Книги в жанре «Эротика»
Кейт никак не может почувствовать себя дома в безупречном пентхаусе жениха. Но у Эдварда Феррерса есть безотказный план! Правда, не факт, что он понравится самой Китти… и что после него уцелеет безупречный пентхаус!
Я сбежала из дома, где за меня решали всё, и была уверена, что хуже уже не будет.
Потом на трассе остановился Холлис.
Красивый, обаятельный и слишком притягательный для мужчины, которому стоило бы доверять меньше всего. Я села в его машину, поверив, что мне наконец повезло, а слишком поздно поняла: Холлис совсем не тот, кем показался при первой встрече.
Так я сменила одну клетку на другую.
Только здесь меня окружают заботой, провоцируют, испытывают мои границы и терпеливо ждут, когда желание окажется сильнее здравого смысла.
Я должна искать выход и держаться от Холлиса как можно дальше.
Проблема в том, что с каждым днём мне всё сложнее понять, чего я действительно хочу больше — сбежать от него или остаться.
Потом на трассе остановился Холлис.
Красивый, обаятельный и слишком притягательный для мужчины, которому стоило бы доверять меньше всего. Я села в его машину, поверив, что мне наконец повезло, а слишком поздно поняла: Холлис совсем не тот, кем показался при первой встрече.
Так я сменила одну клетку на другую.
Только здесь меня окружают заботой, провоцируют, испытывают мои границы и терпеливо ждут, когда желание окажется сильнее здравого смысла.
Я должна искать выход и держаться от Холлиса как можно дальше.
Проблема в том, что с каждым днём мне всё сложнее понять, чего я действительно хочу больше — сбежать от него или остаться.
Я вошёл в храм богини любви Сатхар, которая обещала всем исполнить их желания о семье и браке. Священнослужитель в белых длинных одеждах, увидев меня, обмер и, похоже, перестал дышать. Обычная реакция всех, кто меня видит.
Я — главный советник его величества короля Зигмунда Второго Великого. Меня боялись везде, особенно за пределами нашего королевства. Если я приезжал на переговоры, то они непременно проходили в нашу пользу.
Я — палач.
Я — секира своего короля.
Я — возмездие и справедливость в одном лице.
Только ни одна женщина не согласна тащить на себе такой крест и продолжать мой род.
— Священник, — окликнул я басом замершего человека, даже не смотря на него, — покажи мне купель богини. Я хочу испить воды.
— Но вы... Она... — пытался что-то промямлить упрямец, но я одарил его взглядом, подняв бровь. Он быстро заморгал и поклонился мне.
— Будет сделано, господин Арах, Секущий Меч, — произнёс священник и засеменил ногами к одной из дверей, распахивая её и предлагая во
Я — главный советник его величества короля Зигмунда Второго Великого. Меня боялись везде, особенно за пределами нашего королевства. Если я приезжал на переговоры, то они непременно проходили в нашу пользу.
Я — палач.
Я — секира своего короля.
Я — возмездие и справедливость в одном лице.
Только ни одна женщина не согласна тащить на себе такой крест и продолжать мой род.
— Священник, — окликнул я басом замершего человека, даже не смотря на него, — покажи мне купель богини. Я хочу испить воды.
— Но вы... Она... — пытался что-то промямлить упрямец, но я одарил его взглядом, подняв бровь. Он быстро заморгал и поклонился мне.
— Будет сделано, господин Арах, Секущий Меч, — произнёс священник и засеменил ногами к одной из дверей, распахивая её и предлагая во
«Подними голову, рабыня», — голос дракона был низким рычанием, от которого содрогнулся камень.
Элиана медленно подчинилась. В ее глазах плескался ужас, отчаяние и непролитые слезы.
«Королевство твоего отца — пепел», — произнес Валтор, не сводя с нее глаз. «Ты — все, что от него осталось. Ты — моя собственность. Твое тело, твоя жизнь, твое дыхание принадлежат мне. И сегодня я утверждаю это право».
Он поднялся с трона. Его тень накрыла ее целиком. Валтор рывком поставил ее на ноги и, не отпуская, другой рукой потянулся к застежкам ее платья. Это не было любовной лаской. Это был ритуал разрушения. Его большие, грубые пальцы с легкостью порвали тонкий шелк.
«На колени».
В ее глазах мелькнула последняя искра неповиновения, но оно было сломлено грузом страха и неизбежности. Медленно она опустилась перед ним на колени. Раскаленный пол обжигал ее кожу, но это было ничто по сравнению с леденящим душу ожиданием.
Элиана медленно подчинилась. В ее глазах плескался ужас, отчаяние и непролитые слезы.
