Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
– Я изменил тебе. Моя любовница беременна.
Муж проговаривает эту страшную фразу ровно, уверенно. Глядя мне в глаза.
– Как ты мог, Артем?! Как мог?! Это развод, ты понимаешь?!
Слезы скатываются по щекам, но мой муж лишь кивает.
– Даже не поборешься за меня?! – спрашивает муж иронично, а я сдерживаю себя, чтобы не расцарапать ему лицо.
Я ухожу от предателя, но в один день случается то, что делит нашу жизнь на до и после…
❤️ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!❤️
Муж проговаривает эту страшную фразу ровно, уверенно. Глядя мне в глаза.
– Как ты мог, Артем?! Как мог?! Это развод, ты понимаешь?!
Слезы скатываются по щекам, но мой муж лишь кивает.
– Даже не поборешься за меня?! – спрашивает муж иронично, а я сдерживаю себя, чтобы не расцарапать ему лицо.
Я ухожу от предателя, но в один день случается то, что делит нашу жизнь на до и после…
❤️ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!❤️
— Ты уже подъезжаешь? — торопливо говорю в трубку.
Полчаса назад к сыну приехала скорая и теперь одной рукой я держу телефон, а второй пытаюсь достать градусник, чтобы проверить температуру сыну.
Тридцать семь и шесть. Выдыхаю. Господи, наконец-то упала.
— Я застрял в пробке, — слышу в ответ.
Беру градусник и выхожу из палаты. Полчаса назад нас госпитализировали с подозрением на воспаление легких, которое, к счастью, не подтвердилось, но на ночь нас все равно оставляют.
Открываю дверь и замираю, потому что в трех метрах от меня, в одной из палат на другой стороне стоит муж с ребенком на руках
— Я перезвоню, Злата, — вдруг говорит Вадим. — Тут какая-то авария, — лжет мой муж, глядя на малыша на руках, а потом я вижу, как к нему подходит другая женщина, которую он целует и говорит: — Все будет хорошо, малыш. Наш Ромка поправится.
Полчаса назад к сыну приехала скорая и теперь одной рукой я держу телефон, а второй пытаюсь достать градусник, чтобы проверить температуру сыну.
Тридцать семь и шесть. Выдыхаю. Господи, наконец-то упала.
— Я застрял в пробке, — слышу в ответ.
Беру градусник и выхожу из палаты. Полчаса назад нас госпитализировали с подозрением на воспаление легких, которое, к счастью, не подтвердилось, но на ночь нас все равно оставляют.
Открываю дверь и замираю, потому что в трех метрах от меня, в одной из палат на другой стороне стоит муж с ребенком на руках
— Я перезвоню, Злата, — вдруг говорит Вадим. — Тут какая-то авария, — лжет мой муж, глядя на малыша на руках, а потом я вижу, как к нему подходит другая женщина, которую он целует и говорит: — Все будет хорошо, малыш. Наш Ромка поправится.
- Я подаю на развод! - сиплю едва слышно в то время, как мой муж лишь кривит свои четко очерченные губы и спустя мучительную паузу цедит непреклонно:
- Нет.
- Нас все равно разведут, - отвечаю упрямо, а сама умираю медленно. Горечь от предательства мужа горчит, стирая все то хорошее, что было между нами.
- Я. Сказал. НЕТ! – рыком и неожиданно муж делает шаг ко мне, отсекая все пути к отступлению:
- Тебе нужно время, чтобы остыть. Я понял. Я тебе его дам!
Качаю отрицательно головой.
- Рана от твоего предательства не заживет так скоро, шрамы останутся навсегда.
- Я тебя не отпущу. Даже не думай. Скажи, что ты хочешь, Мила?!
Запрокидываю голову и хохочу до слез, до истерики.
- Ты хочешь меня купить, Исаев?!
- Думай как хочешь, - рычит зло, красивые ноздри раздуваются, явно демонстрируя, что мой муж в ярости.
А у меня в груди лишь битое стекло… и ответ, наполненный отчаянной решимостью:
- Мне от тебя ничего не нужно, Булат! Только дай мне уйти!
- Нет.
- Нас все равно разведут, - отвечаю упрямо, а сама умираю медленно. Горечь от предательства мужа горчит, стирая все то хорошее, что было между нами.
