Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-polnostyu»

— Вы любовники? Ты... Ты изменяешь мне?

— А вот это тебя, Оль, вообще волновать не должно. Не твоего это бабьего ума дело. И хватит истерики тут мне устраивать. Знай свое место! Живешь за мой счет, ни черта не делаешь, так еще и недовольна чем-то.

— Как ты со мной разговариваешь?! Я... Я на развод подам!

— Только попробуй! Только сунься куда-то! Когда сочту нужным, сам сделаю. А пока сиди тут тихо, кашеварь и занимайся ребенком. Поняла? Черт! Как же не ко времени...

«Знай свое место»? «Живешь за мой счет»? Серьезно?!

Демид же сам уговорил меня после того, как закончился отпуск по уходу за ребенком, на работу не выходить, а посвятить себя дому и воспитанию Федьки. А теперь меня этим же и попрекал! За что он так? И почему именно сейчас я должна молчать в тряпочку и не высовываться с разводом, смиренно ожидая момента, когда «борец за традиционные ценности» Демид Золотарев решит, что его жену и его ребенка уже можно по-тихому, без шума и пыли вышвырнуть вон?

Я – мать троих детей, жена айтишника, невестка всемирно известной скрипачки. У меня есть мои любимые сто десять килограмм веса и мечта открыть собственный салон груминга. В общем, жизнь как жизнь, как у всех. Но волею случая я оказываюсь в особняке Станислава Ворохова. Чтобы помочь собственному ребенку, приходится на время стать няней его дочки. Проблема в том, что девица далека от стандартной принцессы, да, и дома у меня начинает все рушиться. Ничего, как любила поговаривать моя бабуля, прорвемся!

- Прикройся, - в лицо мне летит одежда.
Я ничего не понимаю. Солнечные свет бьёт по нервам и заставляет зажмурится.
- Алина, - голос Азара и далёкий, и близкий, режет будто острый нож. – Что ты натворила, девочка. Я ведь тебе доверял. А ты меня предала.
- Предала?
- Да, легла в постель к какому-то ублюдку, - зло выплёвывает Азар. - Я всегда знал, что надо жениться только на своих. Что такие, как ты, гулящие.
- Такие как я? – вскрикиваю. – Ну давай… говори! Какие? – руки сжимаются в кулаки. – Не твоей крови? Не твоих традиций?
- Да… - вздёргивает бровь. – Всё верно ты говоришь. Не моих традиций. Ты их чтить не сможешь. И никогда не станешь мне достойной парой, Алина.

– Вы не понимаете! – цежу сквозь зубы. Передо мной – отец моей ученицы.
Циничный, высокомерный и самоуверенный тип.
– Ребенку важно внимание в первую очередь, а вы забыли забрать дочку в первый же день учебы. Думаете, деньгами можно исправить нанесенную травму?
– Деньги решают все проблемы, – окидывает меня скептическим взглядом. Задерживается на верхних «девяноста». – Почти все…
– Вы на что намекаете? – вспыхнув, поправляю воротник блузки.
– В чем ваша проблема, Влада Александровна? – устало сжимает пальцами переносицу. – Личная жизнь не складывается, и вы отрываетесь на других?
– Хам! – выплевываю, не сдержавшись. – За своей личной жизнью следите. Если мне не изменяет память, Софию вы воспитываете в одиночку.
Перепалка с отцом-одиночкой закончилась тем, что я нагрубила… своему новому боссу! Он не остался в долгу, унизил в ответ.
Что общего у меня, сочной пышки, и этого надменного типа?
На первый взгляд – ничего.
Но мужчина, похоже, считает иначе…

– Свадьбы не будет.
– Прости… что ты сказал? – растерянно смотрю на мужчину, вставшего в дверях.
– Ты меня услышала, – мой жених окидывает меня холодным взглядом. – Условия договора изменились. Совет директоров нашёл пару формальных приписок, которые делают наш брак необязательным. Твоя доля в денежном эквиваленте уже выделена и лежит на отдельном счёте, – кладёт на стол рядом со мной тонкую папку. – Здесь всё, что тебе необходимо. Так что ты теперь свободна. Можешь делать всё, что хочешь.
То есть… все его слова о любви… всё было ложью?
Значение имел только договор?
– А что, если я… беременна? – неосознанно задерживаю дыхание.
– Тогда нужно будет… принять меры, – он прищуривается.
Я не стала ждать «принятия мер». Уехала и не вспоминала о прошлом, живя тихой жизнью вместе с дочкой. Но прошлое нашло меня само.

