Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «slozhnye-otnosheniya»
Измена мужа, как гром среди ясного неба. Вся жизнь, все планы покатились под откос. Но самое страшное, что он не собирается давать мне развод и грозит, что если это сделаю я, то очень пожалею. Но разве меня можно остановить угрозами?
– Развода не будет! – гремит муж на всю комнату.
– Это почему? – мгновенно завожусь я.
– Я не собираюсь отдавать тебе то, что заработал за все это время потом и кровью.
Потом и кровью? Мысленно закатываю глаза. Если только своих сотрудников.
– Значит, то, что я обслуживала, поддерживала и вдохновляла тебя семь лет, не в счет?
– Пф-ф
– Посчитай, во сколько тебе обошлись бы уборщица, повар, психолог и любовница!
Кривит губы:
– Психолог? Не много ли на себя берешь! Работа уборщицы стоит копейки, повар из тебя никудышный, такая же и любовница.
Вскипаю: это запрещенный прием, но я не собираюсь уподобляться ему и указывать на его недостатки.
– Можешь проваливать хоть на все четыре стороны, но если сама подашь на развод, сильно пожалеешь
– Развода не будет! – гремит муж на всю комнату.
– Это почему? – мгновенно завожусь я.
– Я не собираюсь отдавать тебе то, что заработал за все это время потом и кровью.
Потом и кровью? Мысленно закатываю глаза. Если только своих сотрудников.
– Значит, то, что я обслуживала, поддерживала и вдохновляла тебя семь лет, не в счет?
– Пф-ф
– Посчитай, во сколько тебе обошлись бы уборщица, повар, психолог и любовница!
Кривит губы:
– Психолог? Не много ли на себя берешь! Работа уборщицы стоит копейки, повар из тебя никудышный, такая же и любовница.
Вскипаю: это запрещенный прием, но я не собираюсь уподобляться ему и указывать на его недостатки.
– Можешь проваливать хоть на все четыре стороны, но если сама подашь на развод, сильно пожалеешь
ЭКСКЛЮЗИВНО НА ЛИТМАРКЕТЕ!
— Не трогай. Я сам! — рычит муж, застёгивая рубашку.
— А галстук? — его ассистентка Алина жадно смотрит ему в глаза, отирая помаду с припухших губ.
— Надеюсь, он хорошо платит вам за такую заботу, — выхожу из-за угла, обхватив руками живот.
Алина ойкает, прикрыв ладошкой бесстыжий рот.
Муж вздрагивает, ловит мой взгляд и мрачнеет.
— Софья, что ты тут…
— Тебя искала, — мой голос дрожит. — Но о тебе тут есть кому позаботиться!
— Иди, — хмуро кивает Артур ассистентке.
Рыжеволосая бестия, поравнявшись со мной, усмехается.
— Софья, взгляни на меня, — Артур поймал мой взгляд и качнул головой. — Давай без истерик.
— Без истерик?..
— Именно. Побереги себя и ребёнка. Тут никакой трагедии нет.
— Не трогай. Я сам! — рычит муж, застёгивая рубашку.
— А галстук? — его ассистентка Алина жадно смотрит ему в глаза, отирая помаду с припухших губ.
— Надеюсь, он хорошо платит вам за такую заботу, — выхожу из-за угла, обхватив руками живот.
Алина ойкает, прикрыв ладошкой бесстыжий рот.
Муж вздрагивает, ловит мой взгляд и мрачнеет.
— Софья, что ты тут…
— Тебя искала, — мой голос дрожит. — Но о тебе тут есть кому позаботиться!
— Иди, — хмуро кивает Артур ассистентке.
Рыжеволосая бестия, поравнявшись со мной, усмехается.
— Софья, взгляни на меня, — Артур поймал мой взгляд и качнул головой. — Давай без истерик.
— Без истерик?..
— Именно. Побереги себя и ребёнка. Тут никакой трагедии нет.
Максим Всеволодович Королёв - глава крупнейшего холдинга сжимает в руке полоску теста на беременность. Моего теста.
Он в расстегнутой рубахе. Ремень тоже расстегнут. Брови нахмурены.
Он же в душ собирался...
- Это твой? - задаёт он следующий вопрос.
Ответ мы знаем оба. Вряд ли я ношу в своей сумке чужие положительные тесты на беременность.
И я теряюсь. Просто утвердительно киваю головой. Не могу ему врать...
- Арина... - и столько в его голосе различных оттенков.
Он не рад... Отмечаю сразу. Хотя чего я ждала?
- Мы так не договаривались, - лютый холод льётся на меня из любимых глаз.
- Я знаю, Макс. Но... Я же предохранялась, - ненавижу оправдываться. Но именно это и делаю.
- Мне когда собиралась сказать? - холод из его взгляда никуда не исчезает.
Молчу. Не знаю, что ему отвечать. Не собиралась я ему говорить.
- Не собиралась, - подытоживает.
И после Макс разворачивается и уходит.
А на кухню заходят псы из его охраны.
