Читать и слушать книги

— Вы знаете, кто мой будущий муж? Мой Котик в администрации города работает. Я ему позвоню, и вам всем конец!

В голосе хамки — уверенность человека, который ни разу в жизни не слышал «нет». Но в этот раз возникла проблема.
Оказалось, что я знаю «Котика» лучше, чем она.
Потому что этот «будущий муж» уже женат. На мне.

— Кир, я сегодня задержусь, — говорит муж по телефону. — Тут отчёт горит, сама понимаешь.
— Снова?
Слышу женский смех на заднем плане. Или мне кажется? Я нахожу в соцсетях секретаршу Леру — фото букета белых роз на фоне кожаного салона его «Мерседеса» и еду в офис. Из-за двери кабинета пробивается интимный свет и медленная музыка.
Лера сидит у него на коленях, обхватив ногами:
— Егорушка, скажи, что я лучше неё. Что она холодная как рыба, а я горячая.
— Ты лучше, Лерочка, — голос Егора хриплый. — Ты самая красивая. А она как вешалка, ни груди, ни попы. Что в ней хорошего?
— Тогда почему я сижу и жду, когда ты соизволишь бросить свою мымру!
Это слово — «мымра» — вонзается мне в солнечное сплетение.
— И когда ты скажешь своей сушёной вобле, что уйдёшь к настоящей женщине?
Пятнадцать лет брака. Чудесная лапочка-дочка. Все рухнуло.
Я распахиваю дверь:
— Значит, ты считаешь меня «сушёной воблой»?
Я не прощу. Я не смолчу. Я стану той женщиной, которая грудью отстоит за всех.

— Ты оказалась бракованной, поэтому больше мне не нужна, — огорошивает меня муж прямо с порога палаты.
— Что это значит? — кое-как поднимаюсь выше на подушках.
— Это значит, что я нашел тебе замену по всем фронтам. Себе — жену, а нашим детям — мать…
— Ты что и детей собрался забрать?
— А ты думала, я их с тобой оставлю? Ты себя видела? Хорошо если тебе два понедельника осталось — о детях ты заботиться не можешь, как и свои обязанности жены выполнять. Поэтому я решил тебя списать в утиль. Уж прости, мне нужна здоровая кобылка рядом, а не та, которая вот-вот копыта отбросит. Если не будешь сопротивляться и подпишешь документы на развод, я так уж и быть позволю тебе видеться с детьми… раз или два в неделю.

Как только мне поставили страшный диагноз, муж бросил меня и забрал детей. Вот только кое в чем он ошибся, я не отдала богу душу спустя два понедельника, а продержалась еще два года и продолжаю бороться. И уже бывшему мужу, это, похоже, не сильно нравится.

— Вот я и нашел тебя, Кудряшка. А к твоей маме у меня есть куча вопросов. Ну здравствуй, Зайцева, — обращается уже ко мне мой бывший босс, Сабуров Константин Игоревич. — Ничего не хочешь мне рассказать?
Буравит меня тяжелым взглядом, держит на крючке, попутно кромсая мое испуганное сердце немой яростью.
О, как Сабуров зол! Очень-очень зол!
Еще бы, я ведь скрыла от него дочь! Его наследницу, родную кровь…
Но он же сам когда-то мне не поверил. А сейчас, что же, передумал, получается?

***
Несколько лет назад мне ошибочно сделали ЭКО от моего босса. Сабуров тогда не поверил моим словам, обозвал меня уличной попрошайкой, шантажисткой и вышвырнул вон.
А теперь нас связывает общий ребенок: маленькая девочка с кудрявыми волосами, которой очень нужен папа.
И миллиардеру Сабурову вдруг тоже понадобилась… семья!

— Артур… Может, не надо? — слабо пытаюсь я возразить.
— Надо, — его ответ короткий и окончательный. Он надевает перчатки. Хрустящий звук резины кажется оглушительно громким. — Это не игра, Алиса. Я должен исключить аппендицит, кисту, внематочную. Садись.
Внематочную? Ну уж точно нет…
Но я повинуюсь. Каждое движение дается с трудом. Платье снимаю, дрожащими руками складываю на стул. Кожа покрывается мурашками от холода и стыда. Я ловлю его взгляд в отражении монитора. Артур смотрит не на экран. Он смотрит на меня.
— Расслабься, — слышу я его голос совсем рядом. — Иначе будет больно.

