Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»

— Да сколько можно?! Я и так с этим мелким неуклюжим нахлебником вожусь! Я вообще-то не для того за военного замуж выходила! — вопит блондинка. — Игореш, у тебя же здесь есть связи, помоги! Пусть их всех выгонят. Бездельники какие-то!
На помощь ей и правда пришли. Только лучше от этого не стало, потому что выяснилось: Игорешу знает не только она. Я его тоже знаю.
— Вы что, тоже знакомы?
Муж запаздывает с ответом буквально на секунду. Я помогаю:
— Немного. Одиннадцать лет. Мы женаты.

Еще утром я была уверена, что у меня есть семья, любимая работа и вполне благополучный брак. К вечеру выяснилось, что у мужа есть любовница. К тому же беременная. А ее собственный муж — военный, который пока даже не подозревает, какую «семью» оставил дома.
Муж-изменщик уверен, что сможет заставить меня молчать: отнять машину, выставить из квартиры и добраться до моей работы.
Только он не учел одного. Предали не меня одну.
И когда Максим Ветров узнает правду, все станет намного сложнее.

— Нина. – Мужчина в маске хорошенько меня встряхивает, и глаза распахиваются сами.
— А?!
— Надо уходить. Скоро заметят и будет погоня. – Его карие глаза так красивы в этих прорезях. – Нина, твою мать! – Он хватает меня за плечи снова, и я прихожу в себя окончательно.
— Все! Я здесь. – Что это со мной?! Мне бежать бы без оглядки, а я туплю по страшному!
— Идти, говорю, можешь? Или на руках нести?
— А можно? – Дорога предстоит по гористой местности, а это тяжело. Хорошо, что в кроссовках, а не в домашних тапочках.
— Нет! – Отрезает мои мечты прокатиться с ветерком.
— Тогда могу. — Фыркаю и отхожу, неуверенной походкой.
— Не туда! – Мужчина закатывает глаза и разворачивается в противоположную сторону. Черт!

- Надеялся, что предпочтешь сохранить брак, но ты не испугалась статуса разведенки. Я не собираюсь бегать за тобой и извиняться. Все равно не принимаешь меня таким, какой я есть.
- Никто не предупреждал, что я должна терпеть измены. Помогать твоей любовнице лечить бесплодие, не зная, что она планирует родить от моего мужа.
Слеза скатилась по виску, но муж стер ее пальцем и снисходительно улыбнулся:
- В этом вся и проблема. Кто-то принимает изъяны мужа и понимает его природу, а кто-то принципиальный вроде тебя терпит. Это ли любовь? Нет, дорогая, ты любила только себя.
- Зачем ты здесь?
- Сообщить, что дам тебе развод, как ты и хотела. Не пожалеешь? Как бы не пришлось кусать локти. Все-таки я ухожу в семью, скоро появится ребенок, а ты как без меня? Справишься?
Я возненавидела его мгновенно.
- Не переживай. Я забуду о тебе сразу, как только нас разведут. Попрошу лишь одного – не возвращайся. Не ломись обратно и не отравляй больше мою жизнь.

— Вы обязаны остановить снос моего кафе! — требует свалившаяся на мою голову незнакомка.
Не женщина, а дерзкая, огненная кошка.
Заявляется на закрытое мероприятие, чуть не срывает моё выступление на самой главной конференции года и ещё права качает.
А мне не нужна головная боль.
Мне жена нужна.
Прямо здесь и сейчас.
— Демид Алексеевич, куда вы пропали? Вам сейчас выступать! — появляются организаторы конференции.
Когда нет времени думать, нужно действовать.
— Уже иду. Жену встречал, — беру бестию за руку, рывком притягиваю к себе и целую.
Бойкая незнакомка не тушуется, не распахивает глаза от удивления и в обморок падать совершенно не собирается.
— Не рыпайся и делай так, как я скажу, — приказываю сквозь поцелуй. — Изображай мою жену, потом с твоими проблемами разберёмся. Ты — мне, я — тебе.
Она успевает только дерзко вскинуть бровь и, обняв меня за шею, угрожающе шепчет:
— Ловлю на слове, муженёк. И попробуй только соскочить.

