Читать и слушать книги
– К какой свадьбе ты готовишься, милочка? - будущая свекровь откровенно смеется.
Сглатываю комок в горле.
– Надеюсь, у тебя хватит мозгов собрать свои вещички и исчезнуть из жизни порядочных людей? - она бросает мне паспорт, который открывается на нужной странице, - мой сын женился, пока ты тут мечтала его охмурить.
Штамп в паспорте моего жениха горит перед моими глазами
Сглатываю комок в горле.
– Надеюсь, у тебя хватит мозгов собрать свои вещички и исчезнуть из жизни порядочных людей? - она бросает мне паспорт, который открывается на нужной странице, - мой сын женился, пока ты тут мечтала его охмурить.
Штамп в паспорте моего жениха горит перед моими глазами
— Олег? — мой голос прозвучал так тихо, что я сама его едва услышала. — Что… что это значит?
— Это значит, Марина, что наш ужин отменяется, — его голос резал без ножа. — И не только ужин. Десять лет. Хорошая круглая дата, чтобы закончить то, что давно изжило себя. Марина, мы разводимся.
После предательства мужа я потеряла все. Он назвал меня ничтожеством и оставил без средств к существованию с маленьким сыном на руках. Мой единственный выход – пойти работать к его главному конкуренту Максиму Харитонову. Для Харитонова я – лишь пешка в жестокой игре против общего врага. Но в мире, где любовь – слабость, а ненависть – топливо, даже пешка может стать королевой и найти свое счастье.
— Это значит, Марина, что наш ужин отменяется, — его голос резал без ножа. — И не только ужин. Десять лет. Хорошая круглая дата, чтобы закончить то, что давно изжило себя. Марина, мы разводимся.
После предательства мужа я потеряла все. Он назвал меня ничтожеством и оставил без средств к существованию с маленьким сыном на руках. Мой единственный выход – пойти работать к его главному конкуренту Максиму Харитонову. Для Харитонова я – лишь пешка в жестокой игре против общего врага. Но в мире, где любовь – слабость, а ненависть – топливо, даже пешка может стать королевой и найти свое счастье.
«Я устал притворяться, что меня все устраивает». Эти слова мужа Дениса разделили жизнь Марины на «до» и «после». Ее уютный мир, наполненный ароматами ванили и шоколада, рухнул в один миг. Мужчина, который называл ее своей королевой, променял ее на девушку с идеальным прессом, оставив Марине лишь боль и разрушенную самооценку.
Оставшись наедине со своими страхами, она находит опору там, где не ожидала. Илья, старший брат Дениса, всегда видел в ней не пышные формы, а огромный талант. Он предлагает ей превратить ее страсть к выпечке из хобби в успешный бизнес. Работая бок о бок, Марина не только создает кондитерские шедевры, но и заново строит себя, обретая уверенность и силу.
Но когда бывший муж, увидев ее триумф, решает вернуться, Марина оказывается перед сложнейшим выбором. Что слаще: вкус мести или зарождающаяся любовь к человеку, который поверил в нее, когда она сама в себя не верила? Это история о том, что иногда нужно потерять все, чтобы обрести себя.
Оставшись наедине со своими страхами, она находит опору там, где не ожидала. Илья, старший брат Дениса, всегда видел в ней не пышные формы, а огромный талант. Он предлагает ей превратить ее страсть к выпечке из хобби в успешный бизнес. Работая бок о бок, Марина не только создает кондитерские шедевры, но и заново строит себя, обретая уверенность и силу.
Но когда бывший муж, увидев ее триумф, решает вернуться, Марина оказывается перед сложнейшим выбором. Что слаще: вкус мести или зарождающаяся любовь к человеку, который поверил в нее, когда она сама в себя не верила? Это история о том, что иногда нужно потерять все, чтобы обрести себя.
Подруги Валя и Даша перед Новым годом едут на рынок. Среди множества вещей Валя выбирает старинную елочную игрушку. Она еще не знает, что покупка "снегурочки" подарит ей новое интересное знакомство...
