Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»

Моя жизнь разбилась вдребезги, когда вернувшись домой, застаю своего мужа с моей подругой в постели. И я понимаю, что моей семьи больше нет. Но самое страшное ждало меня впереди, превращая мою любовь в пепел.
***
- За что? - Мой голос звучит чужим, дрожащим, едва узнаваемым.
Артём медленно поворачивает голову и смотрит на меня. И в его глазах нет раскаяния, а только холодное раздражение и злая усмешка на лице, которую я никогда не видела.
- Тебя не учили стучать? - Бросает он ледяным тоном, словно говорит с незваным гостем.
Марина подтягивает простыню к груди, но в её взгляде нет ни капли стыда. Только раздражение оттого, что их прервали, и странное торжество, как будто она наконец-то добилась того, к чему давно стремилась.
Сердце стучит в висках так сильно, что кажется, голова сейчас расколется. Дыхание рвётся в крики, которые застревают в горле. Я хватаюсь за дверной косяк, чтобы не упасть, ноги чуть подкашиваются, и мир качается.

Мой мир рушится в одну секунду, когда я застаю в нашей спальне, на моей кровати мужа и будущую невестку…
Такое двойное предательство я не могу простить. Я обязана ответить за себя и за сына! Я сделаю так, что мерзавцы обо всем пожалеют.

– Что происходит? – переспрашивает он, его голос звучит нарочито медленно, развязно. – Ничего страшного, Светик. Миле просто захотелось посмотреть на настоящего мужчину. И я ей показал. Вот и все.
– Настоящего мужчину? – я повторяю, как эхо, не веря своим ушам. Голос срывается. – Ты называешь это поступком настоящего мужчины?! Предавать сына?! С его девушкой?!
– Твой сын, – он произносит это слово с ядовитым сарказмом, – он тряпка, Света. Жалкий мальчишка. Если бы не я, не мои деньги, мои связи, что бы у него было? Ничего!
Он подходит к Миле и берет ее за подбородок.
– Эта девчонка это понимает. Понимает, кто тут настоящий самец. Кто может дать ей больше.
– Ты ничтожество! – вырывается у меня, голос хрипит. – Вы оба – грязь! Вы пожалеете!

– Вы приняты, – Тимур Артурович возвышался надо мной, словно гранитная скала, и не удостоил меня даже взглядом. Он как бы между прочим уточнил: – На должность няни.
– Н-но… я совсем не умею ладить с детьми. – Мой голос вибрировал от страха.
– У меня нет времени на обсуждения, Нестерова. Ассистент проектировщика — это не ваш уровень. А вот няня мне нужнее. Вы будете жить в моем доме и ухаживать за моей дочерью Кариной.
Он наконец повернулся, и его ледяной взгляд пробуравил меня насквозь.
– Это предложение не обсуждается. Приступайте к работе немедленно. Мой водитель вас отвезет.
Я сглотнула ком в горле и пропищала что-то вроде «хорошо», чувствуя себя загнанной мышкой перед огромным бесчувственным котом.
Он кивнул, даже не попрощавшись, и отвернулся к окну.
За дверью я позволила себе выдохнуть, но облегчения не почувствовала. Ну, вот, а ты боялась, что тебе жить негде, Настя! Теперь живи в доме этого жуткого, властного человека.
Впредь будь осторожна в своих желаниях.

— Дяденька сультан, — слышу под столом детский голосок, — не говолите папе, что я здесь плячусь. Он меня у мамы забелёт и в детский дом отдаст…
Я от неожиданности чуть на стуле не подпрыгиваю!
— Мать моя Таркана родила, ты кто? — спрашиваю у девчушки в белом платьице, которая прячется в моём кабинете.
— Я-то, — произносит она, — султанка в колготах я, а вы и есть тот злюка восточный, котолый хочет тут всех лазогнать?
— Я не злюка, — говорю, — разгоню только тех, кто плохо работает! Вылезай давай из-под моего стола!
— Неть, — султанка в колготах мотает головой, — здеся тихо, тепло… буду вам песни восточные петь, Талакана там всякого… ой, Талкана!
Смотрит на меня большими яркими глазами, манит пальчиком.
— А, если вы нас с мамой от злого папы спасёте, я вам такой секлетик ласскажу, вы со стулом упадёте!

Я наполовину осетинка. Мои родители расстались, когда мне было около шести. Сложившиеся обстоятельства вынуждают меня покинуть родной город и уехать на поиски отца во Владикавказ. Что меня там ждет?

