Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
— Ты спишь с ней?! — вырывается у меня.
Муж хмурится.
— Ты спишь с ней. Не отрицай. Я слышала, как ты хвастался.
— Если ты все слышала, то зачем глупые вопросы задаешь? — приосанился. — У мужчины в моем положении может быть любовница или, я бы даже сказал, должна.
— Что? — ахаю я. — Должна быть любовница?
— Конечно, — согласился, не моргнув глазом. — На праздниках все девочек своих выгуливают, а я, что, лох какой-то? Жену приведу? Жену, которая разожралась, как самка кита?
***
Услышав такое от мужа, я твердо решила: развод и… буду мстить!
Пути до развода могут быть разными…
Совсем скоро мой муж начнет шагать по одному из них — путь страданий, боли и… позора.
Муж хмурится.
— Ты спишь с ней. Не отрицай. Я слышала, как ты хвастался.
— Если ты все слышала, то зачем глупые вопросы задаешь? — приосанился. — У мужчины в моем положении может быть любовница или, я бы даже сказал, должна.
— Что? — ахаю я. — Должна быть любовница?
— Конечно, — согласился, не моргнув глазом. — На праздниках все девочек своих выгуливают, а я, что, лох какой-то? Жену приведу? Жену, которая разожралась, как самка кита?
***
Услышав такое от мужа, я твердо решила: развод и… буду мстить!
Пути до развода могут быть разными…
Совсем скоро мой муж начнет шагать по одному из них — путь страданий, боли и… позора.
– Максим! Макс!
– Черт!
– С ума сошел?!
Звонкая пощечина оглушает, щеку жжет, Инга отталкивает меня, позволяю ей это, в груди все клокочет.
Так мне и надо.
Захотел то, что нельзя.
Она мое дикое искушение. Женщина, которая сводит с ума, о которой я не перестаю думать последнее время.
Все бы ничего, но она моя… мачеха.
– Черт!
– С ума сошел?!
Звонкая пощечина оглушает, щеку жжет, Инга отталкивает меня, позволяю ей это, в груди все клокочет.
Так мне и надо.
Захотел то, что нельзя.
Она мое дикое искушение. Женщина, которая сводит с ума, о которой я не перестаю думать последнее время.
Все бы ничего, но она моя… мачеха.
— Камилла, — низкий голос мужчины был холоден, но в нём слышалась едва уловимая боль. — Давно не виделись.
Слова застряли в горле. Я мечтала о встрече все эти годы и боялась этого. Мой бывший, от которого сбежала, не сказав о том, что беременна, чтобы спасти себя и малыша.
— Здравствуй, я не знала, что ты руководишь фондом. — мой голос задрожал, но я заставила себя закончить. — Мне нужна помощь.
Мужчина подошёл ближе, и я невольно отступила.
— Говори! — резко бросил он, словно хлестнул наотмашь.
Я здесь лишь ради сына! И никуда не уйду, пока не получу то, за чем пришла! Любой ценой, чего бы мне это ни стоило.
— Саше, моему сыну нужна операция. Я... не могу позволить себе её оплатить! — выдохнула разом.
Глаза Руса сузились, изучая меня с ледяным спокойствием.
— И ты решила прийти ко мне? — холодно бросил он.
Я кивнула, чувствуя, как сердце почти замирает от страха и…желания.
— Я помогу, — его голос стал низким и твёрдым. — Но взамен ты станешь моей любовницей. На месяц!
Слова застряли в горле. Я мечтала о встрече все эти годы и боялась этого. Мой бывший, от которого сбежала, не сказав о том, что беременна, чтобы спасти себя и малыша.
— Здравствуй, я не знала, что ты руководишь фондом. — мой голос задрожал, но я заставила себя закончить. — Мне нужна помощь.
Мужчина подошёл ближе, и я невольно отступила.
— Говори! — резко бросил он, словно хлестнул наотмашь.
Я здесь лишь ради сына! И никуда не уйду, пока не получу то, за чем пришла! Любой ценой, чего бы мне это ни стоило.
— Саше, моему сыну нужна операция. Я... не могу позволить себе её оплатить! — выдохнула разом.
Глаза Руса сузились, изучая меня с ледяным спокойствием.
— И ты решила прийти ко мне? — холодно бросил он.
Я кивнула, чувствуя, как сердце почти замирает от страха и…желания.
— Я помогу, — его голос стал низким и твёрдым. — Но взамен ты станешь моей любовницей. На месяц!
