Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-polnostyu»

— Я знаю о твоей сестре и о том, что тебе нужны деньги, — с самоуверенной усмешкой говорит Мирон.
— Откуда?
— Это неважно. Я могу дать тебе деньги на операцию.
— И что взамен? — сжимаю кулаки, зная, что ответ мне не понравится.
— Твоя невинность.
— Ты… ты чудовище. Зачем всё это было?
— В этом мире за всё нужно платить, милая. И иногда цена бывает очень высока. Подумай хорошенько над моим предложением.
*****
По ночам я танцую в клубе, чтобы накопить денег на операцию младшей сестры. Мирон Игнатов — мажор, не знающий отказа, привыкший брат от жизни всё. За его внезапным вниманием ко мне скрывается спор с друзьями. И ставка спора высока — моя невинность.

— Ты часом не загулял у меня, Паш? — опаленная догадкой, выдала Катя, пока он обувался пригнувшись, орудуя «ложкой» для обуви.

Мужчина напрягся. Шумно выдохнул, что приходится именно сейчас ей все сказать, когда Павла ждет та, другая… Желанная. Легкая. Светлая.

Не дожидаясь «судного дня», Хмелев признался, что полюбил другую. На ней, Катьке, женился только по «залету», как честный человек. Но, теперь хочет быть счастлив и свободен от обязательств, которые ему навязали.

— Пошел вон, козлина! — Катя обиделась и выгнала его в этот же день.

— Твоему сыну нужна помощь! — с отчаянием бросаю бывшему.
Когда-то я любила его больше жизни, а сейчас он смотрит на меня, как на кусок грязи.
— Ты адресом ошиблась.
Он всегда говорил, что ждет от меня девочку, доченьку, но я родила сына, о котором он не знал до сегодняшнего дня.
Он разворачивается ко мне спиной.
Я с отчаянием выкрикиваю, цепляясь за ограждение.
— Но речь идет о твоем сыне!
— Нет никакого сына, — с ненавистью отрицает он. — Мы — чужие!

— Ника, это ерунда! Идиотский порыв! — шипит мой муж, нависая надо мной: — Ты сама виновата! Мы живем как соседи с твоими бесконечными гормонами и тестами на овуляцию! Я мужик, Ника, я устал быть просто донором спермы по расписанию!

Удар достигает цели. Точный, почти хирургический разрез по самому больному.

— А вот и дно, Витя. Поздравляю. Ты его только что пробил.

Я застала мужа с молоденькой девицей ординатором прямо во время его дежурства. Моя спокойная, тщательно утрамбованная жизнь рухнула.
Квартира, муж, которого я считала каменной стеной, наши выматывающие попытки зачать ребенка — всё было грязной ложью.
И когда казалось, что хуже быть не может, еще один удар судьбы выбивает из моей груди воздух.
Моя первая любовь.
Мужчина, который десять лет назад уничтожил меня и вышвырнул из своей жизни.
А теперь он заведующий отделением хирургии…уверенный в том, что я прогнусь под его давлением.

МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ ПРОДАЖ!
— Привет. Меня зовут Анна Викторовна. Сегодня я буду твоим тренером.
— Здравствуйте. Меня зовут Алина, — тихо говорит девочка.
В этот момент ее отец медленно оборачивается. И мир вокруг меня рушится, словно карточный домик, который я строила последние десять лет.
Это невозможно. Этого не может быть.
— Привет, Анна Викторовна, — раздается знакомый голос с нотками хрипотцы.
— Ты… — единственное, что мне удается вымолвить.
— Какая неожиданная встреча, — произносит с легкой усмешкой. — Даже не поздороваешься со старым другом?

Дружба с ним переросла в первую настоящую любовь, но он разбил мне сердце, изменив с моей лучшей подругой. Спустя десять лет он появился на пороге конюшни и привел ко мне на занятия свою дочь.

