Книги в жанре «Короткий любовный роман»
Я переехала с семилетней дочкой в новый дом и в первый же день объявила войну соседу. Артём Савельев раздражает меня, чинит мои краны без спроса и подозрительно хорошо ладит с Милой. Пока мы спорим из-за парковки, забора и его наглого корги, моя дочь ведёт собственный план. Она уже выяснила, что Артём не женат и умеет печь блины. Кажется, мой ребёнок решил выдать меня замуж за врага.
Я стала пленницей горца!
Но-но-но! Не спешите закидывать его помидорами.
Пленницей я стала совершенно добровольно.
Зачем?
У меня были свои цели. Очень важные, между прочим.
И всё шло по плану, пока мой суровый горец не решил, что...
А впрочем, что именно он решил, узнаете в моей истории!
Но-но-но! Не спешите закидывать его помидорами.
Пленницей я стала совершенно добровольно.
Зачем?
У меня были свои цели. Очень важные, между прочим.
И всё шло по плану, пока мой суровый горец не решил, что...
А впрочем, что именно он решил, узнаете в моей истории!
Я мечтала о работе в этой компании ещё со студенчества. Или даже с детства! Представляла, как захожу в идеально-стеклянный офис не как посетитель, а как сотрудник. И вот — у меня появился шанс. Осталось только пройти проверку в службе безопасности и не потерять голову от любви, ввязавшись в отношения с начальником отдела кадров.
Надеюсь, они не узнают мою тайну...
Надеюсь, они не узнают мою тайну...
Адвокат Артур нервно поправил дужку очков и хотел было вмешаться, но Марк лишь едва заметно усмехнулся, поворачиваясь к ней:
- Вы слишком много о себе мните, Сорокина. Я не покупаю интим за деньги, мне нужен только юридический статус. Личные комнаты будут разделены. Что еще?
- Я добавляю пункт об авансе, - уверенно продолжала Вероника, зачеркивая ручкой спорную строчку и вписывая новый абзац на полях.
Демидов медленно подошел к столу, нагнулся над ней, опираясь ладонями о полированную столешницу. Его лицо оказалось в опасной близости. Вероника ощутила тепло его дыхания и тонкий аромат дорогой парфюмерной композиции, но не отстранилась, прямо встречая его тёмный, проницательный взгляд.
- У вас хорошая хватка, Вероника, - произнес он с явным одобрением.
- Вы слишком много о себе мните, Сорокина. Я не покупаю интим за деньги, мне нужен только юридический статус. Личные комнаты будут разделены. Что еще?
- Я добавляю пункт об авансе, - уверенно продолжала Вероника, зачеркивая ручкой спорную строчку и вписывая новый абзац на полях.
Демидов медленно подошел к столу, нагнулся над ней, опираясь ладонями о полированную столешницу. Его лицо оказалось в опасной близости. Вероника ощутила тепло его дыхания и тонкий аромат дорогой парфюмерной композиции, но не отстранилась, прямо встречая его тёмный, проницательный взгляд.
- У вас хорошая хватка, Вероника, - произнес он с явным одобрением.
Я приехала в городок у моря, чтобы начать всё с чистого листа. В наследство от бабушки мне достался старый ресторан. Но я не умею готовить, не знаю, как управлять заведением, и понятия не имею, с чего начать. Но знаю одно: сдаваться нельзя.
Он – моряк с наглой улыбкой, котом по имени Усатик и привычкой появляться там, где его не ждали. Антон врывается в мою жизнь, как шторм: бесцеремонно, шумно и совершенно неотразимо.
– Тут, оказывается, завелась русалка.
– Я не русалка. Я Алла. И этот ресторан – мой.
И чем дальше, тем яснее: этот портовый городок хранит не только бабушкины рецепты, но и чьё-то очень наглое, тёплое сердце.
– Рецепт за объятие. Равноценный обмен.
Он – моряк с наглой улыбкой, котом по имени Усатик и привычкой появляться там, где его не ждали. Антон врывается в мою жизнь, как шторм: бесцеремонно, шумно и совершенно неотразимо.