- Я. Сказал. НЕТ! – рыком и неожиданно муж делает шаг ко мне, отсекая все пути к отступлению:
- Тебе нужно время, чтобы остыть. Я понял. Я тебе его дам!
Качаю отрицательно головой.
- Рана от твоего предательства не заживет так скоро, шрамы останутся навсегда.
- Я тебя не отпущу. Даже не думай. Скажи, что ты хочешь, Мила?!
Запрокидываю голову и хохочу до слез, до истерики.
- Ты хочешь меня купить, Исаев?!
- Думай как хочешь, - рычит зло, красивые ноздри раздуваются, явно демонстрируя, что мой муж в ярости.
А у меня в груди лишь битое стекло… и ответ, наполненный отчаянной решимостью:
- Мне от тебя ничего не нужно, Булат! Только дай мне уйти!
– Ты беременна, – не спрашивает, а утверждает мой бывший муж, глядя на мой объемный живот, который я прикрываю рукой, отчаянно желая защитить свою малышку…
– А у тебя, смотрю, новые отношения. Где же старая возлюбленная?
Бросаю взгляд на вульгарную спутницу моего бывшего мужа, которая смотрит на меня со всем своим высокомерием.
– Вообще-то, между мной и Львом все серьезно! – парирует девица.
Где-то внутри меня зарождаются слезы, но я их душу, а сама произношу с иронией:
– Ну раз все серьезно, поздравляю, а мне пора!
Разворачиваюсь и лечу вперед, выбегаю на улицу, где вовсю метель, и чувствую, как сердце выпрыгивает из груди, только я и шага ступить не успеваю, когда сильная рука ложится мне на плечо и меня разворачивают резко.
Сталкиваюсь взглядом с пронзительными голубыми глазами моего бывшего мужа, который цедит зло:
– Какой у тебя срок, Агата?! Это мой ребенок?!
Муж предал. Изменил. А я… я ушла, храня под сердцем тайну, о которой предатель никогда не должен был узнать...
– А у тебя, смотрю, новые отношения. Где же старая возлюбленная?
Бросаю взгляд на вульгарную спутницу моего бывшего мужа, которая смотрит на меня со всем своим высокомерием.
– Вообще-то, между мной и Львом все серьезно! – парирует девица.
Где-то внутри меня зарождаются слезы, но я их душу, а сама произношу с иронией:
– Ну раз все серьезно, поздравляю, а мне пора!
Разворачиваюсь и лечу вперед, выбегаю на улицу, где вовсю метель, и чувствую, как сердце выпрыгивает из груди, только я и шага ступить не успеваю, когда сильная рука ложится мне на плечо и меня разворачивают резко.
Сталкиваюсь взглядом с пронзительными голубыми глазами моего бывшего мужа, который цедит зло:
– Какой у тебя срок, Агата?! Это мой ребенок?!
Муж предал. Изменил. А я… я ушла, храня под сердцем тайну, о которой предатель никогда не должен был узнать...
- Объявляю вас мужем и женой! Можете поцеловать невесту!
Север притянул жену за талию к себе и резко повернул её, закрыв широкой спиной от гостей. Вместо поцелуя в губы, она получила поцелуй в лоб. Склонившись к её уху, он прошептал:
- На случай, если на твоих губах яд. Так ведь ты отравила первого мужа? Он медленно умирал прямо на своей шестой свадьбе. Когда он пришел домой и затащил тебя на супружеское ложе, на самом деле он ложился на смертный одр.
- Ты хоть знаешь, что он хотел со мной сделать?
- Представляю, он известный садист. Я хочу, чтобы ты уяснила одно, Кира - со мной ты в безопасности. Я не такой как твой отец, мертвый муж и оба бывших жениха. Ты в безопасности, но ровно до тех пор, пока не решишь сделать из меня мертвеца!
- Я прекрасно знаю, что с тобой мне будет безопасно, поэтому я тебя и выбрала, а завтра утром ты проснешься живым, если не решишь вдруг меня поиметь, Север-р-р-р.
«В смысле, ТЫ меня выбрала?» - растерянно подумал последний муж Чёрной Вдовы.
