Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
От нападения викингов на свою деревню, Эсса потеряла всё: дом, родных, свободу. Её увезли в далёкую чужую страну и заставили служить ненавистному мужчине, который и был виноват во всех её бедах.
Льёт тоже не был рад её присутствию рядом с собой. Ведь она повинна в смерти его побратима, и заслуживает только одного - мести. Но не он, а эта проклятая ведьма постоянно мучает его во снах, заставляя желать совершенно другого.
Как всем известно от ненависти до любви, всего лишь один единственный шаг, когда ты даже не успеваешь понять, как одно чувство, сменило другое. Что и случилось с Эссой и Льетом. Теперь им придётся научиться прощать, иначе они не смогут сохранить яркое пламя их жаркой любви.
Льёт тоже не был рад её присутствию рядом с собой. Ведь она повинна в смерти его побратима, и заслуживает только одного - мести. Но не он, а эта проклятая ведьма постоянно мучает его во снах, заставляя желать совершенно другого.
Как всем известно от ненависти до любви, всего лишь один единственный шаг, когда ты даже не успеваешь понять, как одно чувство, сменило другое. Что и случилось с Эссой и Льетом. Теперь им придётся научиться прощать, иначе они не смогут сохранить яркое пламя их жаркой любви.
Я любила. Сильно. Искренне. Но любимый вышвырнул меня из дома, как только подвернулся вариант получше. И тогда я вышла замуж. По глупости. Потому что больше не верила в любовь, а будущий муж осыпал цветами и подарками, обещал исполнить любые мечты. Я поддалась искушению и поплатилась: моя жизнь превратилась в кошмар. И выход оставался только один – бежать. Без оглядки и как можно дальше. Только муж не отпустит и будет искать, пока не найдёт. Страх становится моим вечным спутником. Но именно когда больше всего хочется опустить руки, Судьба вдруг преподносит неожиданный подарок: встречу, которая меняет мою жизнь… и меня саму.
- Что это ты разглядываешь? – спрашивает муж, и я медленно поворачиваю экран ноутбука к нему, наблюдая, как его зрачки расширяются при виде любовницы.
- Чего ты так занервничал? - спрашиваю я сладким голосом, томным, как ее взгляды на фото. - Будто знаешь ее и вам есть что скрывать?
- Да нет, просто любопытно, чего это моя жена девиц стала разглядывать.
- Это модель для рекламы моего салона. Нравится?
- Ничего особенного.
Муж изменил, купил любовнице квартиру, и букет для нее заказал в моем салоне.
Но я это так не оставлю.
Я отомщу. Я заберу у них все, что мне причитается, и даже больше!
- Чего ты так занервничал? - спрашиваю я сладким голосом, томным, как ее взгляды на фото. - Будто знаешь ее и вам есть что скрывать?
- Да нет, просто любопытно, чего это моя жена девиц стала разглядывать.
- Это модель для рекламы моего салона. Нравится?
- Ничего особенного.
Муж изменил, купил любовнице квартиру, и букет для нее заказал в моем салоне.
Но я это так не оставлю.
Я отомщу. Я заберу у них все, что мне причитается, и даже больше!
Февраль в Петербурге не прощает слабости. Завтра — четырнадцатое февраля. День нашей годовщины. Десять лет с Михаилом. Стук в дверь. — Елена Николаевна, к вам курьер. Никаких доставок я не ждала. Вошёл молодой парень в форменной куртке. — Распишитесь, пожалуйста. Я машинально подписала. Получила плотный конверт без имени отправителя. Внутри — фотографии. Михаил. В чужой постели. С другой женщиной. Молодая, красивая, раскованная. Они целуются. Смеются. Она гладит его по щеке . Он лежит рядом, безмятежный, будто в этом и есть его настоящий мир. И еще письмо: "Елена, открой глаза. Твой Михаил не тот, кем кажется. Он обманывает тебя. Он изменяет тебе. Доброжелатель." Комната покачнулась. Воздух стал густым, как вода, — невозможно дышать. Словно весь мир сжался в точку и рухнул внутрь меня, как воронка.