«Королевство твоего отца — пепел», — произнес Валтор, не сводя с нее глаз. «Ты — все, что от него осталось. Ты — моя собственность. Твое тело, твоя жизнь, твое дыхание принадлежат мне. И сегодня я утверждаю это право».
Он поднялся с трона. Его тень накрыла ее целиком. Валтор рывком поставил ее на ноги и, не отпуская, другой рукой потянулся к застежкам ее платья. Это не было любовной лаской. Это был ритуал разрушения. Его большие, грубые пальцы с легкостью порвали тонкий шелк.
«На колени».
В ее глазах мелькнула последняя искра неповиновения, но оно было сломлено грузом страха и неизбежности. Медленно она опустилась перед ним на колени. Раскаленный пол обжигал ее кожу, но это было ничто по сравнению с леденящим душу ожиданием.
— Что ты собираешься со мной сделать?
— Я лишь выполняю задание, а ты не задаешь глупых вопросов, — произносит парень в мотошлеме, цепляя пальцами лямку моего платья.
Она всего лишь хотела потерять невинность. Он стремился выполнить очередной заказ босса. Но один выстрел, один подвал, один невыполненный приказ — и они стали заложниками друг друга. Он — Пёс, профессиональный киллер с психологическими травмами. Она — девушка, оказавшаяся не в то время не в том месте.
Криминальная Москва, мотоцикл на пределе скорости и чувство, которое рождается там, где должен быть холодный расчет. Иногда, чтобы спасти кого-то, нужно сначала сломаться самому.
— Я лишь выполняю задание, а ты не задаешь глупых вопросов, — произносит парень в мотошлеме, цепляя пальцами лямку моего платья.
Она всего лишь хотела потерять невинность. Он стремился выполнить очередной заказ босса. Но один выстрел, один подвал, один невыполненный приказ — и они стали заложниками друг друга. Он — Пёс, профессиональный киллер с психологическими травмами. Она — девушка, оказавшаяся не в то время не в том месте.
Криминальная Москва, мотоцикл на пределе скорости и чувство, которое рождается там, где должен быть холодный расчет. Иногда, чтобы спасти кого-то, нужно сначала сломаться самому.
— Грёбаный диспетчер! За что я плачу такие деньги! — взревел незнакомец и в отчаянии ударился лбом о стену. Потом ударил по кнопке ещё раз, уже спокойнее, смиряясь с невезением, и замер, прожигая взглядом электронное табло, в котором так и не появлялось лицо диспетчера.
Застрять в лифте с таким красавчиком — неплохо. Но он снова со стоном приложился лбом о металлическую панель и тихо зарычал на безмолвное табло. Наверняка сейчас он опаздывает на заключение какого-нибудь контракта, который принесёт ему такую прибыль, что можно будет купить ещё одну квартиру в этом доме — эдак квадратов двести. Но судьба решила иначе.
Я бросила мельком взгляд на его упругую задницу, обтянутую чёрной тканью брюк, и усмехнулась. Мужчина вдруг повернулся ко мне — наконец-то заметил, что он в лифте не один, — и посмотрел со скепсисом.
— Вы откуда тут взялись? — спросил незнакомец, чем рассмешил меня ещё больше.
Застрять в лифте с таким красавчиком — неплохо. Но он снова со стоном приложился лбом о металлическую панель и тихо зарычал на безмолвное табло. Наверняка сейчас он опаздывает на заключение какого-нибудь контракта, который принесёт ему такую прибыль, что можно будет купить ещё одну квартиру в этом доме — эдак квадратов двести. Но судьба решила иначе.
Я бросила мельком взгляд на его упругую задницу, обтянутую чёрной тканью брюк, и усмехнулась. Мужчина вдруг повернулся ко мне — наконец-то заметил, что он в лифте не один, — и посмотрел со скепсисом.
— Вы откуда тут взялись? — спросил незнакомец, чем рассмешил меня ещё больше.
— Это свадебное платье? — удивляется охранник клуба, осматривая меня с ног до головы.
— Свадебное. Меня сегодня бросил жених, не пришёл в загс, — отвечаю чётко. Плакать не буду, он того не стоит.
— У нас приличное заведение... — растерялся амбал, не зная, годится ли свадебное белое платье, как у меня, для того, чтобы попасть внутрь. Никакой вульгарности, никакого шлейфа. Откуда у студентки деньги на роскошь? Я заказала обычное, вернее, платье с кружевом, только в белом цвете. Я так хотела выйти замуж и наконец отчитаться родственникам в глубинке, что я теперь москвичка. Как бы не так.
Охранник пригласил девушку-администратора, которая оказалась намного добрее. В её глазах было неподдельное сочувствие.
— У меня есть двадцать тысяч, посадите меня куда-нибудь, где я напьюсь до талого, — попросила я, отдавая девушке купюры.