— Я пилот, а не монах, — Дима высокомерно пожимает плечами. — Мы с тобой не видимся неделями.
— И это все твои оправдания? — внезапно для себя вскрикиваю. — Все, что ты можешь мне сказать? Семь лет, Дима! Семь лет брака!
— Вот именно, Мира, семь лет, — рявкает он в ответ. — И судя по всему, ты намерена все пустить коту под хвост.
— Тебе чего-то не хватает? — спрашиваю почему-то шепотом.
— Нет, у меня-то как раз все есть, — Дима разводит руками, будто объясняет очевидное. — Прекрасная жена дома и свобода вне его стен. А что еще нужно пилоту? Измена — это не предательство. Поэтому будь ты такой же, как все нормальные жены, сделай вид, что ничего не знаешь. И все будет у нас как раньше — теплая, мягкая женушка дома, горячая стюардесса в воздухе.

Но я не стала “нормальной” женой. Подала на развод и ушла, забрав с собой наше маленькой чудо. Но через семь месяцев мы вновь столкнулись с Димой… и его любовницей. И эта встреча имела роковые последствия.

— Лен, скрывать я дальше не буду, хватит. Вовка — мой сын. И Оксана скоро родит второго. Я решил, что ты сейчас собираешься и едешь в хостел, который я тебе снял на время, дальше сама. Извини, эту квартиру тебе оставить не могу, ее я перепишу на детей наших с Оксаной. А мы переедем в дом, который я купил для нас.
— Что ты такое говоришь? — спрашиваю я, еле держась.
— Не заставляй меня повторять по десять раз. Я и так слишком долго тянул.
— Нет, — шепчу я. — Нет, подожди…
Кладу сумку на стул. Я шла домой, где хотела сообщить ему новость, что жду его ребенка...
— Что «подожди», Лен? Я люблю Оксану! Или ты хотела, чтобы я еще пятнадцать лет врал тебе? Может, надо было жить с тобой из жалости?
— Из жалости?.. — задыхаюсь от боли.
— А как это назвать? — он разводит руками. — Ты давно для меня уже не жена. Ты хорошая женщина, я не спорю. Ты мне помогла в тяжелое время, это я не забуду. Но жизнь идет дальше, прими это!

Она бежала от предательства. Он — от собственной памяти.
Гроза заперла их в одной избушке на краю леса: разбитую городскую женщину и солдата, который помнит только ад.
Одна ночь. Лихорадка, тепло, безумие — и утреннее «это ошибка», от которого рушится всё.
Но что делать, если израненный зверь уже стал единственным, ради кого хочется жить?
Сможет ли любовь исцелить того, кто считает себя недостойным?
Он думал, что сломан. Она доказала, что жив.

Мой собственный отец продал меня своему партнеру, которому однажды я отказала, и теперь этот жестокий мужчина посадил меня в золотую клетку. Зверь внутри него жаждет подчинить себе мой разум и тело, а мне хочется убежать на край света, лишь бы не видеть его темный, пожирающий душу взгляд.

— Давай без манёвров, Гера. Один вопрос — один честный ответ. Ты спал с ней?
— Да.
— С женой нашего сына. С девочкой, которую он привёл в наш дом.
— Да.
— Восемь месяцев?
— С января.
— Как ты можешь отвечать так спокойно? — у меня садится голос.
— Потому что ты спросила. Врать тебе в лицо — унижать нас обоих. Ты не заслужила лжи.
— Не заслужила лжи? Это как называется, Герман?
— Это называется ошибка, и я закрою её сам, — говорит он тише и жёстче. — А теперь слушай меня. Ползать на коленях и рвать на себе рубашку я не буду — не мой жанр. Да, виноват. Нет, не отпущу. Через месяц у меня аттестация, мне нужен идеальный тыл, и мой тыл — это ты. Двадцать пять лет как. Ты моя жена — и останешься моей женой. Точка.

— Если ты не уснёшь... — он делает паузу. — Максимум месяц. Мозг перегреется. Откажет, как процессор без охлаждения. Сначала галлюцинации, потом потеря сознания, потом кома. И всё.
Я смотрю на него. Он смотрит на меня. Я не плачу. Я вою.
— Тихо, — говорит он. Не кричит. Голос низкий, жесткий, режущий. — Слезы здесь не помогут.
— Я... я умру? — шепчу я. — Дамир Рашидович, я правда умру?
Он наклоняется ко мне. Берёт моё лицо в ладони. Сильно. До боли. Заставляет смотреть в глаза.
— Ты умрёшь, — говорит он. — Если будешь сидеть и рыдать. Если не сделаешь то, что я скажу. Если будешь спорить. Но ты не будешь спорить. Поняла?
— Что я должна делать?
— Ко мне. Ты переезжаешь ко мне.