Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»
Он темный, неукротимый, как стихия. Он похитил меня ради мести. Я стану его проклятием... или спасением.
━━━━━♡♤♡━━━━━
Я в свадебном платье. Моем свадебном платье. Кровь. На белоснежном шелке алели багровые пятна. Как ее много! Чья она?
Кляп во рту давил, вызывая тошноту. Запястья жгло от веревки, стягивающей их за спиной. Ноги онемели, привязанные к грубым деревянным ножкам стула.
Передо мной стоял он. Огромный, словно высеченный из камня. Мужчина? Нет. Скорее зверь. Его тело испещрено татуировками. Его глаза – два уголька, горящих недобрым огнем. И оскал. Не улыбка, а именно оскал, хищный и пугающий. В его взгляде не было ни капли человечности, лишь животная страсть и жестокость. Страх парализовал меня.
Я узнала его. Поняла, что ему нужно. Я, черт возьми, в смертельной опасности.
Зверь наклонил голову и тихо произнес:
– Прости, принцесса, ничего личного…
━━━━━♡♤♡━━━━━
Буктрейлер: https://vk.com/wall-115339430_64
━━━━━♡♤♡━━━━━
Я в свадебном платье. Моем свадебном платье. Кровь. На белоснежном шелке алели багровые пятна. Как ее много! Чья она?
Кляп во рту давил, вызывая тошноту. Запястья жгло от веревки, стягивающей их за спиной. Ноги онемели, привязанные к грубым деревянным ножкам стула.
Передо мной стоял он. Огромный, словно высеченный из камня. Мужчина? Нет. Скорее зверь. Его тело испещрено татуировками. Его глаза – два уголька, горящих недобрым огнем. И оскал. Не улыбка, а именно оскал, хищный и пугающий. В его взгляде не было ни капли человечности, лишь животная страсть и жестокость. Страх парализовал меня.
Я узнала его. Поняла, что ему нужно. Я, черт возьми, в смертельной опасности.
Зверь наклонил голову и тихо произнес:
– Прости, принцесса, ничего личного…
━━━━━♡♤♡━━━━━
Буктрейлер: https://vk.com/wall-115339430_64
Меня посадили в тюрьму за то, чего я не совершала. Семь лет ада — вот всё, что мне светило. А потом в мою камеру вошёл ОН. Демид Волк. Хищник с ледяными глазами, от которого пахнет дорогим парфюмом и смертельной опасностью. Его предложение? Фиктивный брак на год. Взамен — свобода.
Я думала, что хуже тюрьмы ничего нет. Я ошибалась.
Хуже — это ночевать под одной крышей с мужчиной, от которого горят лёгкие. Это ловить его тёмный взгляд на своём затылке и чувствовать, как подкашиваются колени. Это ненавидеть его за холодность — и терять рассудок от одного прикосновения.
Одна ссора в машине. Один поцелуй, который должен был стать ошибкой. А потом — стена в холле, разорванный шёлк платья и его шёпот на ухо: «Ты моя. Запомни это своим телом».
Я продала ему год своей жизни. Но, кажется, он забрал всё. Целиком. Без остатка.
Я думала, что хуже тюрьмы ничего нет. Я ошибалась.
Хуже — это ночевать под одной крышей с мужчиной, от которого горят лёгкие. Это ловить его тёмный взгляд на своём затылке и чувствовать, как подкашиваются колени. Это ненавидеть его за холодность — и терять рассудок от одного прикосновения.
Одна ссора в машине. Один поцелуй, который должен был стать ошибкой. А потом — стена в холле, разорванный шёлк платья и его шёпот на ухо: «Ты моя. Запомни это своим телом».
Я продала ему год своей жизни. Но, кажется, он забрал всё. Целиком. Без остатка.
Он усмехнулся.
— Играешь недотрогу? Хорошо. Я люблю, когда ломаются.
Он шагнул ко мне вплотную, и я упёрлась спиной в стену. Всё. Дальше некуда.
— Ты завела зверя, Марина, — прошептал он мне в губы. — Теперь корми его.
Я совсем не ожидала, что простой рабочий день в доме у богатого кавказца закончится вот так. Что он решит, будто я специально соблазнила его, и придет забирать свое. Решит сделать меня своей. Не спрашивая моего мнения.
Но самое ужасное — я и не хотела, чтобы он останавливался...
