Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»

— Почему она не отвечала на мои звонки?
Вопрос остаётся без ответа. Мама отворачивается к раковине, отец делает вид, что не слышал.
— Я жду! — голос звучит глухо.
Отец, наконец, поднимает на меня глаза. Замечаю в них жалость и растерянность.
Меня передёргивает. Я ненавижу подобный взгляд.
За последние месяцы я видел его слишком часто: у врачей, медсестёр, сослуживцев.
— Ну что тебе сказать, сынок… — отец запинается. — Она…
— Она, как только узнала, что ты погиб, прибежала сюда и стала требовать деньги! — выпаливает мама.
Я медленно поворачиваюсь к ней.
— Что? Какие деньги? — спрашиваю едва слышно.
— Обычные! Бумажные! — её голос срывается. — Сказала: раз жила с тобой, значит, ей положено! Бесстыжая гадина!
— Маруся… — отец устало прикрывает глаза. — Хватит. Не надо.
— Нет, надо! — мама зло бросает полотенце на стол. — Или ты защищать эту дрянь перед сыном будешь и утаишь, что у неё уже другой мужик?

💛 ПОЛНЫЙ ТЕКСТ 💛
💛 МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА 💛

— Соня…
— Не отвлекайтесь. Я подожду, пока закончите.
Я стою в дверях кабинета мужа и смотрю, как его двадцатичетырёхлетняя ординаторша поднимается с колен.
Мы прожили вместе тридцать два года, вырастили дочь, построили карьеру и семью, которую я считала крепкой.
— Сколько ей лет?
— София, пожалуйста, давай не сейчас…
— Нашей дочери тридцать. А твоей любовнице?
Мне кажется, хуже уже быть не может.
Я ошибаюсь.
Потому что очень скоро понимаю: молоденькая Ида — далеко не единственная тайна моего мужа.
И теперь Данилу придётся ответить на вопрос, который он явно никогда не ожидал услышать:
— Скажи мне, сколько лет из наших тридцати двух я на самом деле была единственной женщиной в этом браке?

— Не ожидал встретить тебя здесь, — он окидывает меня насмешливым взглядом. — Всё ещё ждёшь принца на белом коне, или планка всё-таки упала?
— Принцы нынче мелковаты пошли. Предпочитаю справляться сама, — отвечаю я. — Забирайте вашего ребёнка и больше не опаздывайте. Иначе я соцопеку пожалуюсь.
Двенадцать лет назад этот мужчина был в меня влюблён. 
Он даже приходил свататься к моим родителям, но я наотрез отказалась.
А теперь мы случайно встретились снова. 
Мне тридцать, я воспитательница в детском саду, у меня за плечами тяжёлый развод и ни малейшей веры мужикам. 
А он пришёл за дочкой. И до сих пор ненавидит меня за тот отказ.
Или всё же от ненависти до любви один шаг?

— Это мой ребенок, — смело говорит муж, загораживая мою подругу собой, словно ослабленная я могла бы на нее наброситься. — Мой сын.
В этот момент раздается чудовищный грохот. Ударная волна сбивает меня с ног, швыряя на холодный асфальт.
Подняв голову, я не могу поверить глазам, дым валит из окон третьего этажа роддома, именно там сейчас находится моя малышка.
— Денис! — кричу я, срывая голос. — Там… там наша дочь! На третьем этаже, слышишь?!
Я вижу, как он делает шаг и останавливается, потому что Алина дергает его за рукав.
— Денис! Мне страшно! Дым идет сюда, это небезопасно для Артурчика! Увези нас отсюда! Ты обещал нас защищать!
— Прости, — его голос дрожит, но он делает шаг назад. — Я должен увезти их в безопасное место. Нашей дочери, возможно… — он прочищает горло, — уже не поможешь.

За кукольную внешность нас с сестрой с детства называли ангелочками. Знакомые и друзья то и дело подходили пощипать нас за щёчку. Если моя близняшка Нелли отвечала миленькой улыбкой, от которой даже ворчливые тётушки таяли, то я, не раздумывая, открывала рот и кусала пальцы.
Поэтому вскоре родные начали уточнять у мамы, осторожно поглядывая в нашу сторону:
— Которая из них нормальная?
***
Добрая и нежная Нелли, забив на себя, денно и нощно горбится, работая на босса-изверга. Она делает скучные таблицы с кучей цифр, но каждый квартал все лавры её работы пожирает коллега-стерва.
— Что, если вам поменяться местами? — предлагает мама в шутку.
В комнате на секунду становится тихо.
Даже вилка, которую я держала, замерла в воздухе.
Что за глупости?
— Рита, — сестра поворачивается ко мне. — Я… я совсем не против.
Почему нет?
Только вот я не Нелли и не позволю себя обижать.
Устраивайтесь поудобнее, шоу начинается…

