Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
— Празднуешь свой день рождения в одиночестве? — бывший смотрит на меня с усмешкой.
Я открываю рот, пытаясь что‑то сказать, но слова растворяются на языке.
Вот вроде сильная женщина. На работе меня даже мегерой за спиной называют. А тут сижу, прижатая к стулу, и пошевелиться боюсь.
— Иу, какая жалкая картина, — фыркает его беременная спутница, брезгливо оглядывая мой столик. — Миш, пошли отсюда.
— Слушай, Есь… Ну вот мне интересно прям. И чего ты добилась? Опозорила себя перед друзьями, бросив меня на свадьбе. И что получила? Сидишь одна в свой юбилей. Никому не нужная. Никчёмная. Брошенная…
— Прости, что опоздал.
Внезапно рядом со столиком возникает парень, которого я приметила ранее.
Что он творит?
— Познакомить не хочешь? — пренебрежительно спрашивает бывший.
Я открываю рот, но дар речи так ко мне и не вернулся.
Незнакомец же берёт всё в свои руки:
— Глеб. Кстати, запомни это имя.
— Зачем? — фыркает.
Я открываю рот, пытаясь что‑то сказать, но слова растворяются на языке.
Вот вроде сильная женщина. На работе меня даже мегерой за спиной называют. А тут сижу, прижатая к стулу, и пошевелиться боюсь.
— Иу, какая жалкая картина, — фыркает его беременная спутница, брезгливо оглядывая мой столик. — Миш, пошли отсюда.
— Слушай, Есь… Ну вот мне интересно прям. И чего ты добилась? Опозорила себя перед друзьями, бросив меня на свадьбе. И что получила? Сидишь одна в свой юбилей. Никому не нужная. Никчёмная. Брошенная…
— Прости, что опоздал.
Внезапно рядом со столиком возникает парень, которого я приметила ранее.
Что он творит?
— Познакомить не хочешь? — пренебрежительно спрашивает бывший.
Я открываю рот, но дар речи так ко мне и не вернулся.
Незнакомец же берёт всё в свои руки:
— Глеб. Кстати, запомни это имя.
— Зачем? — фыркает.
Потерять мужа. Потерять веру в себя.
Я сбежала в провинцию, чтобы начать заново. Без любви, без иллюзий, без надежды. Только работа. Только операционная. Только наркоз — чужой, не мой.
А потом в мою жизнь вошёл он.
Андрей Каменский — кардиохирург, который оставил блестящую карьеру в Москве ради маленькой городской больницы. Дерзкий. Невозможный. Требовательный до бешенства.
Но между нами — операционный стол, мои шрамы и бывший муж, который не собирается отпускать.
Говорят, врачи умеют всё починить.
Но кто починит разбитое сердце?
Я сбежала в провинцию, чтобы начать заново. Без любви, без иллюзий, без надежды. Только работа. Только операционная. Только наркоз — чужой, не мой.
А потом в мою жизнь вошёл он.
Андрей Каменский — кардиохирург, который оставил блестящую карьеру в Москве ради маленькой городской больницы. Дерзкий. Невозможный. Требовательный до бешенства.
Но между нами — операционный стол, мои шрамы и бывший муж, который не собирается отпускать.
Говорят, врачи умеют всё починить.
Но кто починит разбитое сердце?
— Мам! Можно запускать уточек! — сквозь сон звучит радостный голосок Катюши.
Сажусь и вижу, что дочь бьет пятками по некогда пушистому ковру, выбивая брызги.
Потоп!
Надо спасать квартиру!
Хлюпая по лужам несусь в ванную и понимаю, что проблема выше.
— Подожди меня на площадке, — прошу дочь, поднимаюсь наверх, звоню в дверь.
— Пошла вон! Спят тут! Уходи пока не спустил с лестницы.
Я не отстаю, но слышу только ругань и то, что Катюша плачет внизу.
