Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
Лев и Ирина встречаются при нестандартных обстоятельствах. Оба попадают в больницу и находятся в соседних палатах. Между ними вспыхивают чувства, но оба не свободны...
— В следующую субботу у меня свадьба, — сообщил Павел, пока я перебирала помидоры.
Мы прожили вместе двадцать четыре года. Развод он оформил без меня. Наши взрослые дети всё знали. А теперь у бывшего мужа осталась последняя просьба: испечь пироги на его свадьбу с богатой хозяйкой ресторанов.
Бесплатно, конечно.
Как я бесплатно готовила в нашем кафе. Выращивала овощи, делала заготовки, кормила семью и верила, что однажды Павел оценит всё, что я для него сделала.
Вместо пирогов я выставила ему счёт.
Павел рассмеялся. Он уверен: без него я никто — деревенская женщина с огородом, старыми кастрюлями и привычкой экономить на себе.
Теперь мне предстоит научиться брать предоплату, считать стоимость собственных рук и не отдавать свой труд тому, кто привык получать его даром.
До свадьбы Павла остаётся семь дней.
И с каждым днём всё меньше понятно,
Мы прожили вместе двадцать четыре года. Развод он оформил без меня. Наши взрослые дети всё знали. А теперь у бывшего мужа осталась последняя просьба: испечь пироги на его свадьбу с богатой хозяйкой ресторанов.
Бесплатно, конечно.
Как я бесплатно готовила в нашем кафе. Выращивала овощи, делала заготовки, кормила семью и верила, что однажды Павел оценит всё, что я для него сделала.
Вместо пирогов я выставила ему счёт.
Павел рассмеялся. Он уверен: без него я никто — деревенская женщина с огородом, старыми кастрюлями и привычкой экономить на себе.
Теперь мне предстоит научиться брать предоплату, считать стоимость собственных рук и не отдавать свой труд тому, кто привык получать его даром.
До свадьбы Павла остаётся семь дней.
И с каждым днём всё меньше понятно,
Кира всегда разделяла работу и личную жизнь. Главное правило – никаких чувств к начальству. Но после повышения всё меняется. Теперь ей приходится работать ещё ближе с ним – харизматичным, уверенным, слишком раздражающим и слишком притягательным.
Она старается держать дистанцию. Он этого не позволяет. Она убеждает себя, что между ними ничего нет. Он доказывает обратное.
Как долго можно игнорировать очевидное, если сердце уже сделало выбор?
Главы будут выкладываться каждый день!
Предлагаю вам стать свидетелями настоящей химии между двумя сильными и такими непохожими героями! Вы почувствуете, как горят дедлайны и срываются сроки, увидите искры между ними и отчаянные попытки главного героя завоевать ту, которая даже не смотрит в его сторону.
Она старается держать дистанцию. Он этого не позволяет. Она убеждает себя, что между ними ничего нет. Он доказывает обратное.
Как долго можно игнорировать очевидное, если сердце уже сделало выбор?
Главы будут выкладываться каждый день!
Предлагаю вам стать свидетелями настоящей химии между двумя сильными и такими непохожими героями! Вы почувствуете, как горят дедлайны и срываются сроки, увидите искры между ними и отчаянные попытки главного героя завоевать ту, которая даже не смотрит в его сторону.
— Отпусти меня! Я умею плавать.
— Не отпущу, — усмехается Артём, ещё крепче прижимая меня к своему твердому телу. — Ты тонешь, Лина. А я тебя спасаю.
— Самоуверенный придурок.
Он касается щетиной моей щеки, царапая чувствительную кожу. По телу разливается предательский жар.
— Но ты ведь не вырываешься, Лина.
После разорванной помолвки я сбегаю в деревню, надеясь залечить разбитое сердце. Но и тут меня ждут неприятности — наглый сосед, который привык, что ему все подчиняются.
Наши встречи превращаются в поединки, а взаимное раздражение — в опасное притяжение. Как держаться подальше, если каждое столкновение заканчивается желанием оказаться еще ближе?
— Не отпущу, — усмехается Артём, ещё крепче прижимая меня к своему твердому телу. — Ты тонешь, Лина. А я тебя спасаю.
— Самоуверенный придурок.
Он касается щетиной моей щеки, царапая чувствительную кожу. По телу разливается предательский жар.
— Но ты ведь не вырываешься, Лина.
После разорванной помолвки я сбегаю в деревню, надеясь залечить разбитое сердце. Но и тут меня ждут неприятности — наглый сосед, который привык, что ему все подчиняются.
Наши встречи превращаются в поединки, а взаимное раздражение — в опасное притяжение. Как держаться подальше, если каждое столкновение заканчивается желанием оказаться еще ближе?
«Мой бывший считал, что мои бедра — это архитектурная ошибка природы. Поэтому я стояла здесь: с разбитым сердцем, потрепанным томиком «Герцог и его дерзкая мышка» в качестве щита и четким желанием умереть прямо в этом сугробе от стыда за собственную неуклюжесть.
А потом появился он. Человек-катастрофа с идеальным рельефом мышц и губами, явно созданными для греха и командного тона. За ним вечно таскался шлейф из визжащих девиц в облегающих комбинезонах, которые смотрели на него так, будто он раздает бесплатный глинтвейн и вечную жизнь.
