Книги в жанре «Женский роман»
Я разуваюсь и прохожу в дом.
— Где ты был три дня? — спокойно спрашивает Вера.
Я поднимаю голову и молчу. Может, сказать правду и тогда не придется жить на две семьи.
— Ты завел себе другую женщину?
Я коротко киваю:
– Так вышло.
— Так вышло? — она вскакивает. — Что «вышло», Илья? Ты шёл, шел и вдруг открыл дверь в чужой дом и лег с ней в постель? Так это «вышло»?
Я даже не знаю, что ей ответить. Вряд ли она поймет меня.
– Ты просто трус, Илья! — в глазах у неё пылает огонь. — Ты увёз меня, запер в глуши и просто нашёл себе бабу попроще, потише, с пустой головой, и решил — вот теперь будет рай?
— Не рай… Просто тишина. Мне не хватало спокойствия.
— Где ты был три дня? — спокойно спрашивает Вера.
Я поднимаю голову и молчу. Может, сказать правду и тогда не придется жить на две семьи.
— Ты завел себе другую женщину?
Я коротко киваю:
– Так вышло.
— Так вышло? — она вскакивает. — Что «вышло», Илья? Ты шёл, шел и вдруг открыл дверь в чужой дом и лег с ней в постель? Так это «вышло»?
Я даже не знаю, что ей ответить. Вряд ли она поймет меня.
– Ты просто трус, Илья! — в глазах у неё пылает огонь. — Ты увёз меня, запер в глуши и просто нашёл себе бабу попроще, потише, с пустой головой, и решил — вот теперь будет рай?
— Не рай… Просто тишина. Мне не хватало спокойствия.
Тихонько захожу в приемную и кладу сумочку на диван. Дверь в кабинет нашего семейного психолога приоткрыта, и я на цыпочках крадусь к кофейному аппарату. Уже заношу руку, чтобы нажать на кнопку с надписью “капучино”, как замираю от женского стона.
Такой стон ни с чем не перепутать, и я краснею до кончиков волос.
Может, все-таки померещилось?
Но в следующую секунду глухой мужской рык доказывает, что нифига не померещилось.
Подхожу к двери, чтобы тихо закрыть ее. Только дотрагиваюсь до ручки, как из кабинета слышится голос моего мужа:
— Давай еще разок.
Стою, как вкопанная. Это мне показалось? Да ведь?
***
Я хотела вдохнуть в наш брак новую жизнь и уговорила мужа на сеансы семейной психотерапии. Только вот женщина, которая должна была помочь нам спасти отношения, оказалась любовницей мужа. А он вместо извинений решил отобрать мой бизнес...
Такой стон ни с чем не перепутать, и я краснею до кончиков волос.
Может, все-таки померещилось?
Но в следующую секунду глухой мужской рык доказывает, что нифига не померещилось.
Подхожу к двери, чтобы тихо закрыть ее. Только дотрагиваюсь до ручки, как из кабинета слышится голос моего мужа:
— Давай еще разок.
Стою, как вкопанная. Это мне показалось? Да ведь?
***
Я хотела вдохнуть в наш брак новую жизнь и уговорила мужа на сеансы семейной психотерапии. Только вот женщина, которая должна была помочь нам спасти отношения, оказалась любовницей мужа. А он вместо извинений решил отобрать мой бизнес...
Я никогда не думала, что услышу это от него. От мужа, с которым мы женаты 20 лет. Никогда.
— Давай без истерик, Аня. Всё. Мне это надоело. Я ухожу.
Словно выстрел в упор. У меня перехватывает дыхание.
— Куда? — мой голос звучит хрипло, почти неузнаваемо.
Он усмехается. Горько. Презрительно. Так, словно я — надоевшая обуза, лишний груз.
— К другой. Она моложе. Она интереснее. С ней я чувствую себя… — он делает паузу, отводит взгляд, будто даёт мне время самой дорисовать картину, — живым.
Живым. А со мной? Со мной ты что, умер?
— Давай без истерик, Аня. Всё. Мне это надоело. Я ухожу.
Словно выстрел в упор. У меня перехватывает дыхание.
— Куда? — мой голос звучит хрипло, почти неузнаваемо.
Он усмехается. Горько. Презрительно. Так, словно я — надоевшая обуза, лишний груз.
— К другой. Она моложе. Она интереснее. С ней я чувствую себя… — он делает паузу, отводит взгляд, будто даёт мне время самой дорисовать картину, — живым.
Живым. А со мной? Со мной ты что, умер?
— Я тебе запрещаю! — рычит сквозь зубы. — Услышала?
— Мне ваши запреты, Мирон Владиславович, до того места, где мысленно была ваша ладонь, — напуганная, но дерзкая. — Ты вообще ничего не можешь мне запрещать! Ты мне никто! Мне двадцать лет, и я сама решаю с кем мне встречаться, целоваться или кого куда послать!
— Нет, ты глупая, наивная девчонка! — рявкает Уваров. — Грызи свои цветные карандаши и не бросай вызов взрослым мужчинам, Лиля, не потянешь! Думаешь, Князев остановится на поцелуях?
