Книги в жанре «Женский роман»
— Папа! — кричит наш малыш, забегая в комнату.
А там, в полумраке гостиной, в объятиях моего мужа, стоит другая женщина. Незнакомая, молодая, с наглым выражением на лице.
— Мама, кто это?
Сын начинает плакать. Он утыкается лицом в мою руку. Я чувствую, как внутри меня поднимается волна ярости и отчаяния.
Муж изменил мне, разрушив нашу семью. Именно тогда, когда я оказалась на самом дне, в моей жизни появился он. Внимательный, чуткий, заботливый. Но прошлое не отпускает. Мой муж вдруг опомнился…
А там, в полумраке гостиной, в объятиях моего мужа, стоит другая женщина. Незнакомая, молодая, с наглым выражением на лице.
— Мама, кто это?
Сын начинает плакать. Он утыкается лицом в мою руку. Я чувствую, как внутри меня поднимается волна ярости и отчаяния.
Муж изменил мне, разрушив нашу семью. Именно тогда, когда я оказалась на самом дне, в моей жизни появился он. Внимательный, чуткий, заботливый. Но прошлое не отпускает. Мой муж вдруг опомнился…
— Это правда, что у вас есть второй ребенок, но вы воспитываете только одного? — слышу голос в толпе журналистов.
— Разумеется, нет, следующий вопрос.
— Мы нашли вашего сына, — парирует журналистка. — У нас есть фотографии.
Фото я получаю через минуту. Рассматриваю мальчика. У него такой же редкий цвет глаз, как у меня. Умно, конечно, приписать мне...
Замираю, потому что вижу последнюю фотографию. Вижу ее.
— Почему вы не участвуете в воспитании второго сына?
— Без комментариев.
Я расталкиваю журналистов и иду к машине. Настойчивые бьют по стеклу и крыше авто, требуя ответа.
Я же быстро делаю снимки на телефон и отправляю своему помощнику со словами:
— Лебедева Ольга. Найти. Срочно!
— Разумеется, нет, следующий вопрос.
— Мы нашли вашего сына, — парирует журналистка. — У нас есть фотографии.
Фото я получаю через минуту. Рассматриваю мальчика. У него такой же редкий цвет глаз, как у меня. Умно, конечно, приписать мне...
Замираю, потому что вижу последнюю фотографию. Вижу ее.
— Почему вы не участвуете в воспитании второго сына?
— Без комментариев.
Я расталкиваю журналистов и иду к машине. Настойчивые бьют по стеклу и крыше авто, требуя ответа.
Я же быстро делаю снимки на телефон и отправляю своему помощнику со словами:
— Лебедева Ольга. Найти. Срочно!
– У тебя есть сын?
Разворачиваюсь и сталкиваюсь с бывшим лицом к лицу.
Амин хватает меня за плечи.
– У тебя сын? Отвечай, Вера!
– А тебе-то что? – бьюсь в его руках, но он не отпускает. Держит крепко, но не причиняя боли.
– От кого ты родила? Я прикончу его!
– Что?!
– Ты моя женщина, Вера!
Я аж замираю. Вот это заявление! И это после всего!
– Или… Или это мой сын, Вера? Твой ребёнок… ты родила его от меня?
– Да с чего бы? Ты что, единственный мужчина на планете?
– Если он от меня… то я заберу его.
– Размечтался! Это только мой ребёнок! – принимаюсь снова вырываться. Сына я ни за что не отдам! – Ты не его отец, ясно?! И ты не разлучишь меня с сыном!
– Не разлучу. Если он мой… то я заберу вас обоих, Вера.
– Но ты женат!
– Неважно. Будешь второй женой.
Разворачиваюсь и сталкиваюсь с бывшим лицом к лицу.
Амин хватает меня за плечи.
– У тебя сын? Отвечай, Вера!
– А тебе-то что? – бьюсь в его руках, но он не отпускает. Держит крепко, но не причиняя боли.
– От кого ты родила? Я прикончу его!
– Что?!
– Ты моя женщина, Вера!
Я аж замираю. Вот это заявление! И это после всего!
