственный голос звучит хрипло и чуждо.
Он коротко, безэмоционально усмехается.
— Как трогательно. Прошло восемь лет, и первое, что я слышу от вас — просьба о помощи.
— Речь не обо мне, — я с силой сжимаю ручку сумки, пытаясь найти в ней опору. — Речь о ребенке. Нашей дочери.
В воздухе повисает звенящая тишина. Его лицо не дрогнуло, лишь брови чуть приподнимаются, выражая удивление.
— Дочери? — он растягивает слово, наполняя его ядовитым скепсисом. — Интересная выдумка. Очень оригинально. Восемь лет молчания — и вот такой сюрприз. Вы хотите сказать, что все это время я был отцом и ничего не знал?
— Я пыталась тебе сказать! — срывается у меня.
– Я не командую, я направляю, – парирует наглец, – по праву твоего мужчины.
– По праву кого?! – ошалев от дерзости мальчишки, которому как-то раз опрометчиво позволила себя поцеловать, невольно повышаю голос, забыв об осторожности. – Очнись! Нас ничего не связывает!
– А как же поцелуй? – напоминает Данила. – Или ты со всеми целуешься, так что это для тебя ничего не значит?
– Не со всеми, но…
– Тебе же понравилось, – самоуверенно напоминает Данила. – Хочешь, повторим? – усмехнувшись, он обхватывает меня за талию и тянет к себе, явно намереваясь меня поцеловать.
– С ума сошел?! – в ужасе отталкиваю его, упершись руками в его накаченный торс.
И от этого прикосновения меня бросает в жар.
_______
Начальница пригласила меня на праздник, а ее сын-студент задался целью затащить меня в постель. Сдавшись, я потеряю все: самоуважение, работу и новую подругу. Или все же игра стоит свеч?
– По праву кого?! – ошалев от дерзости мальчишки, которому как-то раз опрометчиво позволила себя поцеловать, невольно повышаю голос, забыв об осторожности. – Очнись! Нас ничего не связывает!
– А как же поцелуй? – напоминает Данила. – Или ты со всеми целуешься, так что это для тебя ничего не значит?
– Не со всеми, но…
– Тебе же понравилось, – самоуверенно напоминает Данила. – Хочешь, повторим? – усмехнувшись, он обхватывает меня за талию и тянет к себе, явно намереваясь меня поцеловать.
– С ума сошел?! – в ужасе отталкиваю его, упершись руками в его накаченный торс.
И от этого прикосновения меня бросает в жар.
_______
Начальница пригласила меня на праздник, а ее сын-студент задался целью затащить меня в постель. Сдавшись, я потеряю все: самоуважение, работу и новую подругу. Или все же игра стоит свеч?
Я всего лишь санитарка в роддоме. В ту ночь ко мне приползла умирающая женщина и умоляла спасти её новорождённого сына. Я солгала врачам, спрятала малыша и стала его матерью. Но за ним охотятся убийцы, и меня нашёл дядя малыша — Родион. Безжалостный криминальный авторитет, который приказал мне выйти за него замуж.
— Ты думаешь, я хочу этого? — рычит он. — Но если я оставлю тебя, вас убьют. Ты станешь моей женой, матерью моего племянника.
Он силой увозит меня в свой дом, где я ненавижу его за сталь и холод. Но когда я вижу, как он на коленях плачет над кроваткой ребёнка, я понимаю: мы оба боремся за одну жизнь. Нас объединяет кровь, ложь и любовь. Я должна научиться доверять убийце, чтобы защитить своего мальчика, но с каждым днем это становится все труднее...
— Ты думаешь, я хочу этого? — рычит он. — Но если я оставлю тебя, вас убьют. Ты станешь моей женой, матерью моего племянника.
Он силой увозит меня в свой дом, где я ненавижу его за сталь и холод. Но когда я вижу, как он на коленях плачет над кроваткой ребёнка, я понимаю: мы оба боремся за одну жизнь. Нас объединяет кровь, ложь и любовь. Я должна научиться доверять убийце, чтобы защитить своего мальчика, но с каждым днем это становится все труднее...
Что делать, если тебя похитил опасный бандит? Кричать? Звать на помощь? Но к сожалению, тебе никто не поможет.
А может, попытаться приручить этого Зверя?
А может, попытаться приручить этого Зверя?
— Я тебя выбрал! Будешь мне служить! — заявляет дерзкий хам, надвигаясь на меня огромной стеной из жара и крепких мышц.
— Служить? Это как?
Ничего не понимаю!
Он накрывает мой рот ладонью.
— Я разрешал тебе говорить, новенькая? — грозно рыкает.
