Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
– Анфиса?! – прогрохотал знакомый голос. – Что ты здесь делаешь?
У-упс!
Я выпуталась из мужских объятий и подняла взгляд. Нагорный собственной заносчивой персоной.
Попадос, Фиса!
– Работа...ла.
Демьян молча проходит по мне взглядом и заламывает бровь:
– Горничной? Ты сбежала от обеспеченного отца, чтобы работать в моем отеле, серьезно?
– Я бежала не от отца, а от навязанного мне брака с твоим младшим братцем! – задрала я нос. – И буду премного благодарна, если ты забудешь, что видел меня здесь.
В холле повисла тишина.
Но ненадолго.
Дочка Демьяна перехватила свой синий скейт и сказала с ангельской улыбкой:
– Папочка, я лешила. А давай Анфиса будет моей мамочкой, м?
У-упс!
Я выпуталась из мужских объятий и подняла взгляд. Нагорный собственной заносчивой персоной.
Попадос, Фиса!
– Работа...ла.
Демьян молча проходит по мне взглядом и заламывает бровь:
– Горничной? Ты сбежала от обеспеченного отца, чтобы работать в моем отеле, серьезно?
– Я бежала не от отца, а от навязанного мне брака с твоим младшим братцем! – задрала я нос. – И буду премного благодарна, если ты забудешь, что видел меня здесь.
В холле повисла тишина.
Но ненадолго.
Дочка Демьяна перехватила свой синий скейт и сказала с ангельской улыбкой:
– Папочка, я лешила. А давай Анфиса будет моей мамочкой, м?
- Я всегда любил только Жанну! - в голосе любимого мужа звенит ненависть, прожигая насквозь.
- Сдохни! - кричит сестра.
Эти двое убили меня, чтобы забрать деньги, оставленные в наследство.
Жизнь закончилась… и началась снова - я ожила, попав в свое прошлое!
И не упущу шанс изменить судьбу!
- Сдохни! - кричит сестра.
Эти двое убили меня, чтобы забрать деньги, оставленные в наследство.
Жизнь закончилась… и началась снова - я ожила, попав в свое прошлое!
И не упущу шанс изменить судьбу!
— Котик, а если жена твоя сюда заявится? — со смехом закончила она.
— Вика? — мой муж усмехнулся. — Не неси ерунды.
— А что? Магазин, вообще-то, ваш...
— Во-первых не ваш, а мой, а во-вторых она сюда сто лет не приезжала. У неё ребёнок, у неё другие заботы. Она уже несколько лет толком не красится.
Женщина тихо рассмеялась.
— Какая прелесть. Создала косметический бренд и сама же перестала им интересоваться.
— Бренд создал я, она лишь помогала с продуктами, — в голосе Артёма впервые появилось раздражение. — Как видишь, последние несколько лет мы прекрасно справляемся без её участия. Всё, закрыли тему, не хочу сейчас говорить о Вике.
— Да ладно тебе. Просто интересно. Ты рассказывал, какая она раньше была. А сейчас?
Несколько секунд Артём молчал.
— Сейчас она мать моего сына, а от тебя требуется другое, - с этими словами Артем впился в губы своей любовнице... прямо у меня на глазах.
— Вика? — мой муж усмехнулся. — Не неси ерунды.
— А что? Магазин, вообще-то, ваш...
— Во-первых не ваш, а мой, а во-вторых она сюда сто лет не приезжала. У неё ребёнок, у неё другие заботы. Она уже несколько лет толком не красится.
Женщина тихо рассмеялась.
— Какая прелесть. Создала косметический бренд и сама же перестала им интересоваться.
— Бренд создал я, она лишь помогала с продуктами, — в голосе Артёма впервые появилось раздражение. — Как видишь, последние несколько лет мы прекрасно справляемся без её участия. Всё, закрыли тему, не хочу сейчас говорить о Вике.
— Да ладно тебе. Просто интересно. Ты рассказывал, какая она раньше была. А сейчас?
Несколько секунд Артём молчал.
— Сейчас она мать моего сына, а от тебя требуется другое, - с этими словами Артем впился в губы своей любовнице... прямо у меня на глазах.
Сердце у меня не забилось чаще. Оно, наоборот, будто остановилось на пару ударов, а потом толкнуло где-то в горле, тяжело, с провалом внизу живота. В ушах зазвенело, комната качнулась на полградуса вбок. Я ухватилась за дверную ручку, чтобы не искать равновесие ногами.
— Надя, — сказал Саша. Голос ровный, отработанный, тот, которым он разговаривает с клиентами. — Это не то, что...