– Или… Или это мой сын, Вера? Твой ребёнок… ты родила его от меня?
– Да с чего бы? Ты что, единственный мужчина на планете?
– Если он от меня… то я заберу его.
– Размечтался! Это только мой ребёнок! – принимаюсь снова вырываться. Сына я ни за что не отдам! – Ты не его отец, ясно?! И ты не разлучишь меня с сыном!
– Не разлучу. Если он мой… то я заберу вас обоих, Вера.
– Но ты женат!
– Неважно. Будешь второй женой.
Я помогла девочке выбраться из горящего дома, рискуя жизнью. Чудом уцелела. Отец малышки — суровый боец СОБРа — предложил мне стать её няней. Я согласилась. Но чем ближе я узнавала его, тем сильнее запутывалась. Он — человек опасной профессии, привыкший держать дистанцию. Я — та, кто слишком поздно поняла, что влюбилась. Теперь он должен спасти меня… не от огня, а от себя самой. Потому что в его мире чувства — роскошь, за которую приходится платить.
– Бабуля, ты уже сполна пожила в роскоши, – с усмешкой заявляет Катерина. – Пора уступить дорогу кому-то помоложе.
– Тебе что ли? – интересуюсь я.
– Да! Мне! А что ты можешь дать своему мужу? Детей родишь в пятьдесят?
– Я уже родила мужу троих дочерей, – спокойно произношу я.
– И что с того? Подвиг что ли совершила? Теперь твоя участь нянчить внуков! А я ему сына рожу! Наследника!
– Наследника чего? – спрашиваю я, приподняв брови. – Выбрав моего мужа, ты просчиталась… Готовься к тому, что скоро тебе придется прозябать в нищете…
– Тебе что ли? – интересуюсь я.
– Да! Мне! А что ты можешь дать своему мужу? Детей родишь в пятьдесят?
– Я уже родила мужу троих дочерей, – спокойно произношу я.
– И что с того? Подвиг что ли совершила? Теперь твоя участь нянчить внуков! А я ему сына рожу! Наследника!
– Наследника чего? – спрашиваю я, приподняв брови. – Выбрав моего мужа, ты просчиталась… Готовься к тому, что скоро тебе придется прозябать в нищете…
Полтора года назад любимый мужчина сказал мне выбирать: или он, или ребёнок. А теперь снова появился в моей жизни и хочет её разрушить.
— Ребёнка я определяю в дом малютки, — ошарашил меня бывший.
— Нет! Только не это! — запаниковала я, — они мне потом его не отдадут!
Смотрела на мужчину и сама не понимала, что я от него хочу. Ему сын никогда был не нужен, не нужен и сейчас. Как можно вообще было заикнуться про дом малютки для собственного сына?
— Что ты предлагаешь? Мне с ним возиться, пока ты в больнице прохлаждаешься?
— Найми няню. Я возмещу все расходы.
— Меня не интересует возмещение, Лея. Замотивируй меня как-нибудь иначе.
— Иначе?
— Свидание, — подсказал он, — когда выздоровеешь, разумеется. Ты же ходишь на свидания со всякими непонятными мужиками. Ну и со мной сходишь. По старой памяти.
— Свидание — это ужин в ресторане?
— Да, можно ужин. Потом к тебе или ко мне. Всё более чем стандартно.
— Ребёнка я определяю в дом малютки, — ошарашил меня бывший.
— Нет! Только не это! — запаниковала я, — они мне потом его не отдадут!
Смотрела на мужчину и сама не понимала, что я от него хочу. Ему сын никогда был не нужен, не нужен и сейчас. Как можно вообще было заикнуться про дом малютки для собственного сына?
— Что ты предлагаешь? Мне с ним возиться, пока ты в больнице прохлаждаешься?
— Найми няню. Я возмещу все расходы.
— Меня не интересует возмещение, Лея. Замотивируй меня как-нибудь иначе.
— Иначе?
— Свидание, — подсказал он, — когда выздоровеешь, разумеется. Ты же ходишь на свидания со всякими непонятными мужиками. Ну и со мной сходишь. По старой памяти.
