Читать и слушать книги

— Инга, можешь злиться, сколько хочешь, только отцу моему её фамилию не называй. Прошу тебя!
— Тимофей, я застала тебя у любовницы. Ты в домашних тапочках мусор выносил! А тебя волнует, что скажет папа?
— Ты не понимаешь. Это дочь Копылова.
Копылов. Человек, которого свёкор ненавидит больше двадцати лет. В нашем доме даже упоминать его запрещено.
А мой муж, уважаемый генерал, оказывается, восемь лет тайком встречается с его дочерью.
И теперь умоляет меня молчать. Ради детей, родителей, семьи...
Вот только любовница больше ждать не собирается. Она уже присмотрела себе дом. И утверждает, что генерал обещал переехать к ней.
Интересно, когда мой муж собирался сообщить об этом мне?

— Ваш биоматериал использовали по ошибке, — сообщает директор клиники. — Беременность наступила. Родились трое мальчиков.
Пять лет у меня были сыновья, о которых я ничего не знал.
— Где они?
— По последним данным, семья находится в государстве, где начались боевые действия. Госпожа Соколова преподавала в полевой школе при гуманитарной миссии.
— Где именно?
— Это закрытая информация… — пытается вмешаться юрист.
— Я спрашиваю. Где. Именно!
Анастасия называет город. Пограничный район из утренних закрытых сводок. Дороги перекрыты, аэродром поврежден, объявлена эвакуация.
Я достаю телефон и набираю начальника штаба.
— Поднимай борт, — говорю, когда он отвечает. — Через сорок минут буду на аэродроме.
Директор вскакивает.
— Куда вы собрались?
Я убираю фотографию во внутренний карман кителя.
— Я лечу за своими детьми.

Останавливаюсь у подножия кровати, ослабляю узел галстука и до хруста в костях сжимаю в ладони телефон.
— Тимофей Романович, пожалуйста... – всплывает в памяти возбужденный, с придыханием голос. Жаркие всхлипы, широко раскрытые бирюзовые глаза, в которых плещется стыд в перемешку с желанием.
Вспоминаю прошедшую ночь в мельчайших подробностях и не могу сдвинуться с места. Хотя понимаю, что должен как можно скорее уйти.
Только продолжаю смотреть на свою зависимость, сладко спящую на белоснежной, измятой постели, на белокурые локоны, разметавшиеся по подушке, пухлые губы, сводящие с ума.
Глупая невинная девочка, поверившая в сказку.
Хватаю пальто, кожаный портфель, выхожу из спальни и медленно спускаюсь по ступеням. Внизу меня уже ждет водитель.
Подхожу к дверям и сухо произношу:
— Остаешься здесь, я уже вызвал себе такси. Когда Анна проснется, отвезешь ее в аэропорт. И сообщи, что я больше не нуждаюсь в услугах личной помощницы… Она уволена...

КНИГА ЗАВЕРШЕНА!
— Да, зайка, — произнес он в трубку. Голос у него был бархатный, глубокий, с легкой хрипотцой. — Ну, конечно, я помню. Что ты хочешь?.. Аааа, понял. Брось ссылку в эсэмэс. Хорошо, куплю тебе это платье… Нет, не забуду. Да, целую. Давай.
«Еще один папик», — мысленно скривилась я, судорожно сжав в руках ремешок своей потертой сумки. В голове свежими красками вспыхнули Томины напутствия про «биологический мусор».
Мужчина сбросил звонок и положил телефон на стол экраном вниз.
Меня аж передёрнуло. Я скривилась, едва сдерживая порыв закатить глаза. Ну разумеется. «Зайка». Солидный дядька под сорокет, миллионер с обложки, а сюсюкает с какой-нибудь двадцатилетней фифой, которая тянет из него деньги на наряды. Фу. Какими же предсказуемыми и жалкими они становятся, когда дело касается молодых девиц!
Видимо, рабочая смена на ногах, домашняя сцена у Томы с котами и накопившаяся усталость окончательно отключили мой инстинкт самосохранения.

Елена Адамия – один из лучших специалистов в своей области. Судмедэксперт, о жизни которой ничего не знают даже коллеги. Когда она отказывает влиятельным людям в исполнении «маленького одолжения», её жизнь круто меняется.

Ястребов Олег не привык получать отказы. Будучи сыном самого влиятельного в городе криминального авторитета, он с детства привык добиваться желаемого. И уж тем более не ожидал получить от ворот поворот от девчонки, которая с трудом до его плеча достает.
В тот момент он ещё не знал, что именно она станет его одержимостью…

– Что это? – красноречиво окинув меня взглядом, пигалица глядит с нескрываемым пренебрежением.
– Наши пожелания.
В ответ она вопросительно приподнимает бровь.
– Указания к тому, что ты должна написать в заключении. Генрихов Тимур Размикович. Тебе сегодня его привезет труповозка.
Девчонка морщит свои пухлые ярко-красные губки.
Сам не понимаю, зачем так долго пялюсь на её рот.