Увидев, как мой возлюбленный целует мою подругу, я расстроилась. Вдобавок через три дня, я должна была представить жениха семье. Мы были приглашены в загородный дом, чтобы отпраздновать Новый Год. А теперь мне придётся ехать одной? Нет уж! Выслушивать шуточки про одинокую жизнь, и сорок кошек я не буду! О! Предложу-ка я незнакомому бармену, стать моим фиктивным женихом. Одурачу родных и избегу издевательств с их стороны.
В КНИГЕ ЕСТЬ:
Новогоднее настроение
Измена
Новая любовь
Счастье под Новогодний блюз
В КНИГЕ ЕСТЬ:
Новогоднее настроение
Измена
Новая любовь
Счастье под Новогодний блюз
Оскару позвонила бывшая девушка, с просьбой приютить на новогодние праздники. Как, кстати! Ведь его сестра настаивает, чтобы он приехал в загородный дом не один, а с подружкой. Оскар предвкушает беззаботные выходные, но все планы рушит вспыхнувшее чувство, которое он старался уничтожить. Сможет ли он воссоединиться с возлюбленной? Простит ли она его? Произойдёт ли чудо в Новогоднюю ночь?
– Давай так: Борис даст тебе ещё немного времени, чтобы всё осмыслить. Твой муж сказал, чтобы ты пожила это время одна и, если ты передумаешь подавать на развод, он готов простить тебя.
– Что? – переспрашиваю, будто не расслышала.
Она повторяет медленнее, словно я тупая и не понимаю сути сказанного:
– Он сказал, что готов простить тебя...
– Простить меня за что?
– За твою резкость, за то, что ты грозила разводом. За то, что ты не приняла его извинений. Ты ведь выгнала его из собственного дома! Задела его эго! А это, знаешь ли, очень задевает самолюбие любого мужчины!
**********
Мой изменил мне. Банально? Да! Но я приняла это и готова к разводу.
Только как оказалось, понятие идеального развода у каждого из нас – своё. И наши версии категорически не совпадают.
– Что? – переспрашиваю, будто не расслышала.
Она повторяет медленнее, словно я тупая и не понимаю сути сказанного:
– Он сказал, что готов простить тебя...
– Простить меня за что?
– За твою резкость, за то, что ты грозила разводом. За то, что ты не приняла его извинений. Ты ведь выгнала его из собственного дома! Задела его эго! А это, знаешь ли, очень задевает самолюбие любого мужчины!
**********
Мой изменил мне. Банально? Да! Но я приняла это и готова к разводу.
Только как оказалось, понятие идеального развода у каждого из нас – своё. И наши версии категорически не совпадают.
«— Работа? Ты? Забавно, — усмехнулась любовница.— Ты теперь только тень, ненужный мусор под видом почетного председателя, а по факту, без реальной власти. Твой муж решил, что с тобой лучше распрощаться. Старая брошенка.
— Виктория права, — сказал муж предатель. — Ты должна смириться и уйти с достойным уходом. Ты постарела, пришла в негодность.
Я встретилась с ним взглядом, криво усмехнувшись.
— А ты считаешь себя молодым? Не забывай из какой дыры я тебя вытащила, — произнесла, голос дрожал от сдерживаемого гнева.
Он пожал плечами:
— Это бизнес. Ничего личного. Я тобой лишь пользовался.»
***
Муж предал, привел любовницу в нашу компанию и посадил на мое место. Посмотрим кто кого, шахматная партия началась, ход пешкой…
— Виктория права, — сказал муж предатель. — Ты должна смириться и уйти с достойным уходом. Ты постарела, пришла в негодность.
Я встретилась с ним взглядом, криво усмехнувшись.
— А ты считаешь себя молодым? Не забывай из какой дыры я тебя вытащила, — произнесла, голос дрожал от сдерживаемого гнева.
Он пожал плечами:
— Это бизнес. Ничего личного. Я тобой лишь пользовался.»
