Книги в жанре «Драма» по тегу «ochen-emotsionalno»
– Жанна, давай спокойно поговорим, – начал он. – Это не то, что ты думаешь.
– Не то?! – я расхохоталась. Дико, надрывно. – Вы спали в моей постели, Виктор! В обнимку! Твоя рука лежала на её талии! Что там может быть «не то»? Она проверяла, как твой храп влияет на качество её сна?
Я заметалась по комнате, хватая его вещи. Рубашки, брюки, носки – всё летело в коридор. Я швыряла их в стену, в дверь, на лестничный пролёт.
– Жанна, прекрати! – гаркнул он. – Люди проснутся!
– Пусть просыпаются! Пусть все видят, какой ты есть! – я вытащила его чемодан с антресолей, раскрыла, перевернула, вытряхнула на пол иначала складывать вещи в него, бросать комками.
Виктор стоял, смотрел. Потом сказал тихо, зло, совсем другим голосом – не просящим, не виноватым, а каким-то новым, незнакомым:
– Ты ещё пожалеешь, Жанна.
– Не то?! – я расхохоталась. Дико, надрывно. – Вы спали в моей постели, Виктор! В обнимку! Твоя рука лежала на её талии! Что там может быть «не то»? Она проверяла, как твой храп влияет на качество её сна?
Я заметалась по комнате, хватая его вещи. Рубашки, брюки, носки – всё летело в коридор. Я швыряла их в стену, в дверь, на лестничный пролёт.
– Жанна, прекрати! – гаркнул он. – Люди проснутся!
– Пусть просыпаются! Пусть все видят, какой ты есть! – я вытащила его чемодан с антресолей, раскрыла, перевернула, вытряхнула на пол иначала складывать вещи в него, бросать комками.
Виктор стоял, смотрел. Потом сказал тихо, зло, совсем другим голосом – не просящим, не виноватым, а каким-то новым, незнакомым:
– Ты ещё пожалеешь, Жанна.
— Давай чай, — тяжело опускаюсь на наш глубокий велюровый диван. Спина просто отваливается. Три часа за рулем — это уже испытание.
Тянусь к декоративной подушке, чтобы подложить ее под поясницу. Потягиваю ее на себя, и под ней что-то тихо шуршит.
Машинально опускаю руку в щель между сиденьем и спинкой и вытаскиваю небольшой квадратный клочок фольги. Серебристый, с неровно оторванным краем.
Обертка от контрацептива.
Мы купили этот диван всего три месяца назад, когда я уже была беременна.
— У нас были гости? — пытаюсь сохранить остатки надежды, что это сестра приводила кого-то, несмотря на мой строгий запрет.
— Какие гости? Нет, конечно.
Действительно, какие гости? Сестра решила не заморачиваться и никаких мужиков не водила. Ведь спала она — с моим мужем!
Двойное предательство от самых близких людей! Они пожалеют, что сделали это.
Тянусь к декоративной подушке, чтобы подложить ее под поясницу. Потягиваю ее на себя, и под ней что-то тихо шуршит.
Машинально опускаю руку в щель между сиденьем и спинкой и вытаскиваю небольшой квадратный клочок фольги. Серебристый, с неровно оторванным краем.
Обертка от контрацептива.
Мы купили этот диван всего три месяца назад, когда я уже была беременна.
— У нас были гости? — пытаюсь сохранить остатки надежды, что это сестра приводила кого-то, несмотря на мой строгий запрет.
— Какие гости? Нет, конечно.
Действительно, какие гости? Сестра решила не заморачиваться и никаких мужиков не водила. Ведь спала она — с моим мужем!
Двойное предательство от самых близких людей! Они пожалеют, что сделали это.
– Помнишь, как я тебя уговаривал выйти за меня? – муж смотрит в окно, избегая моего взгляда. – Говорил, что жизнь без тебя – не жизнь?
– Помню, – шепчу, с трудом сдерживая дрожь. – Я верила каждому твоему слову.
– Я врал, – припечатывает, разбивая вдребезги мой мир. – Я решил вернуться к Яне. Давно решил.
Яна…
Его бывшая. Первая любовь.
И похоже, единственная…
– А чего же ждал тогда? – спрашиваю, сдерживая подступившие слезы.
– Подтверждения, что ты не беременна. Уверен, ты не сообщила бы мне о ребенке.
Да, сегодня утром я сделала тест…
– И ты жил со мной, зная, что бросишь и уйдешь к другой? Играл роль любящего мужа, хотя мечтал о своей бывшей?
– Да, – припечатывает без тени сожаления.
***
Авария. Потеря памяти.
Каждую ночь я вижу один и тот же сон.
Любимый муж уходит. К другой.
Правда? Или игра моего больного воображения?