- Да! - Отвечаю и предусмотрительно жму на запись разговора. На экране стационарный номер с кодом Новосибирска, а там у меня, как сегодня выяснилось, корешей нет.
- Папа! - Звучит из динамика тоненький девичий голосок, и я маленько офигеваю.
В одной руке мобила, в другой нож...
- Так! - С размаху втыкаю его в разделочную доску. — Мозг мне не делай, деточка, денег нет, родни тоже, с ментами сам добазарюсь.
- Тоже сирота? — убивает своей наивностью девчонка.
- Ага, сирота, но мама, папа есть, так что не трать времени, звони следующему лоху — откровенно ржу я.
- Не могу — вздыхает она, а я диву даюсь, насколько наглыми стали мошенники.
***
Каково это — узнать что ты отец?
А в сорок три?
А то, что ребенку уже шесть и это не пацан, с которым все ясно, а девчонка?
Я, думал, что могу решить любую проблему. Где надо, силой и деньгами, а где-то мозгами и связями. Только эту ситуацию ни кулаком, ни кошельком не возьмешь, и, кажется, мне впервые потребуется чья-то помощь.

— Итак, истец настаивает на разделе имущества, а также на определении места жительства несовершеннолетнего сына супругов и ограничении прав матери.
— Что?.. Что ты делаешь? Марк! — вскрикиваю я.
— Сядьте, ответчица, иначе я вас удалю из зала суда.
— Но послушайте, это какая-то ошибка!
Страх за сына сковывает тело.
— Я люблю Сашу, и он хочет жить со мной… за что ты так?
Муж переводит на меня полный презрения взгляд:
— Нищей уйдешь. И сына больше никогда не увидишь, — выплевывает он, отвернувшись.
Он… Он это сказал? И все слышали, но спокойно сидят?
А секретарь приглашает очередного свидетеля со стороны моего мужа. Марк ухмыляется и поворачивается в мою сторону. Я непонимающе смотрю на него, а затем перевожу взгляд на дверь.
В зал входит моя лучшая подруга — Кристина…
Та, которая поддерживала меня, успокаивала и говорила, что, может быть, всё ещё наладится… Кристина и есть его любовница?

- Хочешь вернуть меня? Доказать, что действительно любишь? Вот мои условия: проживешь в этом городе месяц. Без своих денег, связей, положения. Как обычный типичный провинциал. Начнем сначала. Будем ходить на свидания. Узнавать друг друга. С милым рай и в шалаше, правда ведь?
Боже, видели бы вы его лицо. Паша просто окаменел, и в глазах паника. Ей-богу.
- Ты издеваешься надо мной? - спрашивает в итоге.
- Ты же сам сказал, что готов на все, - смотрю невинно. - Это мое желание. Ну так что, идет?
Протягиваю руку и жду. Он либо сразу свалит, либо через несколько дней. Потому что миллиардеры вроде Высоцкого в такой дыре не выживают.
- Месяц, Яна, - пожимает он мою руку. - И через месяц ты вернешься в Москву моей женой.

Сразу после церемонии я узнала, что мой муж женился на мне ради карьеры. Я сбежала в свой маленький городок, а он приехал за мной. Спасать свою репутацию. Не нашу семью. Что ж, раз любви нет… Да здравствует месть!

— Может бабушку попросим? — Лиска с сомнением пожевала губешку, глядя на свое отражение в старом, потертом зеркале. Один хвост у нее торчал где-то на затылке, а второй под ухом. Оба растрепанные, как будто я не бился над ними последние пятнадцать минут! Как будто не ноги у меня из жопы, как тренер говорит, а руки.
— Бабушку не попросим, — строго отрезал я.
— А петухов сколько, — протянула дочь с тоской. — Вот же. Петух. И вот… и ещё…
— Да понял я, ну!
— Так пойдешь. Давай-ка опаздываем уже. — Я подхватил дочкин пакет со всякими шмотками, сунул ей в руки любимую корову и потащил к машине.
— Думаешь она добрая? — спросила Лиска, бодрая меня коровой в локоть.
— Корова твоя?
— Воспитательница!
— А вдруг нет?
Я пригнулся, чтобы пристегнуть Васькин ремень и получил коровой по голове.
— Можешь ей тогда сказать, что твой злой папа футболист придет и будет ругаться очень громко.
Василиса обняла корову и тихо уточнила:
— Как с мамочкой?

— Вот это поворот!!! — мой голос дрожит, словно лист на ветру.
Виталя отступает от неё, но в его глазах нет ни капли раскаяния. Только тупая пустота.
— Здравствуй, любимая! — его слова хлещут меня, как пощёчины. — Рад тебя видеть, ты как раз вовремя! Мы с Алисой только-только обсудили твою никчемность, как женщины и полную несостоятельность в постели. О, я и про нашего погибшего ребенка не забыл упомянуть.