– По крайней мере, его рот не присасывался к губам моей тети. А язык не вытворял всех тех штук, о которых я даже думать не хочу. И о тебе, Уваров, я не хочу думать по той же причине.
***
Мирон Уваров. Самоуверенный, бессовестный похититель женского спокойствия. Мой преподаватель и мужчина, сломавший жизнь моей тёти. Мне нельзя любить его по многим причинам. Но что я буду делать, когда он поставит целью сделать меня своей?
— Мне ваши запреты, Мирон Владиславович, до того места, где мысленно была ваша ладонь, — напуганная, но дерзкая. — Ты вообще ничего не можешь мне запрещать! Ты мне никто! Мне двадцать лет, и я сама решаю с кем мне встречаться, целоваться или кого куда послать!
— Нет, ты глупая, наивная девчонка! — рявкает Уваров. — Грызи свои цветные карандаши и не бросай вызов взрослым мужчинам, Лиля, не потянешь! Думаешь, Князев остановится на поцелуях?
– По крайней мере, его рот не присасывался к губам моей тети. А язык не вытворял всех тех штук, о которых я даже думать не хочу. И о тебе, Уваров, я не хочу думать по той же причине.
***
Мирон Уваров. Самоуверенный, бессовестный похититель женского спокойствия. Мой преподаватель и мужчина, сломавший жизнь моей тёти. Мне нельзя любить его по многим причинам. Но что я буду делать, когда он поставит целью сделать меня своей?
— Ты всё не так поняла! — заорал Антон, нависая надо мной, багровый от ярости:
— Это ты виновата! Двадцать пять лет я ждал, надеялся... А ты не могла подарить мне ребёнка!
— Ты обалдел? — я раздула ноздри. Антон схватил меня за руку, небольно сжал её.
— Думаешь, легко жить с бесплодной женой? Я заслужил счастье! И имею право делать то, что хочу!!!
— Ублюдок... — шепнула я, глядя на молоденькую кобылу, прижавшуюся к углу.
— Не смей так со мной разговаривать! Я заместитель мэра! А ты... ты просто неудачница, которая не смогла удержать мужа!
В комнате воцаряется тяжёлая тишина. Чувства рассыпаются в прах...
— Это ты виновата! Двадцать пять лет я ждал, надеялся... А ты не могла подарить мне ребёнка!
— Ты обалдел? — я раздула ноздри. Антон схватил меня за руку, небольно сжал её.
— Думаешь, легко жить с бесплодной женой? Я заслужил счастье! И имею право делать то, что хочу!!!
— Ублюдок... — шепнула я, глядя на молоденькую кобылу, прижавшуюся к углу.
— Не смей так со мной разговаривать! Я заместитель мэра! А ты... ты просто неудачница, которая не смогла удержать мужа!
В комнате воцаряется тяжёлая тишина. Чувства рассыпаются в прах...
Я везла дочь в школу, когда заметила на сиденье чужой длинный волос.
— Мам, а я вчера видела, как Екатерина Алексеевна садится в нашу машину, папа куда-то ее повез, — сообщила дочка.
Екатерина Алексеевна — ее классная руководительница. И вчера мой муж отвозил Лизу в школу. Вот только он не говорил, что встречался с учительницей.
А чуть позже я узнала всю правду. Мой муж вел двойную жизнь. И его измены были куда страшнее, чем я могла представить.
— Ну подашь ты на развод — и что? Ты же всё равно меня простишь. На коленях приползешь. Это неизбежно, — уверял Илья.
Но он не знал одного: в этой войне я собиралась победить. Любыми путями.
— Мам, а я вчера видела, как Екатерина Алексеевна садится в нашу машину, папа куда-то ее повез, — сообщила дочка.
Екатерина Алексеевна — ее классная руководительница. И вчера мой муж отвозил Лизу в школу. Вот только он не говорил, что встречался с учительницей.
А чуть позже я узнала всю правду. Мой муж вел двойную жизнь. И его измены были куда страшнее, чем я могла представить.
— Ну подашь ты на развод — и что? Ты же всё равно меня простишь. На коленях приползешь. Это неизбежно, — уверял Илья.
Но он не знал одного: в этой войне я собиралась победить. Любыми путями.
– Дядя помоги! Нас хотят укласть!
Две белобрысые пигалицы ворвались в кабинет и, перевернув вверх тормашками испуганного бухгалтера, влезли мне на спину.
Вскарабкались как на Эверест.
– Помоги! – закричала в ухо правая, тормоша меня за воротник рубашки.
– Там ведьма маму пытает! – икала левая.
Моё обычное утро было разрушено. Сначала в кабинет ворвался ураган из двух малявок-близняшек, потом я узнал, что мачеха выкрала их из садика и устроила драку с их матерью.
И следом, как вишенка на торте: женщина, которую я старался забыть, оказалась главным действующим лицом этой драки.
Две белобрысые пигалицы ворвались в кабинет и, перевернув вверх тормашками испуганного бухгалтера, влезли мне на спину.
Вскарабкались как на Эверест.
– Помоги! – закричала в ухо правая, тормоша меня за воротник рубашки.