— А ну-ка отойдите, — звучит спокойный голос из-за спины. — Я разберусь. Возьми своего ребенка и зайди в мою квартиру. Там внук мой спит. Побудь с ним.
Внук?
О том, что мужчина собирается встречать ребёнка из роддома я знала, помогала обустроить детскую. Но внук? Получается он дед?
Впрочем, меня это не касается.
Единственное, что важно это квартира. Если у меня не будет жилья, меня ждет масса проблем, намного более существенных чем то, что сосед оказался дедом.
Сажусь и вижу, что дочь бьет пятками по некогда пушистому ковру, выбивая брызги.
Потоп!
Надо спасать квартиру!
Хлюпая по лужам несусь в ванную и понимаю, что проблема выше.
— Подожди меня на площадке, — прошу дочь, поднимаюсь наверх, звоню в дверь.
— Пошла вон! Спят тут! Уходи пока не спустил с лестницы.
Я не отстаю, но слышу только ругань и то, что Катюша плачет внизу.
— А ну-ка отойдите, — звучит спокойный голос из-за спины. — Я разберусь. Возьми своего ребенка и зайди в мою квартиру. Там внук мой спит. Побудь с ним.
Внук?
О том, что мужчина собирается встречать ребёнка из роддома я знала, помогала обустроить детскую. Но внук? Получается он дед?
Впрочем, меня это не касается.
Единственное, что важно это квартира. Если у меня не будет жилья, меня ждет масса проблем, намного более существенных чем то, что сосед оказался дедом.
— Мне сегодня прислали странное сообщение, — сказала я мужу. — Что ты мне изменяешь.
— Ты не веришь этому, надеюсь? — спросил он.
Сначала-то я не верила. А потом мы поехали в гости к его родителям.
И меня выбросили из машины — на трассе, по которой редко ездят, которую лес обступает с двух сторон стеной, в сотне километров от человеческого жилья.
Ночь такая холодная, а на мне легкая одежда, и нет телефона. А еще эта темнота — она как будто хватает меня за горло черными костлявыми пальцами.
— Баб надо воспитывать, как собак, — услышала я напоследок. — А если своего места не знают, то наказывать.
— Ты не веришь этому, надеюсь? — спросил он.
Сначала-то я не верила. А потом мы поехали в гости к его родителям.
И меня выбросили из машины — на трассе, по которой редко ездят, которую лес обступает с двух сторон стеной, в сотне километров от человеческого жилья.
Ночь такая холодная, а на мне легкая одежда, и нет телефона. А еще эта темнота — она как будто хватает меня за горло черными костлявыми пальцами.
— Баб надо воспитывать, как собак, — услышала я напоследок. — А если своего места не знают, то наказывать.
— Вы не могли бы отойти? — поправляю сползающие на нос уродливые очки, вжимаясь в стеллаж.
— А если нет, София Васильевна? — босс нависает надо мной. Взгляд цепкий, прошивает насквозь. — Откуда у скромной помощницы деда духи, которые стоят как ее три зарплаты?
— Подарок соседки, — вру на выдохе. Под колючим кардиганом от паники потеют ладони.
— Щедрая соседка, — он наклоняется ближе. — Странно только, что ваш пульс бьется так, будто вы скрываете преступление.
***
Когда мне было девять этот столичный мажор жестоко меня высмеял. Назло ему я стала идеальной красавицей. Но теперь он мой новый босс, который терпеть не может гламур. Ему нужна невзрачная "серая мышь". Чтобы не потерять работу и спасти больную маму, я нацепила бабулину кофту и стала для него асексуальной «Софией Васильевной». План был безупречен. Пока босс не начал присматриваться ко мне слишком внимательно. Главное — не спалиться. И не сойти с ума, когда он стоит так близко.
— А если нет, София Васильевна? — босс нависает надо мной. Взгляд цепкий, прошивает насквозь. — Откуда у скромной помощницы деда духи, которые стоят как ее три зарплаты?