— Играешь недотрогу? Хорошо. Я люблю, когда ломаются.
Он шагнул ко мне вплотную, и я упёрлась спиной в стену. Всё. Дальше некуда.
— Ты завела зверя, Марина, — прошептал он мне в губы. — Теперь корми его.
Я совсем не ожидала, что простой рабочий день в доме у богатого кавказца закончится вот так. Что он решит, будто я специально соблазнила его, и придет забирать свое. Решит сделать меня своей. Не спрашивая моего мнения.
Но самое ужасное — я и не хотела, чтобы он останавливался...
Мой сводный брат меня поцеловал! 💋😱
Всё детство он издевался надо мной, а теперь вернулся из кругосветки и... забрался ночью в мою комнату...🫣🔥
Как теперь мне быть? 😭
Ведь он встречается с моей подругой...💔
Но когда он рядом, я забываю обо всём 🥵
Что будет, когда родители узнают? Разрушит ли это нашу семью? И почему самый неправильный парень на свете, единственный, от кого замирает сердце? 💘
Мой сводный брат, моё запретное желание. И кажется, он не остановится, пока не получит меня целиком. 🔥🖤
Всё детство он издевался надо мной, а теперь вернулся из кругосветки и... забрался ночью в мою комнату...🫣🔥
Как теперь мне быть? 😭
Ведь он встречается с моей подругой...💔
Но когда он рядом, я забываю обо всём 🥵
Что будет, когда родители узнают? Разрушит ли это нашу семью? И почему самый неправильный парень на свете, единственный, от кого замирает сердце? 💘
Мой сводный брат, моё запретное желание. И кажется, он не остановится, пока не получит меня целиком. 🔥🖤
Сорок семь минут — и дорога назад исчезла.
Самира приехала в горный дом за коллекцией старинного оружия. Осталась — из-за мужчины, который забрал её симку в первый же час и назвал это «безопасностью». Хасан не повышает голос. Ему и не нужно.
— Ты не будешь спрашивать ещё раз, — сказал он. — Хочешь?
— Не знаю, — ответила я.
— Хочешь, чтобы я коснулся тебя?
За каждой запертой дверью в этом доме — тайна. За каждым его молчанием — власть. А за смертью её отца стоит человек, которого она видела на каждом дне рождения.
Опасность здесь не снаружи. Она — в человеке, которому ты только что сказала «да».
Самира приехала в горный дом за коллекцией старинного оружия. Осталась — из-за мужчины, который забрал её симку в первый же час и назвал это «безопасностью». Хасан не повышает голос. Ему и не нужно.
— Ты не будешь спрашивать ещё раз, — сказал он. — Хочешь?
— Не знаю, — ответила я.
— Хочешь, чтобы я коснулся тебя?
За каждой запертой дверью в этом доме — тайна. За каждым его молчанием — власть. А за смертью её отца стоит человек, которого она видела на каждом дне рождения.
Опасность здесь не снаружи. Она — в человеке, которому ты только что сказала «да».
Я обнажила перед этими мужчинами не только тело, но и душу. Рассказала всю правду о своей жизни и собственных страхах. Утонула в страсти и почти забыла, что когда-то жила иначе...
Способно ли прошлое разрушить зарождающуюся привязанность? Или мне придётся отступить...
Способно ли прошлое разрушить зарождающуюся привязанность? Или мне придётся отступить...
- Я тебя ненавижу, Камиль! - цежу, несмотря на то, что мои зубы отбивают чечетку.
Черные глаза молодого мужчины прожигают меня насквозь.
- Ты сама во всем виновата! Правильные девушки не ходят по ночным клубам, не пьют и не одеваются как... - он не договаривает.
Но и так понятно, что хотел сказать.
- Вот и катись к своим правильным! - выкрикиваю я.
Потому что внутри всё так болит. От несправедливости и обиды. Что дышать удается с трудом.
Он что-то бормочет на непонятном языке, потирает лицо руками.
Какой же он... Красивый и жестокий...
- В душ ступай! С утра разберемся, куда мне катиться.
Черные глаза молодого мужчины прожигают меня насквозь.
- Ты сама во всем виновата! Правильные девушки не ходят по ночным клубам, не пьют и не одеваются как... - он не договаривает.
Но и так понятно, что хотел сказать.
- Вот и катись к своим правильным! - выкрикиваю я.
