Читать и слушать книги

— То есть либо операция, либо кладбище, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Спасибо за оптимизм, доктор.

— Я не занимаюсь оптимизмом, — отвечает Андрей, наконец поворачиваясь ко мне. — Я занимаюсь статистикой выживаемости. У вас есть время принять решение, но не так много, как хотелось бы.

— А если я откажусь?

Вопрос вырывается сам, без единой секунды на раздумье о том, зачем его задаю. Что-то во мне проверяет его — вздрогнет ли, разозлится, испугается ли за меня хоть на секунду.

Он не вздрагивает. Смотрит долгим, тяжелым взглядом, и в этом взгляде ни капли той тревоги, какую я надеялась выловить.

— Тогда через месяц вас привезут ко мне уже мертвой, — говорит он без единой запинки. — И я подпишу заключение о смерти. Это ваше право, Карина Дмитриевна.

❤️ПОВЕСТЬ ЗАВЕРШЕНА❤️
– Мама в больницу попала. А я к тебе поехал. Ты же не блосишь меня? – Заглядывает в глаза, а у меня в горле вязкий комок встаёт.
И я, как ни силюсь, не могу протолкнуть его обратно.
Поэтому сиплю как утопленник.
– Не брошу. Только…
– Что?
– А что с мамой?
– Мама умилает. Влачи сказали, что ей недолго осталось. А я в детский дом ужас как не хочу.

#Я_и_мой_Бутисик.
Смотрю на экран телефона. На фотку, где мой жених обнимает какую-то девушку. Они оба такие счастливые.
- Эля, это не то, что ты подумала! Она мне не любовница, - начались оправдания Семена. - Это акробатка из цирка! Мы просто селфи делали. Я тебя люблю.
Но моя терпелка не выдержала, слишком много я ему прощала. Под звон его колокольчиков собрала вещи и уехала... в деревню.
- Ты и деревня? - посмеялся жених напоследок. - Как же ты там выживешь? В том захолустье нет ни смузи, ни яиц-пашот, ни модных СПА? Загнёшься в первый же день, Эльвира!
Зато там есть наглый рыжий кот-сводник и... настоящий мужчина из моего прошлого.

Муж ушёл от меня к другой женщине, потому что ему захотелось свободы. Я отнеслась к этому спокойно. В конце концов, свобода — прекрасная вещь, особенно когда за неё не приходится платить ипотеку, мыть посуду и стирать мужские носки.
Через несколько дней Андрей начал звонить. Сначала ему понадобился паспорт, потом документы, потом какая-то коробка из шкафа. Потом выяснилось, что он скучает. Потом — что, возможно, ошибся. Потом он попросился переночевать у меня на диване, потому что с новой жизнью у него, видимо, пока не сложилось.
Теперь Андрей хочет вернуть нашу семью, мама уверена, что мужчины всегда возвращаются, а я пытаюсь понять, как получилось, что человек, который недавно ушёл к другой женщине, теперь ревнует меня к будущему, которого у меня пока даже нет.
В этой истории есть любовь, развод, супружеская верность, несколько неудачных решений и моя футболка с котами, которую Андрей умудрился забрать с собой, уходя из дома.
Футболку я хочу обратно. Насчёт мужа пока думаю.

Я переехала с семилетней дочкой в новый дом и в первый же день объявила войну соседу. Артём Савельев раздражает меня, чинит мои краны без спроса и подозрительно хорошо ладит с Милой. Пока мы спорим из-за парковки, забора и его наглого корги, моя дочь ведёт собственный план. Она уже выяснила, что Артём не женат и умеет печь блины. Кажется, мой ребёнок решил выдать меня замуж за врага.