Ведь наяву со мною рядом любящий мужчина.
Но кто он на самом деле?
Предатель? Спаситель?
А может, палач моей израненной души?
– Помню, – шепчу, с трудом сдерживая дрожь. – Я верила каждому твоему слову.
– Я врал, – припечатывает, разбивая вдребезги мой мир. – Я решил вернуться к Яне. Давно решил.
Яна…
Его бывшая. Первая любовь.
И похоже, единственная…
– А чего же ждал тогда? – спрашиваю, сдерживая подступившие слезы.
– Подтверждения, что ты не беременна. Уверен, ты не сообщила бы мне о ребенке.
Да, сегодня утром я сделала тест…
– И ты жил со мной, зная, что бросишь и уйдешь к другой? Играл роль любящего мужа, хотя мечтал о своей бывшей?
– Да, – припечатывает без тени сожаления.
***
Авария. Потеря памяти.
Каждую ночь я вижу один и тот же сон.
Любимый муж уходит. К другой.
Правда? Или игра моего больного воображения?
Ведь наяву со мною рядом любящий мужчина.
Но кто он на самом деле?
Предатель? Спаситель?
А может, палач моей израненной души?
Он — главный тренер элитной теннисной базы под Петербургом. Мужчина, чьё слово решает спортивные карьеры.
Она — администратор с менеджерским образованием и редким талантом решать любые проблемы быстро и без истерик.
Он защищает её от приставаний молодого теннисиста и предлагает работу на себя. Вот только работа оказывается лишь удобным способом держать её рядом.
Она — администратор с менеджерским образованием и редким талантом решать любые проблемы быстро и без истерик.
Он защищает её от приставаний молодого теннисиста и предлагает работу на себя. Вот только работа оказывается лишь удобным способом держать её рядом.
− Ваша дочь попала в детский дом.
− В общем так, женщина. – Делаю шаг вперёд. – Если решили развести меня на бабки, то я не куплюсь, все мошеннические схемы знаю. А ещё…
− Максим Константинович!
− Всё! – Гаркаю, и дверь пытаюсь захлопнуть.
Это же надо, до чего мошенники дошли!
Даже ребёнка готовы втюхать, лишь бы на бабки развести.
А то я их не знаю, этих жуликов!
− Напишите отказ от Лики, и мы сможем начать процесс удочерения.
− Лики?
− Вашу дочь зовут Анжелика. Ей почти три годика. Очаровательная блондиночка с серыми глазками. Так что, забирать ребёнка будете?
− В общем так, женщина. – Делаю шаг вперёд. – Если решили развести меня на бабки, то я не куплюсь, все мошеннические схемы знаю. А ещё…
− Максим Константинович!
− Всё! – Гаркаю, и дверь пытаюсь захлопнуть.
Это же надо, до чего мошенники дошли!
Даже ребёнка готовы втюхать, лишь бы на бабки развести.
А то я их не знаю, этих жуликов!
− Напишите отказ от Лики, и мы сможем начать процесс удочерения.
− Лики?
− Вашу дочь зовут Анжелика. Ей почти три годика. Очаровательная блондиночка с серыми глазками. Так что, забирать ребёнка будете?
💥КНИГА ЗАВЕРШЕНА!
💥ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!
Она простая, эмоциональная и импульсивная...
Он - кавказский «принц».
Их связывают общие друзья.
Получится ли что-то из этого коктейля противоречий, если она для него дикая кошка, которая и раздражает, и притягивает?
💥ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!
Она простая, эмоциональная и импульсивная...
Он - кавказский «принц».
Их связывают общие друзья.
Получится ли что-то из этого коктейля противоречий, если она для него дикая кошка, которая и раздражает, и притягивает?
Узнав об измене мужа, Марина не рушится, а собирает себя заново — проект парка, крошечный клочок земли у новой квартиры и право на собственную жизнь. Пока бывший муж тонет в иллюзиях новой свободы, она доказывает: иногда лучший способ пережить долгую зиму — вырастить свой сад.
— У тебя будет еще один ребенок? — не знаю, зачем задаю этот вопрос, ведь уже знаю на него ответ.
— Алина с тобой все-таки поговорила? — муж выгибает бровь.
Боль пронзает каждую клеточку моего тела.
— Значит, это правда, — зажмуриваюсь. — Почему Антон? Почему?! Ты же знаешь, что я люблю тебя больше всего на свете. У нас самих скоро родится ребенок. Но ты все равно изменил мне... да еще и с моей лучшей подругой.
— Какой ответ ты хочешь получить?! Что я последний козел?! Возможно так и есть, ведь я Ульянов. А как мы уже поняли, ни один мужчина из нашей семьи не умеет быть верным.
— Ты оправдываешь измену своей фамилией?
