Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-polnostyu»

— Правила, — начинает он без предисловий. — Первое: никаких личных средств связи. Телефона у тебя нет, и не будет. Второе: выход за периметр — под запретом. Территория охраняется, попытка уйти будет расценена как враждебный акт. Третье: беспрекословное подчинение мне и Борису в вопросах безопасности. Твоя задача — быть невидимой, но находиться в пределах моей досягаемости. Ты теперь не помощница. Ты — обязательный атрибут моей безопасности. Живой щит, если угодно. Выхода, Сидорова, нет. Пока я не выясню, кто и как нас сегодня пытался размазать по асфальту.

Ярость поднимается во мне такой горячей волной, что на секунду перебивает страх.
— Вы не имеете права! Я не вещь! Я…
— Имею, — спокойно перебивает он. — Потому что в тот момент, когда ты села в мою машину, ты стала мишенью. Так же, как и я. Твоя «свобода» сейчас — это верная смерть где-нибудь в канаве. Здесь у тебя есть шанс. Хочешь им воспользоваться — слушайся. Нет — дверь на улицу открыта. Но учти, они уже знают твое лицо.

— Простите! — перевожу взгляд с остатков кофе в стакане на незнакомца. — Но вы сами налетели на меня.
— Я шёл на кассу! — Он отлепляет мокрую рубашку от живота. — Вы… Соевое недоразумение! И в голове у вас… Один лавандовый раф! Витаете в облаках, чёртовы пони!
— Успокойтесь, пожалуйста, — мне понятно его негодование. Если бы у меня посреди шоссе сломалась машина, да ещё какая-нибудь особа окатила бы меня кипятком, я тоже заголосила бы дурниной. — Сегодня просто не ваш день!
Карие глаза мужчины тут же фокусируются на мне.
— Может, ваш?
— Может и мой. Поделиться счастьем?
— Вы меня облили и тут же решили склеить?
— Вот ещё! — фыркаю я. Это уже непростительное хамство.

Я ехала на корпоратив, где меня должны были представить грозному боссу с нежным именем Оливье. Но всё в этот вечер у нас с ним пошло наперекосяк.

- Ну сё, дядя босс, будем вместе кулолтом уплавлять!
В мой кабинет заваливается маленькая хулиганка в колготках, кладёт ногу на ногу, улыбается довольно.
- Вы будете отвечать за финансы, а за суету!
Такой наглости от бизнесменки без штанов я не ожидал! Меньше месяца владею новым курортом в горах, но все сотрудники знают, что с детьми в главный офис нельзя!
А эта мелюзга ещё и ко мне в кабинет, как к себе домой.
- Тебя как зовут, бизнесвумен в колготках?
- Алиска я, деловая колбаса, - лыбится малая, - а мама моя туть полы моет, Виктолия Степанова.
- Считай, мама твоя тут больше не ра... стоп! Как её зовут?

Кто бы мог подумать, что судьба снова сведёт с бывшей, которая пять лет назад украла у меня деньги, а потом сбежала, сохранив страшную тайну.

И уж точно я не мог подумать, что сегодня моё будущее и судьба всего курорта будет зависеть от этой бывшей и её маленькой хулиганки в колготках...

Я вошла внурь.
И тут из глубины, из‑за угла, послышался тихий смешок. Женский. Высокий, слишком звонкий для половины второго ночи.
— Перестань, — шёпотом. — Кто‑нибудь зайдёт…
— Никто не зайдёт, — второй голос был знакомым до дрожи, с этим самодовольным успокоением, которым он всегда гасил мои опасения. — Здесь только мы.
Я стояла посреди кухни и слушала, как рушится то, во что я ещё пять минут назад пыталась верить.
В голове щёлкнуло. Тот самый щелчок, как когда на экране появляется что‑то, что ты надеялся не увидеть.
«Ну конечно. Вот и оно».
Можно было развернуться.
Просто выйти так же тихо, как вошла. Сохранить себе право потом бесконечно додумывать, оправдывать: «Он только флиртовал», «они просто обнимались», «я, наверное, неправильно услышала».
Я подошла к двери подсобки и толкнула её.

Услышать, как жених рассказывает бывшей, что женится на тебе ради денег — больно.
Сбежать со своей свадьбы в костюме миссис Клаус — унизительно.
Забыться и уснуть в чужом доме — глупо.
Проснуться от крика «Папа, у нас под елкой Дедморозка умерла!» — вообще катастрофа.
Но иногда катастрофа — это именно то, что нужно.
Новогодняя романтическая комедия о том, как потерять жениха и обрести семью.