— Свадебное. Меня сегодня бросил жених, не пришёл в загс, — отвечаю чётко. Плакать не буду, он того не стоит.
— У нас приличное заведение... — растерялся амбал, не зная, годится ли свадебное белое платье, как у меня, для того, чтобы попасть внутрь. Никакой вульгарности, никакого шлейфа. Откуда у студентки деньги на роскошь? Я заказала обычное, вернее, платье с кружевом, только в белом цвете. Я так хотела выйти замуж и наконец отчитаться родственникам в глубинке, что я теперь москвичка. Как бы не так.
Охранник пригласил девушку-администратора, которая оказалась намного добрее. В её глазах было неподдельное сочувствие.
— У меня есть двадцать тысяч, посадите меня куда-нибудь, где я напьюсь до талого, — попросила я, отдавая девушке купюры.
Полина - восемнадцатилетняя девушка, студентка первого курса. Она узнаёт, что её мама встречается со своим боссом - пятидесятилетним старпёром. Полина в бешенстве. Девушка очень любит свою маму и поэтому считает, что та достойна не денег, а настоящей мужской красоты. Например, какого-нибудь молоденького фитнес-тренера с кубиками пресса. Вскоре они переезжают к маминому ухажёру в большой дорогой особняк. Чтобы насолить мужчине, который тайком заставил её маму выйти за него замуж, Полина начинает пакостить.
В дело вмешивается упёртый и дотошный до жути Кирилл - сын этого несчастного босса. Теперь каждая гадость Полины вылезает ей боком: то ноутбук улетает в окно, то Кирилл отбирает телефон, а в одну из ночей он просто пристёгивает вредную девчонку наручниками к себе - чтобы ночь прошла спокойно.
В книге вас ждёт:
✅ Юмор и самоирония
✅ Интересный живой сюжет
✅ Очень горячие и откровенные сцены
✅ Бесстрашная вредина, которая добьётся своего любой ценой
В дело вмешивается упёртый и дотошный до жути Кирилл - сын этого несчастного босса. Теперь каждая гадость Полины вылезает ей боком: то ноутбук улетает в окно, то Кирилл отбирает телефон, а в одну из ночей он просто пристёгивает вредную девчонку наручниками к себе - чтобы ночь прошла спокойно.
В книге вас ждёт:
✅ Юмор и самоирония
✅ Интересный живой сюжет
✅ Очень горячие и откровенные сцены
✅ Бесстрашная вредина, которая добьётся своего любой ценой
Я была подарком для золотого падишаха. Рабыней в шёлке, которую вывели танцевать перед троном.
Я станцевала так, что весь двор замолчал. И дракон выбрал меня.
Он думал, что получит моё тело до рассвета. Я упала в обморок у его ног. А очнувшись, сделала то, чего не делает ни одна наложница, — заговорила с ним как свободная. Отец-писец научил меня читать договоры. Дворец — тот же договор, только мелкие строки в нём пишут кровью.
Теперь наложницы шепчутся за каждой колонной, визирь считает меня чужим клинком, а падишах смотрит так, будто готов сжечь мир за один мой вздох.
Но страшнее другое. На моём запястье проступила золотая линия — знак, по которому дракон узнаёт истинную. Я прячу её под рукавом.
Потому что во дворце, где казнят за меньшее, я ещё не решила, что это — приговор или единственный путь к отцу, который, говорят, жив.
Я станцевала так, что весь двор замолчал. И дракон выбрал меня.
Он думал, что получит моё тело до рассвета. Я упала в обморок у его ног. А очнувшись, сделала то, чего не делает ни одна наложница, — заговорила с ним как свободная. Отец-писец научил меня читать договоры. Дворец — тот же договор, только мелкие строки в нём пишут кровью.
Теперь наложницы шепчутся за каждой колонной, визирь считает меня чужим клинком, а падишах смотрит так, будто готов сжечь мир за один мой вздох.
Но страшнее другое. На моём запястье проступила золотая линия — знак, по которому дракон узнаёт истинную. Я прячу её под рукавом.
Потому что во дворце, где казнят за меньшее, я ещё не решила, что это — приговор или единственный путь к отцу, который, говорят, жив.
Она — студентка, которая моет полы в офисе олигарха после ночной смены. Он — владелец империи, привыкший брать всё, что хочет. Однажды ночью он застукивает её в служебном душе — и вместо увольнения предлагает сделку: она становится его фиктивной женой на год, чтобы закрыть бизнес-интересы, а взамен он гасит её долги. Днём она — идеальная жена на публике, ночью — его. Но чем дальше, тем меньше «фиктивного» остаётся в их браке.
Выберите полку для книги