– Тут, оказывается, завелась русалка.
– Я не русалка. Я Алла. И этот ресторан – мой.
И чем дальше, тем яснее: этот портовый городок хранит не только бабушкины рецепты, но и чьё-то очень наглое, тёплое сердце.
– Рецепт за объятие. Равноценный обмен.
🧡❤️🧡 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🧡❤️🧡 ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА САМАЯ НИЗКАЯ! 🧡❤️🧡
— Ты привёз нас отдыхать… к своей любовнице?
— Тише, Лида. Дети услышат.
Услышат?
Они уже видят, как чужая женщина обнимает их отца.
А я смотрю на его ладонь на её талии и вспоминаю, как вчера просила просто взять меня за руку.
Меня он попросил не начинать.
Её даже не думает оттолкнуть.
— Назар, я двенадцать лет тебе верила…
— И что теперь? — усмехается она. — За это он обязан тебя любить?
Я жду, что муж хотя бы заставит её замолчать.
Но он молчит сам, позволяя ей добить меня на глазах у наших детей.
Я ещё люблю его. А он уже даже не считает нужным скрывать, как мало я для него значу.
— Ты привёз нас отдыхать… к своей любовнице?
— Тише, Лида. Дети услышат.
Услышат?
Они уже видят, как чужая женщина обнимает их отца.
А я смотрю на его ладонь на её талии и вспоминаю, как вчера просила просто взять меня за руку.
Меня он попросил не начинать.
Её даже не думает оттолкнуть.
— Назар, я двенадцать лет тебе верила…
— И что теперь? — усмехается она. — За это он обязан тебя любить?
Я жду, что муж хотя бы заставит её замолчать.
Но он молчит сам, позволяя ей добить меня на глазах у наших детей.
Я ещё люблю его. А он уже даже не считает нужным скрывать, как мало я для него значу.
Она любила его до беспамятства, отдав свою чистоту и гордость, но его жестокая измена сожгла её иллюзии дотла. Сбежав от позора и золотой клетки в затерянный горный аул, Лейла научилась жить заново — сильной, независимой и ледяной. Спустя три года удушающей вины и одиночества властный Тамерлан случайно находит её среди туманных скал во время бури. Теперь он готов ползать на коленях, рубить дрова до кровавых мозолей и быть слугой у её ног, но сможет ли дикий волк заслужить прощение женщины, которая больше ему не принадлежит?
Лика застукивает мужа с любовницей в их постели. В ту же ночь уезжает из города с коллегой-волонтёром, ещё не зная, что он — злейший враг её мужа и пришёл за местью
Обычный рабочий день Ксении, очаровательной пышки из Москвы 2026 года, вдруг превратился в свободный день в 1920 году... К чему ещё могла привести встреча с любимым поэтом?
— Мне нужен мой ребенок!
Ультиматум выдвигает тот, в кого я была влюблена десять лет назад и чей биоматериал использовала, чтобы родить замечательных крошек. Лапочек-дочек. Моих. Только моих.
Слышишь, Шторм?!
Некогда заведующий отделением и мой наставник, а теперь главврач клиники «Новая жизнь», он никогда не хотел детей. Тем более от меня. Он вообще не собирался заводить семью, меняя одну юбку на другую. Во мне видел лишь интерна, невзрачную и нескладную девчонку.
Так почему сейчас смотрит так, словно собирается положить жизнь к моим ногам? Что изменилось за те десять лет, что мы не виделись?
Ультиматум выдвигает тот, в кого я была влюблена десять лет назад и чей биоматериал использовала, чтобы родить замечательных крошек. Лапочек-дочек. Моих. Только моих.
Слышишь, Шторм?!
Некогда заведующий отделением и мой наставник, а теперь главврач клиники «Новая жизнь», он никогда не хотел детей. Тем более от меня. Он вообще не собирался заводить семью, меняя одну юбку на другую. Во мне видел лишь интерна, невзрачную и нескладную девчонку.
Так почему сейчас смотрит так, словно собирается положить жизнь к моим ногам? Что изменилось за те десять лет, что мы не виделись?
Выберите полку для книги