– Твой отец разорен, имущество распродают, и мои предки, наконец-то, расторгли нашу с тобой идиотскую помолвку. Да и куда теперь тебе, увечной калеке и жирной корове, в приличное общество? Прощай! – ядовито усмехнувшись, сказал человек, по чьей вине я попала в реанимацию.
Бывший жених положил на тумбочку апельсин, смерил загипсованную и перебинтованную меня презрительным взглядом и… спокойно исчез из моей жизни.

Художница Элла из-за травмы больше не может писать картины и становится учителем поневоле.
Кто же знал, что в известном лицее плетутся жуткие интриги и работать в нем небезопасно, а молодая учительница сразу попадет под удар?
Теперь Элле нужно постараться… выжить, ну и вернуться к творчеству.
Кто подарит отчаявшейся художнице безопасность и счастье? Коллега – давний поклонник? Бравый майор – отец проблемного ученика? А может, мажор, притворяющийся… директором лицея?

— Наша дочь попала в аварию по вине твоей любовницы, Джихан! — срываю голос.

— Сейчас не время обсуждать мою вторую женщину, — хлесткий холод его слов рвет мне сердце.

Замираю на месте. Не верю своим ушам. Мир сужается до черной бездны его зрачков.

— Я хочу развода, — выдыхаю ему в лицо.

Муж морщится. Кривит губы в раздражении, словно я говорю чистую глупость.

— Не будь эгоисткой и не разрушай нашу семью, когда мы так нужны нашей малышке! — Джихан нависает всей своей гранитной массой надо мной и с нажимом говорит, ставя меня на место. — Ты обязана принять тот факт, что я ненасытный. Мне мало тебя. Смирись.

Двадцать три года брака. Двое детей. И любовница мужа появляется передо мной, умоляя меня отпустить его.

Я отслеживаю её через линзы скрытых камер уже семьдесят два часа. Ловлю себя на том, что задерживаю дыхание, когда она скидывает влажное полотенце и беспечно расхаживает по дому возле остывшего маяка. Эта самоуверенная заноза свято верит, что вырвалась из-под отцовского контроля и грамотно залегла на дно, случайно утащив мой криптокошелек — кусок черного пластика на миллионы.

Она и не подозревает, что я обосновался прямо под её ногами, в бетонном подвале. Изначальный план был примитивен: припугнуть, забрать свое и раствориться. Но чем дольше я сканирую её жизнь через пиксели экранов, тем жестче меня клинит. Правила игры изменились. Сегодня ночью я поднимусь наверх и наглухо задвину тяжелый засов. И когда я прижму её к холодной стене, отрезая все пути к отступлению, её пульс сорвется в галоп. И клянусь, это будет совсем не от страха.

— Мама твоя?
— Угу.
— А что за мужик её подвозил?
— Хахаль, — глубокомысленно заключает Данька. — Так мамина подруга, тётя Ира, говорит.
— Хахаль, значит. Ну-ну.
Мне-то что? Она моя бывшая. Какие могут быть претензии.
И всё же сердце пробивает грудную клетку, когда раздаётся звонок в дверь.
----------------------

Восемь лет назад я сбежала от бывшего мужа, хлопнув дверью. А сегодня узнала, что он мой новый сосед. И он даже не подозревает, что мой сын – наш общий ребенок
Я сделаю всё, чтобы правда не всплыла. Он сделает всё, чтобы узнать, что я скрываю.
Соседская война начинается

— Мам! Мы Компота спасли!
Выхожу на крыльцо, собираясь отчитать детей за очередную выходку, и замираю.
Рядом с ними стоит Рома Серов. Мой бывший жених. Мужчина, которого я любила, ненавидела… а потом оплакивала.
— Ульяша? — улыбается он.
Живой.
Мы не виделись семь лет. Я считала его погибшим, а он, оказывается, вышел в отставку и купил соседнюю дачу. Хотел тишины и покоя.
Только мои дети уже выпросили у него рыбалку, кот колбасу, а я никак не могу набраться смелости и сказать самое главное.
Эти дети, Рома, твои.
Оба.