Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»
❤️ПОЛНЫЙ ТЕКСТ❤️
«Ты сводишь меня с ума», — пуш-уведомление на телефоне мужа разбивает мою идеальную жизнь в дребезги.
Деловой ужин в самом разгаре, и я должна держать лицо.
Улыбаться. Быть любезной. Отвечать на вопросы.
И я делаю все, что нужно также идеально, как и всегда. Хоть и на автомате.
Ведь сейчас для меня важен единственный вопрос: как его заставить дорого заплатить за предательство?
«Ты сводишь меня с ума», — пуш-уведомление на телефоне мужа разбивает мою идеальную жизнь в дребезги.
Деловой ужин в самом разгаре, и я должна держать лицо.
Улыбаться. Быть любезной. Отвечать на вопросы.
И я делаю все, что нужно также идеально, как и всегда. Хоть и на автомате.
Ведь сейчас для меня важен единственный вопрос: как его заставить дорого заплатить за предательство?
— Ты ей платье шьёшь? Моей женщине.
Я медленно поднимаю глаза на мужа.
— Повтори.
— Света, только без нытья. После юбилея мы с тобой спокойно разведёмся. А сейчас Ладе нужен костюм.
Двадцать лет брака, оказывается, можно закончить вот так. Между примеркой и рабочим совещанием.
Только муж кое-чего не учёл.
Платье любовнице я дошью.
А вот удобной женой для предателя не буду.
И совершенно некстати в моей мастерской появляется новый начальник военного оркестра.
— К пятнице мне нужны двадцать семь кителей.
— А мне новый муж. Но мы оба сегодня останемся без желаемого, товарищ подполковник.
Я медленно поднимаю глаза на мужа.
— Повтори.
— Света, только без нытья. После юбилея мы с тобой спокойно разведёмся. А сейчас Ладе нужен костюм.
Двадцать лет брака, оказывается, можно закончить вот так. Между примеркой и рабочим совещанием.
Только муж кое-чего не учёл.
Платье любовнице я дошью.
А вот удобной женой для предателя не буду.
И совершенно некстати в моей мастерской появляется новый начальник военного оркестра.
— К пятнице мне нужны двадцать семь кителей.
— А мне новый муж. Но мы оба сегодня останемся без желаемого, товарищ подполковник.
— Потасканная, никому ты не нужна, — сказал муж и ушёл к молоденькой.
— Ну и пожалуйста. Зато теперь всё лето – моё. Еще посмотрим, нужна я кому или нет! — подумала я.
И как оказалось очень нужна! Правда... неприятностям и безвыходным обстоятельствам. Из-за которых я оказалась одна с внуком на горной дороге со сломанной машиной, без денег, без документов, без телефона.
И только огромный хмурый полковник в камуфляже способен нам помочь. Только плата за помощь оказалась специфической.
— Ну и пожалуйста. Зато теперь всё лето – моё. Еще посмотрим, нужна я кому или нет! — подумала я.
И как оказалось очень нужна! Правда... неприятностям и безвыходным обстоятельствам. Из-за которых я оказалась одна с внуком на горной дороге со сломанной машиной, без денег, без документов, без телефона.
И только огромный хмурый полковник в камуфляже способен нам помочь. Только плата за помощь оказалась специфической.
— Вика, ты разрушаешь нашу семью. Зачем?
— Я?! Ты думаешь, что говоришь, Петенька?! Ты сделал все за меня единолично!
— Вик, то, что ты видела…
— Замолчи!!! — горло взрывается болью от надрывного крика. Руки трясутся, сердце долбит в грудную клетку. Сильным толчком я пихаю чемодан к нему, глядя, как он катится к его ногам. — Я знала. Знала давно. Только надеялась, дура такая, что ты ушел от нее. Ведь мы пытались… — слезы застилают глаза, голос срывается.
— Вик… — он делает шаг навстречу, — так получилось.
— Нет, Петя. Так не получилось. Ты специально согласился и спал со мной, пока твоя Маша была беременна! Да! Я знаю, как ее зовут!