Когда мужчина, которому доверяла, женился на другой, я потеряла веру в любовь, погрузившись в работу. Но всё изменилось, стоило моему строгому и неприступному начальнику показать, что я всё ещё могу быть любимой. Он увидел во мне то, что сама давно потеряла – желание чувствовать. Теперь я стою перед выбором: рискнуть снова поверить в любовь или навсегда закрыться от эмоций, которые он разбудил во мне.
— Ты женился… — прошептала я, словно повторяя эту фразу, чтобы она заглушила боль.
— Ты заслуживаешь настоящей счастливой жизни, Кристина. Я искренне надеюсь, что ты найдешь свою любовь.
— Ты женился… — прошептала я, словно повторяя эту фразу, чтобы она заглушила боль.
— Ты заслуживаешь настоящей счастливой жизни, Кристина. Я искренне надеюсь, что ты найдешь свою любовь.
Дрожащей рукой я приоткрываю дверь, чтобы увидеть страшную картину. Мой муж и его секретарша!
Гнев и ярость затапливают меня с головой.
— Я вам не мешаю?
— Вот уж не думал, что ты любишь наблюдать, — скалится ублюдок.
Любая адекватная женщина не стерпела бы подобного унижения. Вот и я залепила негодяю хлёсткую пощёчину.
— Ты забываешься, овца! — рычит муж, который обещал холить и лелеять меня до конца жизни. — Я тебя практически с панели подобрал, отмыл, обелил, в люди вывел! Да ты мне ноги целовать должна, стерва неблагодарная.
Гнев и ярость затапливают меня с головой.
— Я вам не мешаю?
— Вот уж не думал, что ты любишь наблюдать, — скалится ублюдок.
Любая адекватная женщина не стерпела бы подобного унижения. Вот и я залепила негодяю хлёсткую пощёчину.
— Ты забываешься, овца! — рычит муж, который обещал холить и лелеять меня до конца жизни. — Я тебя практически с панели подобрал, отмыл, обелил, в люди вывел! Да ты мне ноги целовать должна, стерва неблагодарная.
«Ты сегодня приедешь? Мы не видимся уже три дня. Я соскучилась, милый».
На телефон мужа пришло сообщение. Я, конечно же, иду к нему, чтобы потребовать объяснений. Но замираю у двери кабинета, услышав голос дочери:
— Пап, тебе не кажется, что давно пора развестись с мамой? Ты ее не любишь, а она... Встречается с другим достаточно давно.
Я в шоке. О чем она вообще говорит?
— Планирую. Но не сейчас. Время есть.
— А зачем тянуть? Наташа тебя очень любит. Ты будешь счастлив с ней.
Не верю своим ушам. Захожу в кабинет и по очереди смотрю на дочь и мужа, крепко сжимая в руке его телефон.
— Кто такая Наташа, Эдик? У тебя есть другая?
Мы двадцать три года в браке! Он не может так поступить со мной! Но муж не отрицает, лишь устало качает головой и подтверждает:
— Да. Я люблю ее. Нам нужно развестись. Ты съедешь отсюда, мы будем жить здесь. Дочь останется с нами. Да, Оля?
— Конечно, пап. Это даже не обсуждается.
На телефон мужа пришло сообщение. Я, конечно же, иду к нему, чтобы потребовать объяснений. Но замираю у двери кабинета, услышав голос дочери:
— Пап, тебе не кажется, что давно пора развестись с мамой? Ты ее не любишь, а она... Встречается с другим достаточно давно.
Я в шоке. О чем она вообще говорит?
— Планирую. Но не сейчас. Время есть.
— А зачем тянуть? Наташа тебя очень любит. Ты будешь счастлив с ней.
Не верю своим ушам. Захожу в кабинет и по очереди смотрю на дочь и мужа, крепко сжимая в руке его телефон.
— Кто такая Наташа, Эдик? У тебя есть другая?
Мы двадцать три года в браке! Он не может так поступить со мной! Но муж не отрицает, лишь устало качает головой и подтверждает:
— Да. Я люблю ее. Нам нужно развестись. Ты съедешь отсюда, мы будем жить здесь. Дочь останется с нами. Да, Оля?
— Конечно, пап. Это даже не обсуждается.
Они слишком похожи, чтобы притягиваться. У них слишком разное мышление и понимание жизни, чтобы оттолкнуться. Горячие, острые на язык, не щадящие чужих чувств, танцующие на осколках. С первых секунд в них разгорается желание раздразнить, задеть и уничтожить.