Север притянул жену за талию к себе и резко повернул её, закрыв широкой спиной от гостей. Вместо поцелуя в губы, она получила поцелуй в лоб. Склонившись к её уху, он прошептал:
- На случай, если на твоих губах яд. Так ведь ты отравила первого мужа? Он медленно умирал прямо на своей шестой свадьбе. Когда он пришел домой и затащил тебя на супружеское ложе, на самом деле он ложился на смертный одр.
- Ты хоть знаешь, что он хотел со мной сделать?
- Представляю, он известный садист. Я хочу, чтобы ты уяснила одно, Кира - со мной ты в безопасности. Я не такой как твой отец, мертвый муж и оба бывших жениха. Ты в безопасности, но ровно до тех пор, пока не решишь сделать из меня мертвеца!
- Я прекрасно знаю, что с тобой мне будет безопасно, поэтому я тебя и выбрала, а завтра утром ты проснешься живым, если не решишь вдруг меня поиметь, Север-р-р-р.
«В смысле, ТЫ меня выбрала?» - растерянно подумал последний муж Чёрной Вдовы.
- Роберт, ты в своем уме? Ей девятнадцать! - едва сдерживаюсь, чтобы не заорать в голос.
- Отличный возраст: рожать и рожать, - язвительно хмыкает. - В твои сорок восемь – лишь за внуками присматривать. Кстати, не нервничай так, сердце береги. Развлечение детишек – дело нелегкое, требует сил и здоровья, - нагло поддевает.
- А ты у нас, значит, молодеешь? - щурюсь.
- На мужскую силу не жалуюсь, чего о твоих аппетитах в спальне не скажешь. Вот, купил витамины, - выуживает из кармана баночку из зеленого пластика, - Хороший состав для женщин в менопаузе.
- Хамло! Ты еще пожалеешь, что…
- Давно пожалел, - грубо перебивает, - нужно было в тридцать уходить, не тратить попусту время. Но… кто ж знал, что любимая превратится в склочную скучную пенсионерку? Хотелось верить в лучшее. Однако, Ирусь, разводиться не выход. Незачем нам позориться. Все, что могу предложить – открытый брак. Желаешь ты того или нет, примешь мои условия.
- Отличный возраст: рожать и рожать, - язвительно хмыкает. - В твои сорок восемь – лишь за внуками присматривать. Кстати, не нервничай так, сердце береги. Развлечение детишек – дело нелегкое, требует сил и здоровья, - нагло поддевает.
- А ты у нас, значит, молодеешь? - щурюсь.
- На мужскую силу не жалуюсь, чего о твоих аппетитах в спальне не скажешь. Вот, купил витамины, - выуживает из кармана баночку из зеленого пластика, - Хороший состав для женщин в менопаузе.
- Хамло! Ты еще пожалеешь, что…
- Давно пожалел, - грубо перебивает, - нужно было в тридцать уходить, не тратить попусту время. Но… кто ж знал, что любимая превратится в склочную скучную пенсионерку? Хотелось верить в лучшее. Однако, Ирусь, разводиться не выход. Незачем нам позориться. Все, что могу предложить – открытый брак. Желаешь ты того или нет, примешь мои условия.
– Если будешь так же хорошо "работать", конечно поедешь со мной в головной офис. Мне нужна будет секретарша и хорошенькая девочка рядом – смеётся Витя, а я замираю перед закрытой дверью.
– Вы такой горячий – игриво смеётся она самая, секретарша моего Вити.
То, что Витю пригласят работать в головной офис, мы знали. Только взять с собой он должен был меня, а не стройную, но жутко тупую лань из-за стойки ресепшена.
Я этого так не оставлю.
Оглядываюсь по сторонам в поисках чего-то тяжёлого и глаз сам собой падает на пожарный щиток.
Ну держись «горячий босс», сейчас потушу.
***
Жених решил, что можно за моей спиной иметь трепетную лань, которая весит в два раза меньше меня. Что же, вперед. Только я немного остужу пыл любовничков, ну и займу то место, которое принадлежит мне по праву! Ведь именно я помогала бывшему построить карьеру....
– Вы такой горячий – игриво смеётся она самая, секретарша моего Вити.
То, что Витю пригласят работать в головной офис, мы знали. Только взять с собой он должен был меня, а не стройную, но жутко тупую лань из-за стойки ресепшена.
Я этого так не оставлю.
Оглядываюсь по сторонам в поисках чего-то тяжёлого и глаз сам собой падает на пожарный щиток.