— Я вообще не оправдываю ее! Будь моя воля, ты бы ничего не узнала. Но Алина никогда не умела хранить секреты. Что ж... Раз ты узнала правду, смирись с ней. Можешь еще со своей подружкой договориться, как вы будете делить меня. Вы же всегда мечтали родить одновременно и вместе воспитывать детей. Вот я и исполнил вашу мечту. Можешь сказать мне "спасибо"!
— Алина с тобой все-таки поговорила? — муж выгибает бровь.
Боль пронзает каждую клеточку моего тела.
— Значит, это правда, — зажмуриваюсь. — Почему Антон? Почему?! Ты же знаешь, что я люблю тебя больше всего на свете. У нас самих скоро родится ребенок. Но ты все равно изменил мне... да еще и с моей лучшей подругой.
— Какой ответ ты хочешь получить?! Что я последний козел?! Возможно так и есть, ведь я Ульянов. А как мы уже поняли, ни один мужчина из нашей семьи не умеет быть верным.
— Ты оправдываешь измену своей фамилией?
— Я вообще не оправдываю ее! Будь моя воля, ты бы ничего не узнала. Но Алина никогда не умела хранить секреты. Что ж... Раз ты узнала правду, смирись с ней. Можешь еще со своей подружкой договориться, как вы будете делить меня. Вы же всегда мечтали родить одновременно и вместе воспитывать детей. Вот я и исполнил вашу мечту. Можешь сказать мне "спасибо"!
- Мам, это Киррррилл, - дочка ко мне подбегает. - Кирилл здесь главный. Он сказал, что мы будем жить с ним!
У меня не сразу получается выговорить банальное:
- Что?
- Свободных номеров нет сейчас, вышла техническая накладка, - тут же поясняет Кирилл.
Его голос звучит ровно и спокойно, но меня все равно словно шарашит электрическим током от боли знакомых интонаций и тембра.
- И мы должны жить с тобой? - не выдерживаю.
- Это на пару дней, пока не освободится один из номеров. Думаю, тебе и твоей дочери будет удобно. Тем более я прихожу туда только ночевать.
Твоей дочери.
Он ведь даже не догадывается, что семь лет назад нас разлучили, и мне пришлось уйти с ребенком под сердцем.
У меня не сразу получается выговорить банальное:
- Что?
- Свободных номеров нет сейчас, вышла техническая накладка, - тут же поясняет Кирилл.
Его голос звучит ровно и спокойно, но меня все равно словно шарашит электрическим током от боли знакомых интонаций и тембра.
- И мы должны жить с тобой? - не выдерживаю.
- Это на пару дней, пока не освободится один из номеров. Думаю, тебе и твоей дочери будет удобно. Тем более я прихожу туда только ночевать.
Твоей дочери.
Он ведь даже не догадывается, что семь лет назад нас разлучили, и мне пришлось уйти с ребенком под сердцем.
⚡️ЗАВЕРШЕНА. НИЗКАЯ ЦЕНА⚡️
— Ты ничего не получишь. Я вышвырну тебя на улицу. Голую. Без гроша. Ты — ничто. Удобная. Пустая. Жалкая, — рявкает муж, наступая на меня.
Он хватает меня за руки. Впивается пальцами в запястья. Замахивается.
— Я знаю всё, — произношу твёрдо. — Про вас с Ксенией. Про ваш план. Про то, как моя сестра пыталась меня отравить.
Виталий замирает. Бледнеет.
— Ты врёшь…
— Нет. И ты это знаешь, — смотрю пристально ему в глаза. — Ты — соучастник. Вы планировали это вместе. Были уверены, что я ничего не узнаю.
Он отступает. В его глазах — ненависть.
— Ты ничего не докажешь.
— Докажу, — достаю телефон, нажимаю на запись. — Ты проиграл. Вы оба проиграли.
Виталий бросается на меня…
— Ты ничего не получишь. Я вышвырну тебя на улицу. Голую. Без гроша. Ты — ничто. Удобная. Пустая. Жалкая, — рявкает муж, наступая на меня.
Он хватает меня за руки. Впивается пальцами в запястья. Замахивается.
— Я знаю всё, — произношу твёрдо. — Про вас с Ксенией. Про ваш план. Про то, как моя сестра пыталась меня отравить.
Виталий замирает. Бледнеет.
— Ты врёшь…
— Нет. И ты это знаешь, — смотрю пристально ему в глаза. — Ты — соучастник. Вы планировали это вместе. Были уверены, что я ничего не узнаю.
Он отступает. В его глазах — ненависть.
— Ты ничего не докажешь.
— Докажу, — достаю телефон, нажимаю на запись. — Ты проиграл. Вы оба проиграли.
Виталий бросается на меня…
Подборка эмоциональных драм
Выберите полку для книги