— Боже… — Петя садится на чемодан, обхватывая голову.
— Не вспоминай бога! Просто уходи. Так больно, что я готова убить тебя. Пил таблетки, чтобы у нас ничего не вышло?
Один взгляд на меня, и я вижу в нем ответ.
— Гад. Какой же ты гад.
Крыть больше нечем. Я только горько усмехаюсь ему в лицо.
— Я?! Ты думаешь, что говоришь, Петенька?! Ты сделал все за меня единолично!
— Вик, то, что ты видела…
— Замолчи!!! — горло взрывается болью от надрывного крика. Руки трясутся, сердце долбит в грудную клетку. Сильным толчком я пихаю чемодан к нему, глядя, как он катится к его ногам. — Я знала. Знала давно. Только надеялась, дура такая, что ты ушел от нее. Ведь мы пытались… — слезы застилают глаза, голос срывается.
— Вик… — он делает шаг навстречу, — так получилось.
— Нет, Петя. Так не получилось. Ты специально согласился и спал со мной, пока твоя Маша была беременна! Да! Я знаю, как ее зовут!
— Боже… — Петя садится на чемодан, обхватывая голову.
— Не вспоминай бога! Просто уходи. Так больно, что я готова убить тебя. Пил таблетки, чтобы у нас ничего не вышло?
Один взгляд на меня, и я вижу в нем ответ.
— Гад. Какой же ты гад.
Крыть больше нечем. Я только горько усмехаюсь ему в лицо.
Я толкнула дверь ординаторской и увидела мужа с сестрой. На его столе.
Двадцать пять лет брака рухнули в одну секунду.
Кристина медленно растянула губы в улыбке — той самой, которую я помнила с детства. Когда она отбирала мои игрушки и знала, что родители ее не накажут. Торжествующей. Победной.
— Ой, Верочка. А мы тут это… работаем, — улыбнулась она.
Саша отшатнулся. Бумаги разлетелись по полу.
— Вера, подожди. Это не то, что ты думаешь.
Кристина спрыгнула со стола, одернула юбку.
— Вер, не драматизируй, — вздохнула она. — Он взрослый мужчина. Если он хочет проводить время со мной, это его выбор. Ему скучно стало. Ты же у нас хозяйка, жена, мать — скукотища. А я — огонь. Мужчины это любят.
Она подошла к нему, положила руку на плечо.
— Саш, ну сколько можно ждать? Ты обещал решить вопрос с ней еще месяц назад. А я все сижу в этой съемной дыре. И вообще, он мне дом обещал. И машину. Ты, Вер, сама виновата. Запустила себя. Он хотел, чтобы ты ушла с чемоданом.
Двадцать пять лет брака рухнули в одну секунду.
Кристина медленно растянула губы в улыбке — той самой, которую я помнила с детства. Когда она отбирала мои игрушки и знала, что родители ее не накажут. Торжествующей. Победной.
— Ой, Верочка. А мы тут это… работаем, — улыбнулась она.
Саша отшатнулся. Бумаги разлетелись по полу.
— Вера, подожди. Это не то, что ты думаешь.
Кристина спрыгнула со стола, одернула юбку.
— Вер, не драматизируй, — вздохнула она. — Он взрослый мужчина. Если он хочет проводить время со мной, это его выбор. Ему скучно стало. Ты же у нас хозяйка, жена, мать — скукотища. А я — огонь. Мужчины это любят.
Она подошла к нему, положила руку на плечо.
— Саш, ну сколько можно ждать? Ты обещал решить вопрос с ней еще месяц назад. А я все сижу в этой съемной дыре. И вообще, он мне дом обещал. И машину. Ты, Вер, сама виновата. Запустила себя. Он хотел, чтобы ты ушла с чемоданом.
— Мне рассказали про вашу новую юристку.
— Что теперь?
— Говорят, у вас с ней особые отношения, — мне страшно озвучить все что думаю.
— Что конкретно тебя беспокоит? — муж смотрит прямо.