– Там ведьма маму пытает! – икала левая.
Моё обычное утро было разрушено. Сначала в кабинет ворвался ураган из двух малявок-близняшек, потом я узнал, что мачеха выкрала их из садика и устроила драку с их матерью.
И следом, как вишенка на торте: женщина, которую я старался забыть, оказалась главным действующим лицом этой драки.
- Ты хочешь отнять у меня детей?
- Света, я хочу, чтобы всё прошло цивилизованно. Но ты должна понимать - я тоже имею права. На имущество, на детей...
- Ты с ума сошёл! И твоя шлюха захочет воспитывать твоих детей, ты поинтересовался у неё для начала? - я закричала. - Это я сидела с ними, когда они болели! Это я водила их в школу, на кружки! Ты вечно на работе!
- Вот именно, - его голос стал жёстким. - Я работал, обеспечивал семью. А ты что? Сидела дома. У тебя нет ни работы, ни дохода. Как ты собираешься содержать детей? Я думаю Анна не будет возражать, если дети будут жить с нами.
- Света, я хочу, чтобы всё прошло цивилизованно. Но ты должна понимать - я тоже имею права. На имущество, на детей...
- Ты с ума сошёл! И твоя шлюха захочет воспитывать твоих детей, ты поинтересовался у неё для начала? - я закричала. - Это я сидела с ними, когда они болели! Это я водила их в школу, на кружки! Ты вечно на работе!
- Вот именно, - его голос стал жёстким. - Я работал, обеспечивал семью. А ты что? Сидела дома. У тебя нет ни работы, ни дохода. Как ты собираешься содержать детей? Я думаю Анна не будет возражать, если дети будут жить с нами.
— Чем глубже рана, тем прочнее связь, — ухмыляется бывший.
— Нет между нами никакой связи, Волков.
— Я тоже по тебе скучал. Вижу, ты после меня замуж не вышла, — на руку мою смотрит. — Печально… Что так?
— Мам, пойдем, — внезапно подбегает ко мне дочь и берет за руку, и я шумно втягиваю воздух в легкие, видя каким стал взгляд Артема. — А этот дядя кто?
— Привет, милая, — не теряется бывший, подмигивая моей дочери. — Никакой связи, говоришь? — взгляд на меня переводит.
Так он и узнал и моем секрете, который я хранила почти шесть лет. Он разбил мое сердце. Отравил душу. Я не выдержала и ушла от него на раннем сроке беременности. А теперь он хочет вернуть меня и стать отцом.
— Нет между нами никакой связи, Волков.
— Я тоже по тебе скучал. Вижу, ты после меня замуж не вышла, — на руку мою смотрит. — Печально… Что так?
— Мам, пойдем, — внезапно подбегает ко мне дочь и берет за руку, и я шумно втягиваю воздух в легкие, видя каким стал взгляд Артема. — А этот дядя кто?
— Привет, милая, — не теряется бывший, подмигивая моей дочери. — Никакой связи, говоришь? — взгляд на меня переводит.
Так он и узнал и моем секрете, который я хранила почти шесть лет. Он разбил мое сердце. Отравил душу. Я не выдержала и ушла от него на раннем сроке беременности. А теперь он хочет вернуть меня и стать отцом.
Вероника
Я выросла на красивой сказке про сильную любовь. Спустя время я узнала, что это была реальная история создания моей семьи. Я наследница самого опасного в Нью-Йорке клана мафии - «Эль Диабло». Милая, послушная и правильная - такой меня видит мир. Но за этой маской прячется кто-то другой. Со своими темными желаниями. И я боюсь, что скоро совершу непростительную ошибку - предам семью ради врага с татуировками по всему телу.
Лоренцо
Я специальный агент ФБР. Телохранитель. Солдат. Моё будущее было предначертано еще с рождения. Но в один момент я лишился всего. Я знаю своего врага в лицо. И я иду за ним. Неважно сколько при этом погибнет людей. Все они всего лишь сопутствующие потери. Я прячусь за множеством масок. Но настоящий я - худшая из всех. Ни любви. Ни чувств. Ни жалости. Но что-то изменилось, когда в мою тачку прыгнул невинный ангел с характером демона.
Я выросла на красивой сказке про сильную любовь. Спустя время я узнала, что это была реальная история создания моей семьи. Я наследница самого опасного в Нью-Йорке клана мафии - «Эль Диабло». Милая, послушная и правильная - такой меня видит мир. Но за этой маской прячется кто-то другой. Со своими темными желаниями. И я боюсь, что скоро совершу непростительную ошибку - предам семью ради врага с татуировками по всему телу.
Лоренцо
Я специальный агент ФБР. Телохранитель. Солдат. Моё будущее было предначертано еще с рождения. Но в один момент я лишился всего. Я знаю своего врага в лицо. И я иду за ним. Неважно сколько при этом погибнет людей. Все они всего лишь сопутствующие потери. Я прячусь за множеством масок. Но настоящий я - худшая из всех. Ни любви. Ни чувств. Ни жалости. Но что-то изменилось, когда в мою тачку прыгнул невинный ангел с характером демона.
Выберите полку для книги