Ну держись «горячий босс», сейчас потушу.
***
Жених решил, что можно за моей спиной иметь трепетную лань, которая весит в два раза меньше меня. Что же, вперед. Только я немного остужу пыл любовничков, ну и займу то место, которое принадлежит мне по праву! Ведь именно я помогала бывшему построить карьеру....
— У меня есть другая.
Любимый сочно целует другую в губы и похлопывает пониже спины.
— Ты мне изменяешь?
— Не изменяю, Милашка. Просто веду привычный образ жизни!
Он оттесняет её в сторону и застывает в дверях квартиры с обнаженным торсом.
— Ты говорил, что любишь меня! Ты меня добивался…
Слёзы повисают на ресницах.
— Мужчины пообещают, что угодно, лишь бы уложить красотку в постель. Чем раньше ты это поймешь, тем целее будет твое сердечко, — подмигивает. — Ты мне ещё спасибо скажешь. За жизненный урок! На, вот… На обратный билет хватит?
Сует мне в ладонь купюру.
***
Он оценил меня и нашу любовь в пять тысяч.
Вышвырнул с разбитым сердцем, не зная, что впереди — страшное…
Любимый сочно целует другую в губы и похлопывает пониже спины.
— Ты мне изменяешь?
— Не изменяю, Милашка. Просто веду привычный образ жизни!
Он оттесняет её в сторону и застывает в дверях квартиры с обнаженным торсом.
— Ты говорил, что любишь меня! Ты меня добивался…
Слёзы повисают на ресницах.
— Мужчины пообещают, что угодно, лишь бы уложить красотку в постель. Чем раньше ты это поймешь, тем целее будет твое сердечко, — подмигивает. — Ты мне ещё спасибо скажешь. За жизненный урок! На, вот… На обратный билет хватит?
Сует мне в ладонь купюру.
***
Он оценил меня и нашу любовь в пять тысяч.
Вышвырнул с разбитым сердцем, не зная, что впереди — страшное…
— Ничего сверхъестественного не произошло, — спокойно говорит муж. — Ира очень красивая женщина, не удивительно, что я не сдержался.
— Не удивительно? Она моя сестра, Игорь!
— И что? — пожимает плечами. — У нас вспыхнули чувства и появился ребенок. Ты все равно не могла забеременеть, а я хотел дочку.
Почти двадцать лет брака, тяжелое предательство и затяжной развод. От меня отвернулись все, кто был мне дорог, но первым на пороге виновато появился сын, а после… муж приполз на коленях, но разве предателей прощают?
— Не удивительно? Она моя сестра, Игорь!
— И что? — пожимает плечами. — У нас вспыхнули чувства и появился ребенок. Ты все равно не могла забеременеть, а я хотел дочку.
Почти двадцать лет брака, тяжелое предательство и затяжной развод. От меня отвернулись все, кто был мне дорог, но первым на пороге виновато появился сын, а после… муж приполз на коленях, но разве предателей прощают?
Я стояла перед открытой шкатулкой и смотрела на пустую бархатную подушку уже минуты три.
Браслет «Маркиза» лежал здесь всегда. Он прошёл через блокаду, голод и смерть он пережил всё. А теперь подушка была пустой.
На юбилее у друга я увидела его на руке девушки моего сына. Меня затрясло от злости. Неужели Глеб, мой сын, подарил чужой женщине то, что бабушка зашивала в подкладку в блокаду?
— Ты можешь объяснить, почему мой браслет на руке Алисы? — спросила я мужа.
— Надин, давай без скандалов. Завтра всё выясним.
Я стояла на пороге своей жизни и не знала, что через несколько часов узнаю правду, которая разрушит всё.
Браслет «Маркиза» лежал здесь всегда. Он прошёл через блокаду, голод и смерть он пережил всё. А теперь подушка была пустой.
На юбилее у друга я увидела его на руке девушки моего сына. Меня затрясло от злости. Неужели Глеб, мой сын, подарил чужой женщине то, что бабушка зашивала в подкладку в блокаду?
— Ты можешь объяснить, почему мой браслет на руке Алисы? — спросила я мужа.
— Надин, давай без скандалов. Завтра всё выясним.
Я стояла на пороге своей жизни и не знала, что через несколько часов узнаю правду, которая разрушит всё.
Выберите полку для книги