От него пахнет мятной жвачкой, но дыхание — очень жаркое, обжигает за миг.
— Я говорю — ты выполняешь.
— Что?
— Рот на замок, новенькая! Иначе пожалеешь...
Отпускает меня и уходит. Впереди вижу компанию парней. Все смотрят на него с уважением, даже со страхом. Как на короля.
— Я забил эту девчонку, — объявляет высокомерный незнакомец толпе. — Кто сунется, будет иметь дело со мной.
❤️ ГОРЯЧО и ДЕРЗКО ❤️
ДОБАВЛЯЕМ В БИБЛИОТЕКУ :)
— Служить? Это как?
Ничего не понимаю!
Он накрывает мой рот ладонью.
— Я разрешал тебе говорить, новенькая? — грозно рыкает.
От него пахнет мятной жвачкой, но дыхание — очень жаркое, обжигает за миг.
— Я говорю — ты выполняешь.
— Что?
— Рот на замок, новенькая! Иначе пожалеешь...
Отпускает меня и уходит. Впереди вижу компанию парней. Все смотрят на него с уважением, даже со страхом. Как на короля.
— Я забил эту девчонку, — объявляет высокомерный незнакомец толпе. — Кто сунется, будет иметь дело со мной.
❤️ ГОРЯЧО и ДЕРЗКО ❤️
ДОБАВЛЯЕМ В БИБЛИОТЕКУ :)
— Почему так холодно встречаешь своего жениха? — низкий голос бандита острыми когтями проходится по коже.
Своего? Что это значит? Я должна выйти замуж за другого человека, а не за Тиграна.
— Какая красивая, — похотливо смотрит на мои губы. — С огромным удовольствием приласкаю тебя сегодня ночью.
— Отпустите меня, умоляю.
— Будешь умолять меня, стоя на коленях. Никогда тебя не отпущу.
— Что происходит? Что вам надо? – горло перехватывает леденящим ужасом. Он дергает меня за руку и, не церемонясь, вытаскивает из машины. — Отпустите.
— Бесполезно сопротивляться. Готовься к первой брачной ночи. Мне нужен наследник.
Я не хочу выходить замуж за главаря криминального мира, которого боюсь до ужаса. Но мне не оставили выбора.
Своего? Что это значит? Я должна выйти замуж за другого человека, а не за Тиграна.
— Какая красивая, — похотливо смотрит на мои губы. — С огромным удовольствием приласкаю тебя сегодня ночью.
— Отпустите меня, умоляю.
— Будешь умолять меня, стоя на коленях. Никогда тебя не отпущу.
— Что происходит? Что вам надо? – горло перехватывает леденящим ужасом. Он дергает меня за руку и, не церемонясь, вытаскивает из машины. — Отпустите.
— Бесполезно сопротивляться. Готовься к первой брачной ночи. Мне нужен наследник.
Я не хочу выходить замуж за главаря криминального мира, которого боюсь до ужаса. Но мне не оставили выбора.
— Я беременна от вашего мужа, Карина, — блондинистая пигалица хлопала ресницами, прикидываясь наивной ромашкой. — Мы любим друг друга…
— Что ты несёшь? — Левон разразился громким смехом. Во взгляде возмущение, шок и полное отрицание.
— Почему ты мне это говоришь, деточка? — держусь из последних сил, не показывая предателю слёз. — Мы развелись три недели назад!
— Ой, а у меня тоже сюрприз, — Левон обернулся, сверкнув злобой в глазах. — Наш развод аннулирован, Карина… Я тебя не отпущу!
Это был фиктивный брак, решение двух семей. Мы с Левоном были детьми, лишенными права выбора! Не желая мириться с волей наших отцов, мы договорились развестись через год. Но одна ночь перечеркнула все планы, растянув брак на долгие двадцать лет.
И вот когда я наконец-то свободна, у мужа резко поменялись планы…
— Что ты несёшь? — Левон разразился громким смехом. Во взгляде возмущение, шок и полное отрицание.
— Почему ты мне это говоришь, деточка? — держусь из последних сил, не показывая предателю слёз. — Мы развелись три недели назад!
— Ой, а у меня тоже сюрприз, — Левон обернулся, сверкнув злобой в глазах. — Наш развод аннулирован, Карина… Я тебя не отпущу!
Это был фиктивный брак, решение двух семей. Мы с Левоном были детьми, лишенными права выбора! Не желая мириться с волей наших отцов, мы договорились развестись через год. Но одна ночь перечеркнула все планы, растянув брак на долгие двадцать лет.
И вот когда я наконец-то свободна, у мужа резко поменялись планы…
Выберите полку для книги