— Анечка, родная… Как ты?
Незнакомый мужчина сидит на краю моей больничной койки и смотрит словно в самую душу. Он знает мое имя. Откуда?
— К-кто вы? — искренне не узнаю его.
У мужчины шире распахиваются глаза от удивления.
— Я твой муж, Аня. А ты — моя жена.

В преддверии нового года, придя в себя в палате клиники после аварии, я увидела незнакомца, который представился моим мужем. Я все забыла. Кажется, что всю жизнь забрала у меня та авария. Мужчина показал мне наше общее фото, и я позволила забрать меня в его дом. О чем позже сильно пожалела…

– Здравствуйте. Можете подсказать, в каком номере остановился Морозов Сергей Владимирович? Он мой муж, приехал сегодня из Симферополя.
– Номер 312, третий этаж. Но... – она запинается, – возможно, стоит сначала позвонить ему?
– Нет-нет, я хочу сделать сюрприз. Большое спасибо!
***
Стучу в дверь. Негромко, но уверенно.
– Минуточку! – раздается знакомый голос Сергея.
Я улыбаюсь, предвкушая его реакцию. Слышу его шаги, звук поворачивающегося замка.
Дверь открывается.
Сергей стоит передо мной в одних боксерах, волосы растрепаны, на лице – шок и что-то еще. Я не сразу понимаю, что происходит.
– Таня? Что ты... как ты здесь оказалась?
За его спиной, на большой двуспальной кровати молодая девушка, лет двадцати максимум, прикрывается простыней. Ее длинные темные волосы рассыпаны по подушке, губы припухшие, глаза широко распахнуты от испуга.
Время будто останавливается. Я стою в дверях и не могу поверить в то, что вижу. Это какой-то кошмар, это не может происходить наяву.

– Ты всегда была слишком правильной. Слишком предсказуемой. С тобой стало скучно. Ты сама меня к этому подтолкнула!
Максим смотрел с насмешкой:
– Знаешь, когда у мужчины дома все есть, он на стороне ничего не ищет. Я сейчас выйду от тебя, и окажусь свободным, привлекательным мужиком. Крутым, успешным, всего-то тридцатипятилетним. А ты? Кто ты, Лиза?
Муж посмотрел на меня с раздражением.
– Уставшая женщина тридцати двух лет. Кому ты нужна? Да тебе держаться за меня надо руками и ногами, Лизок! И на работе ты всего лишь до старшего менеджера дослужилась. Из имущества — только эта халупа. Хрущевка с бабкиным ремонтом!
Максим откровенно издевался.
– Учти, недвижимость записана на меня. И между прочим, дом мы купили как раз перед свадьбой. Мой дом, Лизонька.
– С моих сбережений, – откликнулась я эхом.

***
На новогодний корпоратив муж заявился с любовницей. Думал, что я проглочу обиду?

— Спили мне ружье, чтобы обрез стал, — она развернула то, что принесла бережно укутанным как дитя в покрывало. — Вороны повадились к сыроварне летать. Ружье охотничье тяжелое для моих рук, отцовское еще.

С каштановых волос женщины капнул подтаявший снег. И вся она, будто сейчас растает, растопиться от горя и невыносимого пекла обиды в груди.

— Маринка, ты меня под статью не подводи! Не то я не знаю, что мужик у тебя загулял в городе. Ты че удумала? Детей сиротами оставить хочешь? — слесарь нахмурил брови, утирая руки ветошью, испачканные мазутом.

Слух о том, что Семенов сбежал из семьи быстро распространилась по селу.

— Пусть гуляет. Я с ним... Разведусь, — Марья любовно погладила древко рукояти. — Так поможешь или языком только чесать умеешь? — она полезла в карман и вынула свернутую заготовленную купюру. — Ворон нужно только стрелять, иначе заклюют.

Что делать, если в годовщину помолвки ты узнаёшь, что муж — изменник, а через пять минут на твой балкон прыгает незнакомец в костюме Деда Мороза?
Ян спасал свою шкуру и награбленное, когда его предали подельники. Лиза пыталась пережить предательство мужа. Их встреча — чистая случайность, ошибка вселенной. Но когда бандит снимает накладную бороду, а обманутая жена решает, что терять ей больше нечего, между ними искрит.
Случайная встреча, криминальные разборки и безумная страсть под бой курантов.
Интим бандиту (не) предлагать!

«- Детка, меня Яном зовут, – решил всё же познакомиться, оторвавшись от её губ.
- Лиза, – пролепетала она, смотря снизу затуманенным взором.
- Лиза, я не джентльмен. Ты уверена, что хочешь этого?
- Да ты не джентльмен. Ты Дед Мороз. И я уверена, – выдохнула она, снова подставляя губы».