Говорят, у него травма колена, поэтому он больше не летает над трамплинами как бог. Глядя, как он орет на меня, размахивая руками, я подумала: судя по выражению лица, главная травма у него всё-таки в голове. И лечить ее, кажется, придется мне».
А потом появился он. Человек-катастрофа с идеальным рельефом мышц и губами, явно созданными для греха и командного тона. За ним вечно таскался шлейф из визжащих девиц в облегающих комбинезонах, которые смотрели на него так, будто он раздает бесплатный глинтвейн и вечную жизнь.
Говорят, у него травма колена, поэтому он больше не летает над трамплинами как бог. Глядя, как он орет на меня, размахивая руками, я подумала: судя по выражению лица, главная травма у него всё-таки в голове. И лечить ее, кажется, придется мне».
Я застала мужа с другой, а он сказал, что я никто. И я почти поверила. Но сосед — военный — показал мне, что значит быть всем. Он не спрашивал разрешения. Он просто взял меня за руку и показал, что значит быть желанной.
Он мой. А я — его. Навсегда.
Он мой. А я — его. Навсегда.
— Лена, квартира моя. Столовая наполовину тоже. Давай без скандала.
— Конечно, Олег. Любовницу в квартиру дочери завезем тихо, мою подпись для банка подделаем аккуратно, а мой бизнес отдадим ей без лишнего шума.
К двадцатой годовщине муж приготовил мне торт, измену и план по захвату моей столовой. Он уверен, что я повозмущаюсь и соглашусь работать на его Ладу за меньшие деньги.
Зря. На моей кухне даже котлеты без проверки не проходят. Что уж говорить о предателях.
Правда, теперь рядом появился суровый технический директор завода. Сначала он потребовал заменить рыбу, потом предложил спасти мой бизнес, а затем спросил:
— Я вас поцелую. Можно?
И вот ему почему-то отказать гораздо сложнее.
— Конечно, Олег. Любовницу в квартиру дочери завезем тихо, мою подпись для банка подделаем аккуратно, а мой бизнес отдадим ей без лишнего шума.
К двадцатой годовщине муж приготовил мне торт, измену и план по захвату моей столовой. Он уверен, что я повозмущаюсь и соглашусь работать на его Ладу за меньшие деньги.
Зря. На моей кухне даже котлеты без проверки не проходят. Что уж говорить о предателях.
Правда, теперь рядом появился суровый технический директор завода. Сначала он потребовал заменить рыбу, потом предложил спасти мой бизнес, а затем спросил:
— Я вас поцелую. Можно?
И вот ему почему-то отказать гораздо сложнее.
После пожара «Белая бухта» оказывается на грани закрытия. Чтобы спасти семейный отель, Леон должен выбрать между помощью крупной компании и свободой острова, а Ева — понять, можно ли строить общее будущее, когда привычный мир буквально рассыпается вокруг них.
Впереди борьба за Лунную бухту, испытание любви и свадьба, которую невозможно отложить до тех времён, когда жизнь наконец станет безопасной.
Впереди борьба за Лунную бухту, испытание любви и свадьба, которую невозможно отложить до тех времён, когда жизнь наконец станет безопасной.
Она думала, что самое страшное в её жизни было стать его врагом. Она ошиблась. Самое страшное — это стать его лекарством от скуки.
Блейк Хоторн — психопат в костюме за тысячу долларов. Наследник империи и идол кампуса, для которого люди делятся на два типа: хищники и корм. Он привык брать, ломать и выбрасывать.
Мэлори Шоу стала добычей, которая посмела на него огрызнуться и теперь на неё открыта охота.
Травля казалась ему забавной игрой, а чужие унижения лёгким развлечением. Но игры имеют свойство выходить из-под контроля. Особенно когда жертва оказывается не такой уж беззащитной, а дикая ненависть перерастает в болезненную одержимость.
История двух хищников, сошедшихся в битве за выживание.
Кто же сломается первым? Принц, который не умеет проигрывать, или волчонок, который не умеет сдаваться?
Блейк Хоторн — психопат в костюме за тысячу долларов. Наследник империи и идол кампуса, для которого люди делятся на два типа: хищники и корм. Он привык брать, ломать и выбрасывать.
Мэлори Шоу стала добычей, которая посмела на него огрызнуться и теперь на неё открыта охота.
Травля казалась ему забавной игрой, а чужие унижения лёгким развлечением. Но игры имеют свойство выходить из-под контроля. Особенно когда жертва оказывается не такой уж беззащитной, а дикая ненависть перерастает в болезненную одержимость.
История двух хищников, сошедшихся в битве за выживание.
Кто же сломается первым? Принц, который не умеет проигрывать, или волчонок, который не умеет сдаваться?
Прошлое невозможно похоронить. Я оставил его на кладбище, выбив последнее в жизни «люблю» на холодном мраморе плиты. Но однажды, на пороге собственного дома, появилась она. Незнакомка. Копия, как две капли воды похожая на мою жену. Живое воплощение моей потери, умоляющая помочь ей. Здравый смысл вопил прогнать её. Но она уже внутри… Забралась в мои мысли, и эта опасная одержимость тенью из прошлого сжигает меня изнутри.
Выберите полку для книги