— Свидание — это ужин в ресторане?
— Да, можно ужин. Потом к тебе или ко мне. Всё более чем стандартно.
- Тата? – раздаётся надо мной до боли знакомый голос с еле заметным акцентом, который когда-то мне безумно нравился.
Руслан садится за мой столик, не спрашивая разрешения. Он всегда вёл себе по-хозяйски.
- Привет, - стараюсь произнести беззаботно, надеясь, что голос не дрогнет. Я не способна сейчас на длинные фразы. – Неважно.
Я внутренне поёживаюсь под пронзительным взглядом Руслана. Увы, он всегда умел смотреть так, будто препарировал меня и при этом видел насквозь.
- Кого ты здесь ждёшь? – спрашивает так, будто до сих пор имеет право требовать от меня отчёта.
- Ты слишком любопытен для бывшего, - набравшись сил, дерзко смотрю в глаза Руслану. Больше я взгляд не отведу!
- Даже так, - насмешливо хмыкает Руслан.
- И никак иначе! В моём настоящем нет места прошлому.
***
Он разрушил мою жизнь. Напрашивается на ответку? Что ж он об этом пожалеет.
Руслан садится за мой столик, не спрашивая разрешения. Он всегда вёл себе по-хозяйски.
- Привет, - стараюсь произнести беззаботно, надеясь, что голос не дрогнет. Я не способна сейчас на длинные фразы. – Неважно.
Я внутренне поёживаюсь под пронзительным взглядом Руслана. Увы, он всегда умел смотреть так, будто препарировал меня и при этом видел насквозь.
- Кого ты здесь ждёшь? – спрашивает так, будто до сих пор имеет право требовать от меня отчёта.
- Ты слишком любопытен для бывшего, - набравшись сил, дерзко смотрю в глаза Руслану. Больше я взгляд не отведу!
- Даже так, - насмешливо хмыкает Руслан.
- И никак иначе! В моём настоящем нет места прошлому.
***
Он разрушил мою жизнь. Напрашивается на ответку? Что ж он об этом пожалеет.
❗️ПОДПИСКА❗️
Слышу в телефоне голос босса:
– Ваша дочь у меня.
От его тона и слов мне становится дурно. На ватных ногах бегу за Наташкой.
Влетаю в кабинет генерального. Вижу Троицкого и Натусю на полу.
– Что вы тут делаете?! – выдыхаю, начихав на субординацию.
– Рисуем, – произносит, смотря на меня, как на таракана, генеральный “монстр”.
– Мама, не волнуйся, – заикаясь, шепчет дочь. – Он хороший. Будет моим папой…
Троицкий встаёт. Возвышается надо мной, как скала.
– Поскольку отца у ребёнка нет в школу 1 сентября Наташу поведу я.
– Вы?.. Но мы... Это невозможно!
– Мы с Наташей уже всё решили. Иное не обсуждается, – рявкает босс, нежно поднимая мою дочь с пола. – Идите… работать, Алина.
Понимаю, спорить с Троицким бесполезно.
Выхожу из кабинета с мыслью, как мне после этого дальше работать с этим “монстром”…
Слышу в телефоне голос босса:
– Ваша дочь у меня.
От его тона и слов мне становится дурно. На ватных ногах бегу за Наташкой.
Влетаю в кабинет генерального. Вижу Троицкого и Натусю на полу.
– Что вы тут делаете?! – выдыхаю, начихав на субординацию.
– Рисуем, – произносит, смотря на меня, как на таракана, генеральный “монстр”.
– Мама, не волнуйся, – заикаясь, шепчет дочь. – Он хороший. Будет моим папой…
Троицкий встаёт. Возвышается надо мной, как скала.
– Поскольку отца у ребёнка нет в школу 1 сентября Наташу поведу я.
– Вы?.. Но мы... Это невозможно!
– Мы с Наташей уже всё решили. Иное не обсуждается, – рявкает босс, нежно поднимая мою дочь с пола. – Идите… работать, Алина.
Понимаю, спорить с Троицким бесполезно.