Его рука ложится на моё запястье. Обжигает... Клеймит.
Мы оба - уже не здесь. Нас обоих швырнуло в наше прошлое. Болючее и неправильное.
- Пошли! - цедит он, едва разжимая зубы, не замечая, что на нас смотрят.
Ему сейчас ни до кого.
Но судя по реакции Бахтияра, он не знал, что я жива.
Он не ждет, что я отвечу.
Просто вытаскивает сначала из-за стола, за которым идёт застолье, а потом - и из дома.
Я чувствую, что кипит. Бахтияр всегда был взрывным.
Он тащит меня в сгущающихся сумерках. Дальше и дальше от дома.
Приводит в увитую виноградом беседку. Резко разворачивает к себе, обхватывает моё лицо ладонями.
- Ты жива... - шепчет, как будто не верит.
Вроде бы спокойно, как-то потерянно.
Но следом происходит взрыв:
- И как тебе было потешаться надо мной, прикидываясь мертвой, лживая дрянь?!

- Привет, красотка, - шепчу первое, что в голову приходит. Идиот.
Ксюха смотрит на меня с прищуром, выгибает бровь. Не доверяет.
- Чего надо, Зарецкий? – взгляд холодный, надменный. Пипец.
Обычно, когда я просил помочь, она смотрела иначе. А сейчас колючая, как еж.
- На свидание пойдешь со мной? – беру быка за рога, не давая ей очухаться.
- Тебя че, головой ударили? – усмехается.
- Я с серьезными намерениями, - играю бровями, а сам почему-то сжимаюсь внутри. Блин, да что такое?
- Я знаю, что вы постоянно на что-то спорите, - продолжает шептать в ухо. Держусь из последних сил. Разве можно так сексуально шептать, Серова?
- Все домашки и курсовые у тебя на руках, - дышит мне в ухо. – Значит, дело в споре. Что на этот раз, Макс?
Поворачиваюсь к ней так, что наши глаза и губы становятся так близко, так опасно, что…

Лена собралась к подруге на день рождения. Но перед этим ей надо заглянуть ко врачу — прямо в вечернем платье, при полном параде. Ведь она давно мучается от бессонницы, а другого времени у врача просто не было. Встреча врача и пациентки сразу не задалась. Но кто мог подумать, что уже спустя пару часов на дне рождения у подруги Лена испытает самое большое предательство в её жизни, и именно он, этот врач, окажется рядом, чтобы помочь ей пережить горечь и боль. Он буквально научит Лену заново дышать!
Эмоциональная череда событий — отчасти случайных, отчасти произошедших в результате поступков героев… И летний дождь. Много летнего дождя, который сплетает две жизни.

— Артём Аристархович, вы с ума сошли? Я не буду жить с вами в одном номере!

— Будете, — невозмутимо парировал босс. 

— Нет, не буду!

Карие глаза вспыхнули опасным огнём. Шагнув навстречу, Громов навис надо мной и многообещающе протянул:

— Тогда, Ангелина Михайловна, я вас накажу. 

Я никогда не верила в привороты и прочую чушь. Но потом случайно отнесла боссу кофе с зельем, которое туда добавила моя по уши влюблённая в него подруга, и тот… неожиданно воспылал ко мне чувствами, хотя раньше мы едва друг друга выносили! Он потащил меня в деловую поездку, и теперь надо как-то её пережить...

– Да, ты не единственная женщина в моей жизни, Поль, – сообщает муж спокойно.
– И как давно? – выдыхаю через боль.
Он смотрит равнодушно.
– Давно.
Сердце трескается на колючие осколки, которые впиваются в меня изнутри.
– Я не стану делить тебя с другой…
– Почему нет?
Я не ответила на вопрос. Подала на развод и уехала.
Но спустя пять лет судьба сталкивает нас вновь.
На городской ярмарке сынок убегает, вырвавшись из рук, и врезается в мужские ноги.
Мой бывший смотрит на свою маленькую копию, и я обмираю, видя, насколько они похожи. Мужчина присаживается на корточки.
– Привет, это что у тебя? – трогает выбившийся из-под рубашки крестик сына.
А ведь это его крестик. Когда-то мне отдала его моя бывшая свекровь.
Никто ему не отвечает.
Рядом с моим бывшим ребенок – ровесник моего сына. И женщина, его новая жена, которую я прекрасно знаю…