Он не договорил. Марина отступила на шаг, прижала ладонь ко рту, и в этом жесте было больше правды, чем в целой Сашиной фразе.
Я развернулась и пошла обратно по коридору. Ноги слушались плохо, я считала шаги, чтобы не упасть — раз, два, три, — мимо стеклянной переговорной, мимо секретарши, вставшей из-за стола с каким-то вопросом на лице, который я не стала читать.
На улице было холодно для сентября. Я остановилась у мусорной урны на углу здания и достала из сумки конверт — тот, с бланком, с моим именем, выведенным лаборантским почерком. Подержала его секунду в руке. Потом бросила.
— Надя, — сказал Саша. Голос ровный, отработанный, тот, которым он разговаривает с клиентами. — Это не то, что...
Он не договорил. Марина отступила на шаг, прижала ладонь ко рту, и в этом жесте было больше правды, чем в целой Сашиной фразе.
Я развернулась и пошла обратно по коридору. Ноги слушались плохо, я считала шаги, чтобы не упасть — раз, два, три, — мимо стеклянной переговорной, мимо секретарши, вставшей из-за стола с каким-то вопросом на лице, который я не стала читать.
На улице было холодно для сентября. Я остановилась у мусорной урны на углу здания и достала из сумки конверт — тот, с бланком, с моим именем, выведенным лаборантским почерком. Подержала его секунду в руке. Потом бросила.
Он – миллионер, привлекательный, властный и уверенный в себе мужчина. Я – обычная женщина со сломленной жизнью и огромными тараканами в голове. Мы из параллельных миров. И никогда не должны были встретиться. Что нас связывает? Ребенок. Его ребенок. Для которого я совершенно неожиданно становлюсь мамой…
Меня зовут Вероника. Мне тридцать. Я веб-дизайнер, живу одна и давно не жду от жизни чуда. Мама уверена, что я себя запустила, а зеркало с ней согласно. Но однажды меня ударило током — и теперь, касаясь мужской ладони, я слышу мысли. Чужие, настоящие, пугающие.
А потом появляется он. Владелец кофейни. Уставший, спокойный, с тёплыми руками. Его мысли обо мне не похожи на всё, что я привыкла о себе слышать. Но у него есть тайна. И однажды я слышу обрывок, после которого всё может рухнуть.
А потом появляется он. Владелец кофейни. Уставший, спокойный, с тёплыми руками. Его мысли обо мне не похожи на всё, что я привыкла о себе слышать. Но у него есть тайна. И однажды я слышу обрывок, после которого всё может рухнуть.
Она — мертва для мира. Он — жив только для убийства.
Оля сбежала от прошлого, оставив за спиной трупы и миллионы грязных денег. Теперь она — всего лишь тень в дешёвом баре, где главный закон — не задавать вопросов. Но когда в её жизнь врывается Дима, она понимает: от судьбы не сбежать. Он знает её настоящее имя. Он спас ей жизнь. И он — единственный, кто может её уничтожить.
Дима — «Чистильщик», лучший палач преступного синдиката. Его задание просто: найти беглянку и привести её на заклание. Но вместо того чтобы нажать на курок, он прячет её в своём убежище. Он врёт ей о себе. Она врёт ему о себе. Их ложь — это щит от внешнего мира, но каждая ночь приближает их к пропасти, где правда становится смертельным оружием.
Они не знают, что оба — пешки в одной игре. Они не знают, что за ними охотится тень, которая управляет их судьбами. И они не подозревают, что их встреча была спланирована задолго до того, как они произнесли первые слова.
Когда любовь — это слабость, а доверие — р
Оля сбежала от прошлого, оставив за спиной трупы и миллионы грязных денег. Теперь она — всего лишь тень в дешёвом баре, где главный закон — не задавать вопросов. Но когда в её жизнь врывается Дима, она понимает: от судьбы не сбежать. Он знает её настоящее имя. Он спас ей жизнь. И он — единственный, кто может её уничтожить.
Дима — «Чистильщик», лучший палач преступного синдиката. Его задание просто: найти беглянку и привести её на заклание. Но вместо того чтобы нажать на курок, он прячет её в своём убежище. Он врёт ей о себе. Она врёт ему о себе. Их ложь — это щит от внешнего мира, но каждая ночь приближает их к пропасти, где правда становится смертельным оружием.
Они не знают, что оба — пешки в одной игре. Они не знают, что за ними охотится тень, которая управляет их судьбами. И они не подозревают, что их встреча была спланирована задолго до того, как они произнесли первые слова.