И только одна мысль звенела в голове, как погребальный колокол:
"Завтра — четырнадцатое февраля..."
И только одна мысль звенела в голове, как погребальный колокол:
"Завтра — четырнадцатое февраля..."
Кого-то жизнь вознаграждает за труды, а кому-то подкладывает свинью. Именно так и случилось со сказочной жизнью Евы Монтгомери. Казалось, все прекрасно: муж, большой дом, достаток и любящие родители. Но все рухнуло в один день, словно карточный домик. У мужа любовница, все имущество записано на него, и в итоге она осталась ни с чем.
Думаете это все? Как бы не так. В самый страшный для нее день, Еву похищают и садят в клетку в каком-то подвале, вместе с другими жертвами. Они говорят ей, что теперь она пойдет на корм вампиру, и больше никогда не увидит свободу, ведь этот подвал станет их общей могилой. Есть ли у нее надежда на спасение?
Конечно же есть! Но спасет ее не кто иной, как другой ВамПир, Лестер Гилфорд, охотник на ВамПиров изгоев. Может вечная жизнь, наконец, улыбнулась ему? Ведь он встретил свою суженую! Но вот незадача, он узнает, что она замужем, и теперь еще и боится его. Так что же ему делать? Как добиться ее любви? За что, спрашивается, жизнь подкинула ему такую свинью?
Думаете это все? Как бы не так. В самый страшный для нее день, Еву похищают и садят в клетку в каком-то подвале, вместе с другими жертвами. Они говорят ей, что теперь она пойдет на корм вампиру, и больше никогда не увидит свободу, ведь этот подвал станет их общей могилой. Есть ли у нее надежда на спасение?
Конечно же есть! Но спасет ее не кто иной, как другой ВамПир, Лестер Гилфорд, охотник на ВамПиров изгоев. Может вечная жизнь, наконец, улыбнулась ему? Ведь он встретил свою суженую! Но вот незадача, он узнает, что она замужем, и теперь еще и боится его. Так что же ему делать? Как добиться ее любви? За что, спрашивается, жизнь подкинула ему такую свинью?
Я занимаюсь безопасностью, а не спасением разбитых сердец.
Моя работа – защищать клиентов, а не привязываться к ним.
Но что делать, если клиентка – дерзкая блондинка, которая не боится перечить? И если ее защита вдруг переплетается с моим собственным прошлым?
А самая опасная близость – это не та, что грозит пулей в сердце, а та, что заставляет это сердце биться снова.
Моя работа – защищать клиентов, а не привязываться к ним.
Но что делать, если клиентка – дерзкая блондинка, которая не боится перечить? И если ее защита вдруг переплетается с моим собственным прошлым?
А самая опасная близость – это не та, что грозит пулей в сердце, а та, что заставляет это сердце биться снова.
Мила Буйнова – вихрь дерзости в ярких платьях, под которыми прячется ранимое сердце.
Алексей Седов – майор с ледяными глазами, отрицающий любовь.
– Эй, мисс, вы кофе берёте или коктейль для диабетиков?
– А вы кто такой, чтобы мне указывать?
– Майор Седов, полиция. Ускорьте процесс, у меня порядок ждать не будет!
– Ой, простите, ваше величество закона! Может, мне еще штраф выписать за превышение дозы сиропа?
Их столкновение – яростный танец сарказма и страсти, от кофейных споров до тайных ночей. Но прошлое гонится по пятам, друзья ткут интриги.
Сможет ли огонь Милы пробить стены льда Седова?
А это нам предстоит узнать…
Алексей Седов – майор с ледяными глазами, отрицающий любовь.
– Эй, мисс, вы кофе берёте или коктейль для диабетиков?
– А вы кто такой, чтобы мне указывать?
– Майор Седов, полиция. Ускорьте процесс, у меня порядок ждать не будет!
– Ой, простите, ваше величество закона! Может, мне еще штраф выписать за превышение дозы сиропа?
Их столкновение – яростный танец сарказма и страсти, от кофейных споров до тайных ночей. Но прошлое гонится по пятам, друзья ткут интриги.
Сможет ли огонь Милы пробить стены льда Седова?