До меня доносится голос Макса.
- Сделаешь аборт.
Он в расстегнутой рубахе. Ремень тоже расстегнут. Брови нахмурены.
Он же в душ собирался...
- Это твой? - задаёт он следующий вопрос.
Ответ мы знаем оба. Вряд ли я ношу в своей сумке чужие положительные тесты на беременность.
И я теряюсь. Просто утвердительно киваю головой. Не могу ему врать...
- Арина... - и столько в его голосе различных оттенков.
Он не рад... Отмечаю сразу. Хотя чего я ждала?
- Мы так не договаривались, - лютый холод льётся на меня из любимых глаз.
- Я знаю, Макс. Но... Я же предохранялась, - ненавижу оправдываться. Но именно это и делаю.
- Мне когда собиралась сказать? - холод из его взгляда никуда не исчезает.
Молчу. Не знаю, что ему отвечать. Не собиралась я ему говорить.
- Не собиралась, - подытоживает.
И после Макс разворачивается и уходит.
А на кухню заходят псы из его охраны.
До меня доносится голос Макса.
- Сделаешь аборт.
— Алешка, подожди! — крикнула она, но голос внезапно охрип и крик вышел слабым, с надрывом. Он не оборачивался и продолжал быстро сбегать по ступенькам. Алиса, накинув шубу и сунув ноги в сапоги, побежала за ним.
Она нагнала его уже во дворе. Дернула за куртку.
— Да подожди же ты. Давай поговорим! Выслушай меня!
Алексей остановился, резко развернулся, печально посмотрел на нее.
— Ты все не так понял!
— А что тут понимать? У меня глаза есть, я все видел.
— Да он просто переночевал у меня... Боялся пьяным домой идти!
— Просто переночевал... случайно не с тобой ли в одной постели?
Он тяжело дышал, неотрывно смотрел на нее, и в его взгляде плескалась злость, смешанная с дикой болью. И еще неверие. Она поняла, что бесполезно оправдываться, выкручиваться — он не поверит ни единому ее слову...
Она нагнала его уже во дворе. Дернула за куртку.
— Да подожди же ты. Давай поговорим! Выслушай меня!
Алексей остановился, резко развернулся, печально посмотрел на нее.
— Ты все не так понял!
— А что тут понимать? У меня глаза есть, я все видел.
— Да он просто переночевал у меня... Боялся пьяным домой идти!
— Просто переночевал... случайно не с тобой ли в одной постели?
Он тяжело дышал, неотрывно смотрел на нее, и в его взгляде плескалась злость, смешанная с дикой болью. И еще неверие. Она поняла, что бесполезно оправдываться, выкручиваться — он не поверит ни единому ее слову...
ЭКСКЛЮЗИВНО НА ЛИТМАРКЕТЕ!
— Я честно признался! — рявкнул муж. — Не стал тебе лгать! Честно сказал, что у меня чувства к другой. И что в ответ? Издёвки.
Обмираю.
— Так, я ещё и неправильно реагирую?..
— Не в реакции дело, — цедит он. — А в том, как быть дальше!
— А дальше быть очень легко, — прохрипела я. — Дальше мы разведёмся. Ты будешь жить со своей новой любовью, а мы с Никитой вам не будем мешать.
— Что ты несёшь, Алина? Моя семья — это вы! Думаешь, я перечеркну свою прошлую жизнь и запросто начну всё сначала?
Я уставилась на него в изумлении:
— А ты… как хотел? Может, думал, мы теперь вчетвером заживём?!
Почти десять лет семейной жизни разбились о жестокий факт — мой муж любит другую.
Но рвать с прошлой жизнью он не спешит — хочет сохранить отношения с сыном.
А вот я хочу порвать с изменщиком раз и навсегда!
— Я честно признался! — рявкнул муж. — Не стал тебе лгать! Честно сказал, что у меня чувства к другой. И что в ответ? Издёвки.
Обмираю.
— Так, я ещё и неправильно реагирую?..
— Не в реакции дело, — цедит он. — А в том, как быть дальше!
— А дальше быть очень легко, — прохрипела я. — Дальше мы разведёмся. Ты будешь жить со своей новой любовью, а мы с Никитой вам не будем мешать.
— Что ты несёшь, Алина? Моя семья — это вы! Думаешь, я перечеркну свою прошлую жизнь и запросто начну всё сначала?
Я уставилась на него в изумлении:
— А ты… как хотел? Может, думал, мы теперь вчетвером заживём?!
Почти десять лет семейной жизни разбились о жестокий факт — мой муж любит другую.
Но рвать с прошлой жизнью он не спешит — хочет сохранить отношения с сыном.
А вот я хочу порвать с изменщиком раз и навсегда!
– Тебя как зовут, куколка? – Ярс повернул мою голову к себе силой.
– Алина, – прошептала я еле слышно.
А он даже внимания не обратил на ответ. Смотрел только на мои искусанные губы.
– Вот спасибо, братаны. Царский подгон, отвечаю!