— У тебя с ней интрижка?
— А что если так, Агата?
— Ты с ней спишь?
— Да. Но это не не то о чем тебе стоит беспокоиться. Так бывает у мужчин. После долгих лет брака, нам хочется чего-то нового. Но это не значит, что ты сразу же теряешь для меня значимость. Потому что ты— моя семья, и я за тебя отвечаю.
Я не верю, что это говорит мой муж.
— То есть, ты собираешься продолжать с ней спать?
— Да, — выносит приговор нашему браку.
После восемнадцати лет брака, муж завел интрижку. Я не стала этого терпеть. и развелась. Даже в разводе он не дает мне покоя, продолжая сыпать соль на рану, доказывая, что я совершила ошибку.
— Что теперь?
— Говорят, у вас с ней особые отношения, — мне страшно озвучить все что думаю.
— Что конкретно тебя беспокоит? — муж смотрит прямо.
— У тебя с ней интрижка?
— А что если так, Агата?
— Ты с ней спишь?
— Да. Но это не не то о чем тебе стоит беспокоиться. Так бывает у мужчин. После долгих лет брака, нам хочется чего-то нового. Но это не значит, что ты сразу же теряешь для меня значимость. Потому что ты— моя семья, и я за тебя отвечаю.
Я не верю, что это говорит мой муж.
— То есть, ты собираешься продолжать с ней спать?
— Да, — выносит приговор нашему браку.
После восемнадцати лет брака, муж завел интрижку. Я не стала этого терпеть. и развелась. Даже в разводе он не дает мне покоя, продолжая сыпать соль на рану, доказывая, что я совершила ошибку.
— Я тебе изменил со своей первой любовью, — голос мужа звучит неестественно ровно.
— Что? — брови сами ползут вверх. — И с какого времени?
— Три месяца назад, когда я узнал, что меня призвали… — Стас пожимает плечами, — Просто не смог себе отказать. Я не попробовал ее в молодости, зато сейчас… наверстал упущенное. И теперь с… чувством выполненного долга перед своим мужским началом могу ехать в горячую точку.
— Зачем ты мне все это рассказываешь?! — крик вырывается наконец наружу.
— У меня будет к тебе просьба, — Стас смотрит мне в глаза тяжелым взглядом. — Лика беременна. Моим ребенком. Поэтому ты должна стать ей опорой вместо меня на время моего отсутствия. И в дальнейшем, если со мной вдруг что-то… случится, позаботься о них. Во имя нашей с тобой любви.
“Просьбу” мужа я, конечно же, не выполнила. Более того, подала на развод. А спустя два года он вернулся целый и невредимый, с улыбкой на лице и медалями на груди.
— Что? — брови сами ползут вверх. — И с какого времени?
— Три месяца назад, когда я узнал, что меня призвали… — Стас пожимает плечами, — Просто не смог себе отказать. Я не попробовал ее в молодости, зато сейчас… наверстал упущенное. И теперь с… чувством выполненного долга перед своим мужским началом могу ехать в горячую точку.
— Зачем ты мне все это рассказываешь?! — крик вырывается наконец наружу.
— У меня будет к тебе просьба, — Стас смотрит мне в глаза тяжелым взглядом. — Лика беременна. Моим ребенком. Поэтому ты должна стать ей опорой вместо меня на время моего отсутствия. И в дальнейшем, если со мной вдруг что-то… случится, позаботься о них. Во имя нашей с тобой любви.
“Просьбу” мужа я, конечно же, не выполнила. Более того, подала на развод. А спустя два года он вернулся целый и невредимый, с улыбкой на лице и медалями на груди.
Желая позабавиться с однокурсницей-сиротой, пьяные мажоры увозят ее в глухой лес.
Чудом ей удаётся от них бежать. Она набредает на избушку отшельника, и тот несмотря на свой суровый и нелюдимый вид, соглашается принять ее на ночь.
Сможет ли взрослый мужчина, давно позабывший о женской ласке, устоять перед трепетным аленьким цветочком?