Адвокат Артур нервно поправил дужку очков и хотел было вмешаться, но Марк лишь едва заметно усмехнулся, поворачиваясь к ней:
- Вы слишком много о себе мните, Сорокина. Я не покупаю интим за деньги, мне нужен только юридический статус. Личные комнаты будут разделены. Что еще?
- Я добавляю пункт об авансе, - уверенно продолжала Вероника, зачеркивая ручкой спорную строчку и вписывая новый абзац на полях.
Демидов медленно подошел к столу, нагнулся над ней, опираясь ладонями о полированную столешницу. Его лицо оказалось в опасной близости. Вероника ощутила тепло его дыхания и тонкий аромат дорогой парфюмерной композиции, но не отстранилась, прямо встречая его тёмный, проницательный взгляд.
- У вас хорошая хватка, Вероника, - произнес он с явным одобрением.

Мой брак стал адом. Я получила мужа-тирана, которому не могла сказать ни слова против. Для него я просто мать будущего наследника.
Казалось, выхода нет. Но… появился тот, о ком я и не мечтала.
Он дал мне шанс на будущее и любовь…

В тексте есть: развод, измена и новая жизнь, властный герой, драконы, сильные чувства, сильный герой, предательство, беременная героиня, интриги и тайны

Однотомник.
Цикл связан темой и героями. Можно читать отдельно.

Большое спасибо за поддержку Звездами и Библиотеками!

За нашим кухонным столом напротив моего мужа сидит девушка и пьет чай из моей любимой кружки.

Молодая. Лет двадцать пять, может, двадцать семь. Длинные светлые волосы, пухлые губы, аккуратный маникюр.

На девушке обтягивающее трикотажное платье, под которым совершенно отчетливо виден округлившийся живот. Она беременна.

Картина маслом.

— Это что такое, Ярик? — задаю я резонный вопрос. — Почему твоя мать скачет по квартире и упаковывает наши с дочкой вещи, а ты гоняешь чаи с брюхатой незнакомкой?

Девушка поджимает губы, сверлит меня злым взглядом. Ярослав тяжело вздыхает.

— Поля, это Лика. Она от меня беременна. Мы с тобой разводимся, и ты с дочкой съезжаешь прямо сейчас.

— Ты всё время торчишь в своей больнице. Чего ты ожидала?
Именно это сказал муж, когда я застала его с любовницей.

Шесть лет брака перечеркнулись за несколько минут. А белая коробочка, которую я весь день прятала в рабочем шкафчике и собиралась вручить ему вечером, так и осталась неоткрытой.

Антон ещё не знает, что было внутри. И после того, что я услышала, я совсем не уверена, что когда-нибудь ему расскажу.

Но одной измены мужу оказалось мало. Его новая женщина решила оставить меня без работы, а сам Антон с удовольствием ей помогает. Он уверен: когда у меня не останется ничего, я приползу обратно.

Есть только одна проблема. Я впервые за шесть лет перестала делать то, чего от меня ждут.

А ещё рядом совершенно некстати оказался мужчина в инвалидной коляске, которому достаточно нескольких спокойных слов, чтобы мой муж перестал чувствовать себя хозяином положения.

Антон думает, что разрушает мою жизнь. Он пока не понял, что освобождает меня от неё.

– Догони! Догони! – Заливался смехом один из двойняшек. Второй мчался следом.
Пока оба они, паровозиком, не врезались в босса. Телефон выпал из его рук, с треском ударяясь о кафель.
Роберт остановился, непонимающе оглядывая двух сорванцов.
А мое сердце замедлилось, чтобы через миг остановиться совсем.
Шеф оторопел на секунду, присел на корточки, и впервые в жизни посмотрел на наших с ним сыновей:
– Пацаны, вы чьи? И почему вы тут носитесь? Где ваша мама?
Те боязливо втянули головы в плечи.
– Мама та-ам… – протянул виновато Митяй. А Мишка махнул рукой себе за спину.
Роберт поднял свой взгляд, встречаясь с моими. И темные омуты глаз за секунду налились немой яростью. Сделались острыми как скальпель врача. Не жалея, резали мое бедное сердце в ошметки.

***
В прошлом у нас короткий взрывоопасный роман. Две полоски на тесте. И его бессердечное: «Сделай аборт».
А в настоящем… Пропасть из двух лет молчания. И двое общих детей, которых я сохранила в секрете.