***
Муж предал, привел любовницу в нашу компанию и посадил на мое место. Посмотрим кто кого, шахматная партия началась, ход пешкой…
— Марина, я даю тебе сутки на размышление. Завтра вечером, снова в это же время, жду тебя в том самом кафе. Не придешь — восприму это как отказ, А Тимофей останется без шанса на лечение.
Этот дьявол знает, куда бить.
— Ты не можешь так поступить, — говорю, жадно глотая воздух.
— Мась, ты прекрасно понимаешь, что даже без моих угроз, у тебя нет выбора. У тебя нет ни денег, ни возможностей, чтобы вылечить сына.
Как бы я не сопротивлялась словам Бестужева, он прав.
____________________
Моему сыну нужно лечение. Долгое. Сложное. С постоянной реабилитацией. Иначе болезнь будет прогрессировать. Он может стать инвалидом, а то и вовсе…
И мне приходится принять странное предложение от моего бывшего, с которым мы случайно встретились вновь.
Вот только он не знает, что это и его сын тоже...
Этот дьявол знает, куда бить.
— Ты не можешь так поступить, — говорю, жадно глотая воздух.
— Мась, ты прекрасно понимаешь, что даже без моих угроз, у тебя нет выбора. У тебя нет ни денег, ни возможностей, чтобы вылечить сына.
Как бы я не сопротивлялась словам Бестужева, он прав.
____________________
Моему сыну нужно лечение. Долгое. Сложное. С постоянной реабилитацией. Иначе болезнь будет прогрессировать. Он может стать инвалидом, а то и вовсе…
И мне приходится принять странное предложение от моего бывшего, с которым мы случайно встретились вновь.
Вот только он не знает, что это и его сын тоже...
— Мы. Наши отношения. Всё это.
Мир качнулся. Я схватилась за подлокотник дивана, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
— Я не понимаю... Утром ты говорил, что любишь меня. Говорил, что мы поженимся, как только...
— Я передумал.
Две простые слова, а они разорвали мою грудь изнутри. «Я передумал». Как будто речь шла о выборе блюда в ресторане, а не о нашей жизни, наших планах, наших клятвах.
— Но почему? — голос сорвался на шепот. — Что изменилось? Что я сделала не так?
Он встал, прошелся по комнате, остановился у окна спиной ко мне. Плечи напряжены, руки сжаты в кулаки.
— Ты ничего не сделала. Просто... я открыл глаза.
— На что?
— На реальность. — Он повернулся, и в его глазах я увидела что-то страшное. Отвращение. — На то, кто ты есть на самом деле.
— Кто я есть? — я встала, пошатываясь. — Паша, я не понимаю...
— Ты уборщица, Марина. Толстая уборщица из неблагополучной семьи. — Каждое слово было как пощечина. — А я... я буду играть в основном составе. У меня будет карьера,
Мир качнулся. Я схватилась за подлокотник дивана, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
— Я не понимаю... Утром ты говорил, что любишь меня. Говорил, что мы поженимся, как только...
— Я передумал.
Две простые слова, а они разорвали мою грудь изнутри. «Я передумал». Как будто речь шла о выборе блюда в ресторане, а не о нашей жизни, наших планах, наших клятвах.
— Но почему? — голос сорвался на шепот. — Что изменилось? Что я сделала не так?
Он встал, прошелся по комнате, остановился у окна спиной ко мне. Плечи напряжены, руки сжаты в кулаки.
— Ты ничего не сделала. Просто... я открыл глаза.
— На что?
— На реальность. — Он повернулся, и в его глазах я увидела что-то страшное. Отвращение. — На то, кто ты есть на самом деле.
— Кто я есть? — я встала, пошатываясь. — Паша, я не понимаю...
— Ты уборщица, Марина. Толстая уборщица из неблагополучной семьи. — Каждое слово было как пощечина. — А я... я буду играть в основном составе. У меня будет карьера,
Выберите полку для книги