– Вы мой жених!
Под стойкой гудит холодильник. Громов не двигается.
Мои щёки вспыхивают – от скул до ушей.
– И давно я твой жених? – спрашивает он.
– Год. В июле будет.
– Надо же. А я и не заметил.
И я рассказываю. Про прошлый день рождения бабушки по видеосвязи, про тётю Люду и её «ну а парень-то есть?» произнесённое на всю кофейню. Про фото со стены.
Громов медленно поворачивается к табличке. К себе в фартуке. Так же медленно – обратно.
– Со стены.
– Там было написано «основатель». Звучало солидно.
***
Год назад я выдумала жениха, чтобы родня отстала. Теперь бабушка ждёт нас на юбилей, мама готовит свадьбу, а бывший – повод позлорадствовать. Придётся нанять настоящего владельца восьми кофеен. Того самого наглеца, которого я утром облила латте. И который почему-то согласен… но на своих условиях.

Я совершила идеальное преступление. Ну… мне так казалось.
— Этот ребёнок твой, Игорь! — выпалила я в порыве чувств, устав от шпионских игр.
— В смысле — мой, Ника? Мы знакомы всего пару месяцев. Мы что… ментально переспали? Через вентиляцию в твоей клинике?
— Ты чертовски прав. Похоже у нас был ментальный секс.
Три года после гибели мужа я, врач-репродуктолог, жила только работой. Но когда в клинику пришёл Игорь - точная копия моего покойного супруга, — мой мир перевернулся. Он планировал ЭКО с женой, но они со скандалом развелись. Поддавшись безумному импульсу, я тайно использовала его биоматериал и забеременела, планируя тихо уйти в декрет.
План был безупречен, пока компания Игоря не выиграла тендер на ремонт нашей клиники!
Теперь этот Аполлон ежедневно мозолит мне глаза, прагматично заявляет права на статус моего мужчины. Живот растёт, шпионские игры зашли слишком далеко. Как признаться мужчине, которого я полюбила всем сердцем, что этот ребёнок — его собственный?

- Аня?! Ты что здесь делаешь?! - муж судорожно натягивает простыню.
- За сахаром пришла, дорогой.
- За каким ещё сахаром?!
- За тем самым, который ты у соседки в кровати ищешь голышом.

Мой муж отправился к соседке этажом выше за сахаром. И, кажется, так увлёкся поисками, что забыл надеть одежду. А я, наивная, думала, у нас семья!

Что ж, Денис, сладкой жизни больше не будет. Твои вещи - за дверью, замки - под замену, а я подаю на развод. Только бывший почему-то уверен, что я ещё приползу обратно.

Вот только он не учёл одного: у меня на работе появился новый заведующий травматологией. Невыносимый, самоуверенный красавец, который умеет не только доводить меня до белого каления, но и смотреть так, что сердце забывает, как биться.

И кто теперь пожалеет о разводе, дорогой?

— А где баба? — недовольный бас какого-то амбала прозвучал из дверного проёма. И направлен этот бас был к моему клиенту. Мурашки на спине подсказывали, что кто-то серьёзный пришёл по мою душу и выглядывать из-за двери не следует. Я вжалась в стену ещё больше, притворяясь частью интерьера.
— А вы, собственно, кто? — Сидоркин растерялся, отступил на шаг и машинально одёрнул пиджак, будто пытался прикрыть свою внезапную неуверенность.
— Парни, уберите это чучело отсюда, — снова бас незнакомца, и я всё-таки высунулась. Моего клиента под руки выводили два амбала в кожаных куртках, скалясь так, будто они хозяева мира, а их босс, осмотрев два кресла одно напротив другого, подошёл и уселся в моё.
Его подельнички, уходя, закрыли дверь, и я оказалась на виду.
Лысый шкаф прямиком из девяностых осмотрел меня с ног до головы и поморщился как от кислого вина. Взгляд у него был тяжёлый, сканирующий, как у человека, привыкшего оценивать всё вокруг с первого взгляда и никогда не ошибаться. На лево

– Пусти меня, – хочу вырваться из стального захвата Марса, но он сильнее сжимает ладони на моей талии.
Притягивает к себе, без шансов на спасение.
– Черт, маленькая… – озадаченно бурчит Марс, ощупывая мой лоб, – ты вся горишь.
Закрывает собой от резкого порыва ледяного ветра. Непогода в горах к ночи крепчает.
– Отвези меня домой, – стараюсь не смотреть на горячие губы… – мне холодно.
Только б не столкнуться с ним взглядом.
– Лия, надо поговорить.
– Нет, – сквозь слезы вырывается из меня, – не сейчас.
Уже однажды «поговорили».
Больше - никакого спецназа!
***
Силовые игры, передел бизнеса - суровая реальность моей семьи. Враг моего отца слишком влиятелен и пойдет на все, чтоб заполучить меня. Никто не решится бросить ему вызов.
Но по моему следу уже идет тот, кто однажды разбил мое сердце.
Нахальный и горячий спецназовец, с позывным "Марс".
И ненавижу я его так же сильно, как и хочу, чтоб он стал моим первым.