— Женщины с годами увядают, а мужчины, как хорошее вино, становится только лучше.
— Ты так оправдываешь свою измену? — выгибаю бровь.
— Если я скажу тебе правду, она тебя погубит. Ты слишком мнительная, моя хорошая. Лучше тебе оставаться в неведении.
— Я уже и так все знаю, — стараюсь не смотреть на Павла, слишком больно. — Мне просто интересно раскаиваешься ты или нет.
— Раскаиваюсь? — жестко усмехается муж. — Нет, моя дорогая не раскаиваюсь. Если я беру на себя ответственность, то несу ее до конца. Я и так прокурор города, и твой муж, и отец наших детей. Одной ответственностью больше, одной меньше...
— Двумя, — перебиваю. — У тебя два ребенка от другой!
— Я их не планировал, — Павел пожимает плечами. — Но раз так получилось, отказываться от своей крови и плоти не собираюсь. Тем более, наши с тобой дети давно выросли, а я в самом расцвете сил — могу еще парочку ребятишек поднять на ноги. Жаль, что ты уже не в состоянии подарить мне наследников. Климакс дело такое... неизлечи

— Сколько вы ему заплатили? — спрашиваю я. — Сколько стоит моя жизнь?
— Пока нисколько, — спокойно отвечает он. — Ваш бывший муж оказался достаточно смелым, чтобы прийти и всё рассказать, и слишком трусливым, чтобы довести дело до конца.
— Что ж, раз вам всё известно, давайте сразу определимся, — говорю я, заставляя себя посмотреть ему в глаза. — Аборт делать поздно. Эти эмбрионы уже в садик ходят. Отдать детей вам я тоже не могу. Я к ним, знаете ли, успела привязаться за три года. Публичный скандал мне неинтересен. Ну так что дальше?
— Для начала это.
Мужчина подходит к столу и кладёт передо мной документ.
Заявление о регистрации брака?
Готовое.
Остаётся только подпись.
— Это шутка? — спрашиваю я, вытирая выступившие слёзы. — Простите, но зачем я вам? Разведенка с детьми, пусть и с вашими.
— Я не тех правил, чтобы мои дети жили не в семье.
— А меня спросить вы забыли? — интересуюсь я.
— Как видите, Анастасия Юрьевна, забыл, — невозмутимо говорит он. — Надеюсь, без обид?

— Ты должна была узнать об этом позже, — говорит сестра.
— О чём?
Муж поднимается.
— Она беременна.
Я смотрю на сестру, потом на него.
— Вы хотите сказать, что два года скрывали от меня ребёнка?
— Это не так просто, — отвечает муж.
Я открываю папку, которая лежит на столе, и вижу собственную фамилию. Мои анализы. Старые заключения. Документы, о которых я никогда не знала.
— Зачем ты собирал мои медицинские документы?
Сестра опускает глаза.
— Он говорил, что ты не можешь дать ему ребёнка.
На столе лежит письмо.
Я читаю:
— «Мне нужен от неё ребёнок. Потом она нам больше не понадобится».
Я поднимаю глаза.
— От кого из нас ты собирался получить семью? И кого из нас собирался уничтожить?

Он использовал меня, заставляя годами винить себя, а сестру выбрал не из-за любви. Ему нужна была молодая женщина, которая родит ему ребёнка и согласится на ту жизнь, которую он уже приготовил.

— Ты из Питера вернулся, чтобы морали мне читать?! — пытаясь вырваться, процедила я. — Так можешь убираться обратно… Я взрослая девочка и в советах не нуждаюсь.
— Ты ни капли не изменилась, — усмехнулся Макс. — Всё та же колючка.
— А ты — всё тот же напыщенный павлин, для которого существует только его собственное мнение.
Опасные, голодные, готовые вцепиться друг другу в глотку — от боли, что осталась после расставания.
— Отпусти меня. Сейчас же… — вновь прошипела я.
— Нет, — наклонившись, прошептал Макс. — Я так скучал по тебе, Соня…

Макс уехал в Питер — искать лучшую жизнь, строить карьеру. Обещал вернуться за мной. Но вместо билета пришла смс-ка с прощанием. Три года я училась жить без него. А теперь он вернулся — знаменитый хирург, заведующий отделением и снова говорит о любви. Только я не могу смотреть в его сторону. Потому что все эти годы я хранила тайну, которую он не должен узнать.
Я родила сына. Его сына.

– Жена обо всём узнает… Узнает о нас, – тишину ординаторской хирургического отделения разрезает сонный шёпот моего мужа.
Сердце пропускает удар. Руки, в которых ни разу не дрожал скальпель, начинают трястись.
О чём я узнаю? О каких-таких “нас” мой муж шепчет сквозь крепкий сон? Что… Или кто ему снится?
– У нас экстренный пациент, – дрожащим голосом бужу мужа, однако, он не просыпается.
– Любимая, не сейчас… Жена рядом… – эти слова, сказанные бессознательно, звучат как пощёчина.
Любимая.
Кого он называет своей любимой?! Неужели спустя десять лет счастливого брака муж завёл любовницу?!
Взгляд падает на телефон супруга, и я впервые в жизни решаюсь посмотреть его переписки. То, что я вижу, заставляет моё сердце остановиться.
Некая “Сладенькая” отправляет моему мужу интимные фотографии, а тот говорит, что хочет её!
– Вот оно что, – голос проснувшегося предателя заставляет меня вздрогнуть. – Значит, ты обо всём узнала.