— Подарок соседки, — вру на выдохе. Под колючим кардиганом от паники потеют ладони.
— Щедрая соседка, — он наклоняется ближе. — Странно только, что ваш пульс бьется так, будто вы скрываете преступление.
***
Когда мне было девять этот столичный мажор жестоко меня высмеял. Назло ему я стала идеальной красавицей. Но теперь он мой новый босс, который терпеть не может гламур. Ему нужна невзрачная "серая мышь". Чтобы не потерять работу и спасти больную маму, я нацепила бабулину кофту и стала для него асексуальной «Софией Васильевной». План был безупречен. Пока босс не начал присматриваться ко мне слишком внимательно. Главное — не спалиться. И не сойти с ума, когда он стоит так близко.
— Ничего сверхъестественного не произошло, — спокойно говорит муж. — Ира очень красивая женщина, не удивительно, что я не сдержался.
— Не удивительно? Она моя сестра, Игорь!
— И что? — пожимает плечами. — У нас вспыхнули чувства и появился ребенок. Ты все равно не могла забеременеть, а я хотел дочку.
Почти двадцать лет брака, тяжелое предательство и затяжной развод. От меня отвернулись все, кто был мне дорог, но первым на пороге виновато появился сын, а после… муж приполз на коленях, но разве предателей прощают?
— Не удивительно? Она моя сестра, Игорь!
— И что? — пожимает плечами. — У нас вспыхнули чувства и появился ребенок. Ты все равно не могла забеременеть, а я хотел дочку.
Почти двадцать лет брака, тяжелое предательство и затяжной развод. От меня отвернулись все, кто был мне дорог, но первым на пороге виновато появился сын, а после… муж приполз на коленях, но разве предателей прощают?
«Я беременна от твоего мужа! У меня шестая неделя беременности. Мы долго не могли зачать, но спустя сотни попыток, я, наконец, беременна. Представляешь?!
Ты уж прости меня, подруга, если сможешь. С твоим мужем у нас любовь!
По-женски я тебя искренне понимаю. Ведь это грустно, когда в силу своего недуга не можешь осчастливить мужчину. Я верю, что у тебя всё впереди и ты ещё встретишь своего человека!»
Перечитываю записку, которая выпала из кителя моего мужа, и не могу поверить в написанное. Какая любовница, какой ребёнок? Мой муж – верный и порядочный!
К тому же, я не бесплодна… Спустя пять лет попыток я смогла забеременеть!
Эта записка – чья-то дурная шутка… Решаю позвонить подруге и посоветоваться с ней, но как только она отвечает на звонок, начинает смеяться.
– Что, дошло до тебя, наконец? Да, это я сплю с твоим мужем уже пять лет! Я ношу под сердцем его ребёнка! Серёжа бросит тебя и женится на мне!
Ты уж прости меня, подруга, если сможешь. С твоим мужем у нас любовь!
По-женски я тебя искренне понимаю. Ведь это грустно, когда в силу своего недуга не можешь осчастливить мужчину. Я верю, что у тебя всё впереди и ты ещё встретишь своего человека!»
Перечитываю записку, которая выпала из кителя моего мужа, и не могу поверить в написанное. Какая любовница, какой ребёнок? Мой муж – верный и порядочный!
К тому же, я не бесплодна… Спустя пять лет попыток я смогла забеременеть!
Эта записка – чья-то дурная шутка… Решаю позвонить подруге и посоветоваться с ней, но как только она отвечает на звонок, начинает смеяться.
– Что, дошло до тебя, наконец? Да, это я сплю с твоим мужем уже пять лет! Я ношу под сердцем его ребёнка! Серёжа бросит тебя и женится на мне!
— У меня есть другая женщина. Мы вместе уже почти целый год. В мае у нас с ней родится ребёнок.
Я не двигаюсь с места. У меня только одна мысль, все это выдержать.