Чудом ей удаётся от них бежать. Она набредает на избушку отшельника, и тот несмотря на свой суровый и нелюдимый вид, соглашается принять ее на ночь.
Сможет ли взрослый мужчина, давно позабывший о женской ласке, устоять перед трепетным аленьким цветочком?
— А сейчас я хочу сказать тост. Сегодня двадцать два года, как мы вместе. Это были счастливые годы, которые мы прожили в любви и согласии. У нас никогда не было тайн друг от друга. Это то, что я больше всего ценю в отношениях – честность…
— Настюша, дорогая моя, за тебя! — муж поднимает бокал, но я его останавливаю:
— Матвей, ты очень много пьёшь и почти не закусываешь. Ты не попробовал «Мимозу», свой любимый салат!
Я беру блюдо с салатом и выворачиваю ему на голову.
— Что ты творишь? С ума сошла? – Матвей хватает полотенце и вытирает голову. – Я прошу прощения у всех за это недоразумение.
— Недоразумение? Ты называешь это недоразумением? А как ты назовёшь, то, что ты делал с нашей свидетельницей, моей подругой, пять минут назад в своём кабинете?
— Настя, ты всё не так поняла… — открывает рот Света.
— Конечно, когда ты видишь, как твой муж целуется и обжимается с твоей лучшей подругой – это можно понять как-то иначе. Ну-ка, разъясни мне тупой, как?
— Настюша, дорогая моя, за тебя! — муж поднимает бокал, но я его останавливаю:
— Матвей, ты очень много пьёшь и почти не закусываешь. Ты не попробовал «Мимозу», свой любимый салат!
Я беру блюдо с салатом и выворачиваю ему на голову.
— Что ты творишь? С ума сошла? – Матвей хватает полотенце и вытирает голову. – Я прошу прощения у всех за это недоразумение.
— Недоразумение? Ты называешь это недоразумением? А как ты назовёшь, то, что ты делал с нашей свидетельницей, моей подругой, пять минут назад в своём кабинете?
— Настя, ты всё не так поняла… — открывает рот Света.
— Конечно, когда ты видишь, как твой муж целуется и обжимается с твоей лучшей подругой – это можно понять как-то иначе. Ну-ка, разъясни мне тупой, как?
- Здлавствуйте, больной, - заявила девчушка, заметив меня, стоило только войти в собственный кабинет. И тут же уточнила, нахмурив бровки: - На что жалуетесь?
- Эм… - завис я, не понимая, что ответить на это. – Ни на что не жалуюсь.
- А знаешь, что? – тихо уточнила девочка и осторожно огляделась, будто кто-то ее мог подслушивать.
- Что? – так же тихо спросил у нее.
- Я тут лешила, что ты будешь моим папой! – заявила мелкая, заставив меня ошарашено вытаращиться на нее.
- Что? – прохрипел я.
- Будешь моим папой, - повторила девочка.
*******
Да уж, а маленькие девочки умеют шокировать. Причем весьма сильно. Но с другой стороны предложение весьма заманчивое. Вот только возникла проблема в лице мамы девочки. Которой оказалась моя бывшая, сбежавшая шесть лет назад. И сейчас она меня ненавидит. Вопрос – За что?
- Эм… - завис я, не понимая, что ответить на это. – Ни на что не жалуюсь.
- А знаешь, что? – тихо уточнила девочка и осторожно огляделась, будто кто-то ее мог подслушивать.
- Что? – так же тихо спросил у нее.
- Я тут лешила, что ты будешь моим папой! – заявила мелкая, заставив меня ошарашено вытаращиться на нее.
- Что? – прохрипел я.
- Будешь моим папой, - повторила девочка.
*******
Да уж, а маленькие девочки умеют шокировать. Причем весьма сильно. Но с другой стороны предложение весьма заманчивое. Вот только возникла проблема в лице мамы девочки. Которой оказалась моя бывшая, сбежавшая шесть лет назад. И сейчас она меня ненавидит. Вопрос – За что?
Выберите полку для книги