Только у судьбы другие планы. Обоюдная ненависть, которой прикрывают нечеловеческую тягу, сталкивает их лбами. Они сгорают в чувствах, что закручивают их в водоворот.
Только Макс не знает, что жизнь Майи ограничена сроком в двенадцать месяцев.
Майя не верит в чудеса, ведь с ней они никогда не случались. Но иногда для чуда достаточно всего нескольких слов.
« - Твою мать, Май, живи! Живи для меня!»
Способна ли чья-то любовь сотворить чудо?
Только у судьбы другие планы. Обоюдная ненависть, которой прикрывают нечеловеческую тягу, сталкивает их лбами. Они сгорают в чувствах, что закручивают их в водоворот.
Только Макс не знает, что жизнь Майи ограничена сроком в двенадцать месяцев.
Майя не верит в чудеса, ведь с ней они никогда не случались. Но иногда для чуда достаточно всего нескольких слов.
« - Твою мать, Май, живи! Живи для меня!»
Способна ли чья-то любовь сотворить чудо?
- Беременна. От твоего Егора… от моего… от нашего.
Я слышу, как внутри меня что-то трескается, ломается.
- Это шутка? - голос предательски слабый.
- Я не шучу. Хочу, чтобы он был рядом. Это его ребёнок. И… он об этом знает. Ему больше не место рядом с тобой, ведь ты не рожаешь ему наследника уже два года!
Уже год прошел с этого разговора.
После этого муж мне клялся в любви и ошибке. Я ему поверила. Ведь он сказал, что было всего один раз и больше не повторится.
Ведь кому еще верить? Кроме своего близкого и родного человека?
Лжец. предав единожды, он предавал меня ежедневно у меня за спиной.
Узнав правду, я ушла, чтобы начать с чистого листа.
Чтобы отомстить предателю, став лучшей версией себя.
Я слышу, как внутри меня что-то трескается, ломается.
- Это шутка? - голос предательски слабый.
- Я не шучу. Хочу, чтобы он был рядом. Это его ребёнок. И… он об этом знает. Ему больше не место рядом с тобой, ведь ты не рожаешь ему наследника уже два года!
Уже год прошел с этого разговора.
После этого муж мне клялся в любви и ошибке. Я ему поверила. Ведь он сказал, что было всего один раз и больше не повторится.
Ведь кому еще верить? Кроме своего близкого и родного человека?
Лжец. предав единожды, он предавал меня ежедневно у меня за спиной.
Узнав правду, я ушла, чтобы начать с чистого листа.
Чтобы отомстить предателю, став лучшей версией себя.
Ненавидеть своего начальника — это почти нормально. Особенно если он Максим Воронцов — безупречный, холодный, язвительный и совершенно невыносимый. А я — Анна Руднева, редактор и писательница, чей роман так и останется скрытым от мира, и каждый день в офисе — это настоящее поле битвы. Но всё меняется, когда мы с ним застреваем вдвоём в загородном доме. Без электричества, без интернета... и без привычной дистанции. Мы разговариваем. Мы спорим. Мы видим друг в друге то, что раньше не замечали. А может быть, то, что боялись признать?
Предупреждение:
Тонкости работы редакторов и издательства в этой книге могут отличаться от реальности. Всё, что вы прочитаете — это вымысел, и важно помнить, что фантазия автора не всегда совпадает с настоящими процессами. Пусть эта история остаётся историей, а не точным руководством!
***
Предупреждение:
Тонкости работы редакторов и издательства в этой книге могут отличаться от реальности. Всё, что вы прочитаете — это вымысел, и важно помнить, что фантазия автора не всегда совпадает с настоящими процессами. Пусть эта история остаётся историей, а не точным руководством!
***
Я жена самого опасного киллера в городе. Смерть каждый день дышит ему в затылок, постоянно испытывая на прочность удачу. Но я устала жить в страхе, поэтому предала мужа, собственными руками сдав полиции.
Тайрон Асманов теперь за решёткой, его дочь растёт без отца в спокойном мире, который я обеспечила для неё. И всё было хорошо до тех пор, пока мне не сказали, что он вышел досрочно!
- Я устала...
- Давай ложиться спать.
- Я не в этом смысле, Тай! Я устала бояться!
Тайрон Асманов теперь за решёткой, его дочь растёт без отца в спокойном мире, который я обеспечила для неё. И всё было хорошо до тех пор, пока мне не сказали, что он вышел досрочно!
- Я устала...
- Давай ложиться спать.
- Я не в этом смысле, Тай! Я устала бояться!
Выберите полку для книги