Когда любовь — это слабость, а доверие — р
Я думала, что самое страшное уже позади. Что после всего, что мы пережили, — погонь, выстрелов, подвала, — мы наконец заслужили покой. Обычную жизнь. С герани на подоконнике. С его ворчанием по утрам. С ночами, когда он держит меня так крепко, будто боится, что я исчезну.
Я ошиблась.
Человек из прошлого не закончил начатое. Он выжил. И он вернулся. Только теперь он не идёт напролом. Он играет. Тонко. Жестоко. Он знает, что я — слабость Гордея. И он намерен использовать меня до конца.
Каждое прикосновение Гордея теперь — как прощание. Его молчание стало другим. Его руки, которые раньше защищали, будто держат меня на привязи. Он что-то знает. Что-то скрывает. И я больше не уверена, что он меня защищает. Может, он просто не хочет, чтобы я узнала правду.
Но я узнаю. Даже если для этого придётся вскрыть не только его прошлое, но и его сердце.
Продолжение истории Вари и Гордея. Огонь, страсть и интрига, от которых невозможно оторваться.
Я ошиблась.
Человек из прошлого не закончил начатое. Он выжил. И он вернулся. Только теперь он не идёт напролом. Он играет. Тонко. Жестоко. Он знает, что я — слабость Гордея. И он намерен использовать меня до конца.
Каждое прикосновение Гордея теперь — как прощание. Его молчание стало другим. Его руки, которые раньше защищали, будто держат меня на привязи. Он что-то знает. Что-то скрывает. И я больше не уверена, что он меня защищает. Может, он просто не хочет, чтобы я узнала правду.
Но я узнаю. Даже если для этого придётся вскрыть не только его прошлое, но и его сердце.
Продолжение истории Вари и Гордея. Огонь, страсть и интрига, от которых невозможно оторваться.
Я должна была отказаться, когда подруга заставила меня пойти на свидание вслепую вместо нее. Должна была промолчать, а не честно заявлять красивому незнакомцу, что он мне не понравился.
На следующее утро я вхожу в кабинет нового босса и застываю. Это он. Роман Викторович смотрит на меня с холодной усмешкой, а я мысленно прощаюсь с работой.
Но вместо увольнения он предлагает сделку: я становлюсь его фиктивной невестой. Помогаю обмануть родственников — он решает мои проблемы. Простой договор. Никаких чувств. Никаких прикосновений.
Вот только в первый же день босс прижимает меня к стене и требует поцелуя. Его губы в миллиметре от моих, сердце колотится где-то в горле.
А когда он целует меня, я понимаю: мне будет очень непросто в этой игре.
На следующее утро я вхожу в кабинет нового босса и застываю. Это он. Роман Викторович смотрит на меня с холодной усмешкой, а я мысленно прощаюсь с работой.
Но вместо увольнения он предлагает сделку: я становлюсь его фиктивной невестой. Помогаю обмануть родственников — он решает мои проблемы. Простой договор. Никаких чувств. Никаких прикосновений.
Вот только в первый же день босс прижимает меня к стене и требует поцелуя. Его губы в миллиметре от моих, сердце колотится где-то в горле.
А когда он целует меня, я понимаю: мне будет очень непросто в этой игре.
Она находит в его ноутбуке билеты в другой город, бронь отелей и переводы на неизвестный счёт. Идеальный брак рушится в одну секунду, когда судебный эксперт по цифровым следам Виктория понимает: муж-адвокат содержит вторую семью на её гонорары.
Виктория не устраивает скандал. Она методично уничтожает его репутацию, подбрасывая фальшивые улики в его дела. Но когда она выслеживает «любовницу», шок парализует её: это Кира, её младшая сестра, которую Дэниел шантажирует, удерживая рядом с собой и своим ребёнком. Месть превращается в операцию по спасению, где каждый шаг может разрушить всех троих.
Сможет ли Виктория вытащить сестру из лап монстра, не сломав себя? Или цена свободы окажется выше, чем она готова заплатить?
Виктория не устраивает скандал. Она методично уничтожает его репутацию, подбрасывая фальшивые улики в его дела. Но когда она выслеживает «любовницу», шок парализует её: это Кира, её младшая сестра, которую Дэниел шантажирует, удерживая рядом с собой и своим ребёнком. Месть превращается в операцию по спасению, где каждый шаг может разрушить всех троих.
Сможет ли Виктория вытащить сестру из лап монстра, не сломав себя? Или цена свободы окажется выше, чем она готова заплатить?
Выберите полку для книги