Выхожу из кабинета с мыслью, как мне после этого дальше работать с этим “монстром”…
Затаив дыхание смотрю, как мальчик останавливается и подходит ко мне.
Сказать, что у него талант – ничего не сказать!
- Ты раньше занимался танцами?
- Немного, - мальчик пожимает плечами и помедлив добавляет: - С мамой.
- Это заметно. У тебя огромный потенциал! Хочешь, я запишу тебя к нам? Будешь ходить?
- Хочу, - кивает он. – Но не буду. Папа не разрешит.
- Папа не любит танцы? – хмурюсь я.
Ох уж эти «махровые» мужики со своими предрассудками…
- Нет. Но он не в восторге от танцовщиц, которые их ведут.
***
Я готов на многое, чтобы помочь сыну адаптироваться на новом месте и найти друзей. Записать его на любую секцию. Плавание, борьба, футбол... Однако, единственное занятие, которое его интересует, я считаю крайне неподходящим. Но как спорить с тем, что танцы меняют жизнь сына к лучшему? И как устоять перед его тренером, которая, в отличии от других, видит в моем мальчике не проблему, а потенциал?
Сказать, что у него талант – ничего не сказать!
- Ты раньше занимался танцами?
- Немного, - мальчик пожимает плечами и помедлив добавляет: - С мамой.
- Это заметно. У тебя огромный потенциал! Хочешь, я запишу тебя к нам? Будешь ходить?
- Хочу, - кивает он. – Но не буду. Папа не разрешит.
- Папа не любит танцы? – хмурюсь я.
Ох уж эти «махровые» мужики со своими предрассудками…
- Нет. Но он не в восторге от танцовщиц, которые их ведут.
***
Я готов на многое, чтобы помочь сыну адаптироваться на новом месте и найти друзей. Записать его на любую секцию. Плавание, борьба, футбол... Однако, единственное занятие, которое его интересует, я считаю крайне неподходящим. Но как спорить с тем, что танцы меняют жизнь сына к лучшему? И как устоять перед его тренером, которая, в отличии от других, видит в моем мальчике не проблему, а потенциал?
– Я хотела познакомить вас со своим сыном. Это Лёвушка.
– Прелестный малыш, – говорю искренне, хотя сама в замешательстве. В голове крутится мысль: «Что происходит?».
– Его отец… ваш жених.
– Егор?! – вместо возмутительного крика из горла вырвался какой–то сип. – Не смешно, девушка. Вы, наверное, меня с кем–то спутали. Сегодня много кто женится.
– Это правда. Отец моего ребенка Егор. Вот тест ДНК, – всовывает мне в руку свернутую пополам бумагу.
Не надо смотреть! – вопит внутренний голос.
Но пальцы уже разворачивают лист.
Опускаю глаза вниз. Буквы от волнения расплываются, сливаются в одно черное месиво. Взгляд выхватывает только последнюю строчку: «Вероятность родства 99,9%».
Чуть выше сквозь пелену перед глазами проявляется еще одна строка: «Сургутский Егор Николаевич».
Это имя моего жениха!
Красивой сказке… конец?
– Прелестный малыш, – говорю искренне, хотя сама в замешательстве. В голове крутится мысль: «Что происходит?».
– Его отец… ваш жених.
– Егор?! – вместо возмутительного крика из горла вырвался какой–то сип. – Не смешно, девушка. Вы, наверное, меня с кем–то спутали. Сегодня много кто женится.
– Это правда. Отец моего ребенка Егор. Вот тест ДНК, – всовывает мне в руку свернутую пополам бумагу.
Не надо смотреть! – вопит внутренний голос.
Но пальцы уже разворачивают лист.
Опускаю глаза вниз. Буквы от волнения расплываются, сливаются в одно черное месиво. Взгляд выхватывает только последнюю строчку: «Вероятность родства 99,9%».
Чуть выше сквозь пелену перед глазами проявляется еще одна строка: «Сургутский Егор Николаевич».
Это имя моего жениха!
Красивой сказке… конец?
Выберите полку для книги