Он продолжает:
— Но это совершенно не значит, что я ухожу от тебя. Лия, послушай меня внимательно. Ты — моя законная жена. Тимур — мой сын. Я ничего из этого всего разрушать не собираюсь. Всё, что мы построили вместе за пятнадцать лет, — остаётся.
— У неё будет мой ребёнок. Я буду их полностью содержать финансово. Они будут жить отдельно от нас. У тебя со мной в жизни ничего не изменится принципиально. Мы — как жили до этого, так и будем жить дальше. Они — другая жизнь, параллельная.
— Я никогда в жизни не опущусь до того, чтобы делить мужчину с другой женщиной. Я не настолько низко пала. Я подаю на развод.
Я не двигаюсь с места. У меня только одна мысль, все это выдержать.
Он продолжает:
— Но это совершенно не значит, что я ухожу от тебя. Лия, послушай меня внимательно. Ты — моя законная жена. Тимур — мой сын. Я ничего из этого всего разрушать не собираюсь. Всё, что мы построили вместе за пятнадцать лет, — остаётся.
— У неё будет мой ребёнок. Я буду их полностью содержать финансово. Они будут жить отдельно от нас. У тебя со мной в жизни ничего не изменится принципиально. Мы — как жили до этого, так и будем жить дальше. Они — другая жизнь, параллельная.
— Я никогда в жизни не опущусь до того, чтобы делить мужчину с другой женщиной. Я не настолько низко пала. Я подаю на развод.
— Вызови мне такси… — прошептала я, глядя перед собой.
— Нет, Ярина, ни такси, ни развода… Смирись с этим, я уверен, ты сможешь, — рыкнул муж, наклоняясь ко мне.
— Не смогу, Егор. Не смогу я смириться… Ни с твоей изменой. Ни с твоей любовницей. Ни с этим… — я бросила взгляд на бумаги, лежащие на кровати, и зажмурилась.
— Тогда мне ничего и не остается, Ярин… — муж схватил меня за подбородок, заставляя смотреть на него.
— И мне тоже, — шепнула я, зная что ночью соберу детей и исчезну.
Но через полгода после развода голос предателя остановил мое сердце.
— Я приехал за вами, Ярина…
— Нет, Ярина, ни такси, ни развода… Смирись с этим, я уверен, ты сможешь, — рыкнул муж, наклоняясь ко мне.
— Не смогу, Егор. Не смогу я смириться… Ни с твоей изменой. Ни с твоей любовницей. Ни с этим… — я бросила взгляд на бумаги, лежащие на кровати, и зажмурилась.
— Тогда мне ничего и не остается, Ярин… — муж схватил меня за подбородок, заставляя смотреть на него.
— И мне тоже, — шепнула я, зная что ночью соберу детей и исчезну.
Но через полгода после развода голос предателя остановил мое сердце.
— Я приехал за вами, Ярина…
— Какая же ты некрасивая, Диана, — говорит жестокий Мурад Асхадов, глядя мне в глаза, — гадкий утёнок, жалкий и забитый собственной семейкой… мне ты подходишь идеально.
Сердце в груди замирает от этих слов.
— Подхожу? Но… для чего?
Этот богатый и опасный кавказский мужчина приехал к нам, чтобы заключить контракт с моим отцом и спасти нашу семью от нищеты.
Но из-за одной моей маленькой оплошности подписание контракта срывается, семья в отчаянии, Мурад в ярости…
И в качестве наказания он хочет забрать меня с собой.
Но совсем не для утех, участь моя гораздо хуже…
Сердце в груди замирает от этих слов.
— Подхожу? Но… для чего?
Этот богатый и опасный кавказский мужчина приехал к нам, чтобы заключить контракт с моим отцом и спасти нашу семью от нищеты.
Но из-за одной моей маленькой оплошности подписание контракта срывается, семья в отчаянии, Мурад в ярости…
И в качестве наказания он хочет забрать меня с собой.
Но совсем не для утех, участь моя гораздо хуже…
Выберите полку для книги