Слышу нежный женский смех, как колокольчик. Следом мужской голос, в котором без труда узнаю мужа.
Рывком открываю дверь.
Вижу спину мужа, а за ним – сидящую на столе женщину. Дима резко отшатывается от любовницы, как будто его ударили. Оборачивается и смотрит на меня.
– А что, мы больше не стучимся перед тем, как зайти в чужой кабинет? – спрашивает отрывисто.
– А что, мы больше не запираем дверь перед тем, как развлекаться с любовницей?
Он поджимает губы. Его дыхание учащается, ноздри раздуваются.
– Выйди, Алина. Мы обо всём поговорим дома.
Минуту назад я была уверена, что у нас с мужем счастливый брак, а теперь наконец открыла глаза...

— У вас две дочери! — бросает муж моей матери. — И Вере нужен отдых после больницы.
Он хочет затушить скандал. И только.
— После чего отдых? — шепчу я, и голос режет воздух. — После потери нашего ребенка или новости о том, что у тебя будет ещё один? От моей сестры?
— Хватит строить из себя жертву, — ошарашивает мать. — У тебя уже есть сын.
— Что?
Я упираюсь в неё взглядом, стараясь не замечать, как нежно она прижимает к себе истекающую злорадством сестру.
— У тебя уже есть ребенок, — повторяет мать, будто объясняет очевидное. — К тому же, поздно уже рожать в тридцать пять. Уймись и не раздувай проблему на пустом месте. Сейчас важнее об Ане подумать. Ей самое время рожать.
Аня какого-то чёрта всхлипывает и жмется к матери боком.
Мать гладит её по волосам.
И добавляет, глядя мне прямо в лицо:
— Не мешай девочке счастье строить, в конце-то концов. Не будь такой эгоисткой! Я не так тебя растила!

Валерия, владелица галереи современного искусства, подозревает мужа в связи с молодой художницей Адлер — своим недавним открытием.

То ли дело идёт к разводу, то ли нет, ведь между супругами вспыхивает давно остывшая страсть. На всякий случай Валерия нанимает детектива, чтобы проследить за мужем, а сама решает узнать больше об Адлер: что-то сильно настораживает опытного арт-дилера в её работах.

Открытия, которые ей предстоит сделать, изменят всё. Но настоящий художник способен превратить в искусство что угодно: боль, ложь, месть или развод.

Участковый терапевт Елизавета Тепловская давно поставила диагноз своей личной жизни: стабильно-умеренная скука. Она точно знает, как лечить чужие болячки, но совершенно не готова к вирусу по имени Константин Удальцов – брутальному мастеру на все руки, который чинит всё, кроме собственного упрямства.
После потопа и брошенной в наглый затылок губки, Лиза была уверена, что больше никогда не увидит этого хама. Но судьба решила иначе, подкинув ей… полуголого Константина прямо на кушетку в её кабинете!

- Ты видела себя в зеркале? - Муж ухмыляется, наслаждаясь моментом, как я разваливаюсь ка куски. - У меня было много женщин. Разной комплекции. Если она горячая в постели, меня никогда не смущали ее формы. Но ты сейчас...
Он небрежно кивает в мою сторону, окидывая взглядом мою фигуру - округлившийся живот на последнем месяце беременности, налившуюся грудь, чуть располневшие бедра.
- Ну ты похожа на бегемота из мультика "Мадагаскар", - выдает он и смеется.
- А вот с бегемотами я ни разу не спал, - продолжает он, наслаждаясь каждым словом. - Поэтому Вике можешь сказать еще спасибо. Она сейчас все твои обязанности взяла на себя.
Он равнодушно отворачивается, будто разговор окончен.
Моё дыхание обрывается.
Бегемот.
Он назвал меня, свою беременную жену - бегемотом.
Боль.
Такая острая, такая всепоглощающая, что на мгновение перехватывает дыхание.
Всё тело дрожит - от ярости, от унижения, от боли.
Я не помню, что было дальше.
Но когда пришла в себя я ужаснулась…