А это нам предстоит узнать…
– Ты реально женишься на ней?
– Нет, Стас, я тебя умоляю, не говори ерунды, конечно нет. Соня, это так, милое увлечение, не больше.
– Я решил у вас все серьезно.
– Моя рыжая Сонька нравится тебе? Вижу по глазам, что нравится. Забирай, наигрался я с ней, мне уже подобрали невесту. Компанию ждет слияние капиталов.
– Шутишь?
– Нет. Забирай, на какой-то маникюрше я никогда не женюсь.
Тот, кого я считала своим мужчиной, отдает меня другому. Меня отдавали как товар, как отработанный материал. Но Игорь еще не знал, что я жду от него ребенка, я торопилась сообщить ему это новость, но случайно услышала разговор с другом.
– Нет, Стас, я тебя умоляю, не говори ерунды, конечно нет. Соня, это так, милое увлечение, не больше.
– Я решил у вас все серьезно.
– Моя рыжая Сонька нравится тебе? Вижу по глазам, что нравится. Забирай, наигрался я с ней, мне уже подобрали невесту. Компанию ждет слияние капиталов.
– Шутишь?
– Нет. Забирай, на какой-то маникюрше я никогда не женюсь.
Тот, кого я считала своим мужчиной, отдает меня другому. Меня отдавали как товар, как отработанный материал. Но Игорь еще не знал, что я жду от него ребенка, я торопилась сообщить ему это новость, но случайно услышала разговор с другом.
Страшный диагноз оставил мне всего 7 месяцев на рождение ребёнка. В отцы я выбрала самого лучшего, порядочного и надёжного мужчину. Спецназовца. Он согласился помочь: привёз меня к себе и честно исполняет несупружеский долг.
Жизнь с таким человеком – сказка для любой девчонки. Но для меня каждый день вместе с Никитой – напоминание о том, что две полоски разделят мою судьбу на «до» с любимым человеком и «после» с ребёнком.
Шансов нет.
Жизнь с таким человеком – сказка для любой девчонки. Но для меня каждый день вместе с Никитой – напоминание о том, что две полоски разделят мою судьбу на «до» с любимым человеком и «после» с ребёнком.
Шансов нет.
– В это крыло парням нельзя!
Девчонка испуганно пятится от меня.
– Нельзя, – киваю я. – А если очень хочется, то можно, правда? Нам, психам, вообще всё можно... Так ведь?
Она вжимается в стену спиной, губы подрагивают.
– Как тебя зовут? – шепчу ей на ушко.
– Аня...
– Ты наблюдаешь за мной, Аня. Я часто ловлю твой взгляд. И вот я здесь. Ты мне кое-кого напоминаешь, Аня.
Меня посчитали психом и упекли в дурку, назвав это красивым словом «реабилитация». Но здесь, вообще-то, настоящая тюрьма.
Реабилитируют меня от помешательства сестрой, от ненависти к отцу, от тоски по матери... Диагноз мой звучит весьма неопределённо – «социопатическое расстройство».
Меня должны выпустить отсюда через тридцать два дня. Вот только я не уверен, что мир готов меня принять...
Ведь ни одна клетка в мире не способна меня исправить.
Девчонка испуганно пятится от меня.
– Нельзя, – киваю я. – А если очень хочется, то можно, правда? Нам, психам, вообще всё можно... Так ведь?
Она вжимается в стену спиной, губы подрагивают.
– Как тебя зовут? – шепчу ей на ушко.
– Аня...
– Ты наблюдаешь за мной, Аня. Я часто ловлю твой взгляд. И вот я здесь. Ты мне кое-кого напоминаешь, Аня.
Меня посчитали психом и упекли в дурку, назвав это красивым словом «реабилитация». Но здесь, вообще-то, настоящая тюрьма.
Реабилитируют меня от помешательства сестрой, от ненависти к отцу, от тоски по матери... Диагноз мой звучит весьма неопределённо – «социопатическое расстройство».
Меня должны выпустить отсюда через тридцать два дня. Вот только я не уверен, что мир готов меня принять...
Ведь ни одна клетка в мире не способна меня исправить.
Выберите полку для книги