Потому что внутри всё так болит. От несправедливости и обиды. Что дышать удается с трудом.
Он что-то бормочет на непонятном языке, потирает лицо руками.
Какой же он... Красивый и жестокий...
- В душ ступай! С утра разберемся, куда мне катиться.
— Ты не можешь со мной так поступить, после всего… — голос дрогнул, оборвавшись на полуслове. — После всего, что между нами было.
— Назови хоть одну причину, по которой я не могу? — ледяной тон Демьяна обжигает хлеще удара.
— Ты… ты ведь любишь меня.
— Я всегда сдерживаю свои обещания.
«Обещаю не влюбляться», — в голове эхом проносится его обещание, которое я однажды сама попросила дать.
— Я… не верю тебе.
— Твои проблемы!
Демьян распахивает входную дверь, швыряет сумку с моими вещами за порог своей квартиры. Затем, не церемонясь, хватает меня за локоть и выталкивает босиком на лестничную площадку. Следом, словно мусор, летят угги и пуховик. И прежде чем я успеваю что-либо сказать, дверь с оглушительным хлопком закрывается перед моим носом.
— Назови хоть одну причину, по которой я не могу? — ледяной тон Демьяна обжигает хлеще удара.
— Ты… ты ведь любишь меня.
— Я всегда сдерживаю свои обещания.
«Обещаю не влюбляться», — в голове эхом проносится его обещание, которое я однажды сама попросила дать.
— Я… не верю тебе.
— Твои проблемы!
Демьян распахивает входную дверь, швыряет сумку с моими вещами за порог своей квартиры. Затем, не церемонясь, хватает меня за локоть и выталкивает босиком на лестничную площадку. Следом, словно мусор, летят угги и пуховик. И прежде чем я успеваю что-либо сказать, дверь с оглушительным хлопком закрывается перед моим носом.
«Соблазни его. Подчини. Влюби в себя — а потом сломай.»
Я согласилась. У меня не было выбора: жизнь моего отца — в руках человека, который отдал этот приказ. Цена отказа — тюрьма.
Марк Громов. Талантливый хирург, сбежавший от собственного отца в провинцию. Дерзкий, закрытый, невыносимый. Я знаю про него всё — даже то, что запах ванили возвращает его к матери, которую он потерял.
Я пришла, чтобы его уничтожить.
Я не планировала влюбиться.
Говорят, от ненависти до любви один шаг.
Никто не говорит, как далеко идти обратно.
Я согласилась. У меня не было выбора: жизнь моего отца — в руках человека, который отдал этот приказ. Цена отказа — тюрьма.
Марк Громов. Талантливый хирург, сбежавший от собственного отца в провинцию. Дерзкий, закрытый, невыносимый. Я знаю про него всё — даже то, что запах ванили возвращает его к матери, которую он потерял.
Я пришла, чтобы его уничтожить.
Я не планировала влюбиться.
Говорят, от ненависти до любви один шаг.
Никто не говорит, как далеко идти обратно.
— Что ты собираешься со мной сделать?
— Я лишь выполняю задание, а ты не задаешь глупых вопросов, — произносит парень в мотошлеме, цепляя пальцами лямку моего платья.
Она всего лишь хотела потерять невинность. Он стремился выполнить очередной заказ босса. Но один выстрел, один подвал, один невыполненный приказ — и они стали заложниками друг друга. Он — Пёс, профессиональный киллер с психологическими травмами. Она — девушка, оказавшаяся не в то время не в том месте.
Криминальная Москва, мотоцикл на пределе скорости и чувство, которое рождается там, где должен быть холодный расчет. Иногда, чтобы спасти кого-то, нужно сначала сломаться самому.
— Я лишь выполняю задание, а ты не задаешь глупых вопросов, — произносит парень в мотошлеме, цепляя пальцами лямку моего платья.
Она всего лишь хотела потерять невинность. Он стремился выполнить очередной заказ босса. Но один выстрел, один подвал, один невыполненный приказ — и они стали заложниками друг друга. Он — Пёс, профессиональный киллер с психологическими травмами. Она — девушка, оказавшаяся не в то время не в том месте.
Криминальная Москва, мотоцикл на пределе скорости и чувство, которое рождается там, где должен быть холодный расчет. Иногда, чтобы спасти кого-то, нужно сначала сломаться самому.
Выберите полку для книги