------
Меня ему просто подарили. На день рождения. Он думал, что я продаюсь. Но я не такая. А у него свои принципы.
Мне не нужен бандит, а ему не нужна мать-одиночка с прицепом. Только какие у нас обоих варианты? Сама жизнь толкает нас друг к другу.
– Алина, – прошептала я еле слышно.
А он даже внимания не обратил на ответ. Смотрел только на мои искусанные губы.
– Вот спасибо, братаны. Царский подгон, отвечаю!
------
Меня ему просто подарили. На день рождения. Он думал, что я продаюсь. Но я не такая. А у него свои принципы.
Мне не нужен бандит, а ему не нужна мать-одиночка с прицепом. Только какие у нас обоих варианты? Сама жизнь толкает нас друг к другу.
Голос... Такой знакомый, но почти забытый. Он бьёт по нервным окончаниям, отбрасывает в прошлое.
"Мы всё сделали, Бачука..." - страшные слова, навсегда перевернувшие мой мир.
Я усилием воли выныриваю из воспоминаний. Не надо... Мне туда нельзя.
- Мам, йето буду, - раздается еще один голос.
Моего сына, который тычет пальчиком в понравившееся пирожное.
Нельзя оборачиваться... Но...
- Аня?! - моё имя в исполнении стоящего за моей спиной мужчины взрывает что-то во мне. Что-то дикое и первобытное.
То, что позволяет развернуться и, глядя ему в глаза, твердо ответить:
- Вы обознались.
"Мы всё сделали, Бачука..." - страшные слова, навсегда перевернувшие мой мир.
Я усилием воли выныриваю из воспоминаний. Не надо... Мне туда нельзя.
- Мам, йето буду, - раздается еще один голос.
Моего сына, который тычет пальчиком в понравившееся пирожное.
Нельзя оборачиваться... Но...
- Аня?! - моё имя в исполнении стоящего за моей спиной мужчины взрывает что-то во мне. Что-то дикое и первобытное.
То, что позволяет развернуться и, глядя ему в глаза, твердо ответить:
- Вы обознались.
─ Я был с другой женщиной, ─ голос мужа звучит так, будто это не самое страшное, что он собирается сказать. ─ И она ждет от меня ребенка.
А вот и самое страшное...
─ И почему ты решил признаться мне в этом? ─ безжизненно отзываюсь я, чувствуя, как умираю внутри.
─ Чтобы сохранить наш брак, Ксения. Пока это еще возможно…
***
У нас была чудесная семья, сын и дочь подростки. А через месяц нас ждала пятнадцатая годовщина свадьбы, которую мы теперь можем отметить только разводом.
Но самым болезненным ударом для меня оказывается вовсе не новость о беременной любовнице и не предстоящий развод... А то, что ожидает меня после...
А вот и самое страшное...
─ И почему ты решил признаться мне в этом? ─ безжизненно отзываюсь я, чувствуя, как умираю внутри.
─ Чтобы сохранить наш брак, Ксения. Пока это еще возможно…
***
У нас была чудесная семья, сын и дочь подростки. А через месяц нас ждала пятнадцатая годовщина свадьбы, которую мы теперь можем отметить только разводом.
Но самым болезненным ударом для меня оказывается вовсе не новость о беременной любовнице и не предстоящий развод... А то, что ожидает меня после...
— Сюрприз! — натянув на лице невинную улыбку, восклицаю я. На самом деле хочется плакать, ведь подойдя ближе, я могу детально рассмотреть накрытый стол. И там лежат морепродукты, которые я терпеть не могу, а на креветки и вовсе у меня страшнейшая аллергия, что свидетельствует об одном — сегодня мой муж ждал не меня.
— Аленушка, любимая, — перестав что-то усердно печатать в телефоне, он кладет его в сторону. Прячет испуг и недоумение в глазах, затем цепляет на лицо фальшивую улыбку. Тянет руки ко мне.
— А ты, наверное, другого кого-то ждал? — наигранно усмехаюсь я, пытаюсь перевести идиотскую ситуацию в шутку.
— Только тебя и ждал, — в голосе звучит сомнительный восторг, или мне кажется?
И вроде бы хочется не рубить с плеча, не рушить семью и забыть про это недоразумение. Я даже ощущаю облегчение и пытаюсь не думать о сообщении, в котором некий аноним утверждал, что мой муж мне изменяет. Почти получилось. До тех пор, пока не нахожу за прикроватной тумбой чужие стринги.
— Аленушка, любимая, — перестав что-то усердно печатать в телефоне, он кладет его в сторону. Прячет испуг и недоумение в глазах, затем цепляет на лицо фальшивую улыбку. Тянет руки ко мне.
— А ты, наверное, другого кого-то ждал? — наигранно усмехаюсь я, пытаюсь перевести идиотскую ситуацию в шутку.
— Только тебя и ждал, — в голосе звучит сомнительный восторг, или мне кажется?
И вроде бы хочется не рубить с плеча, не рушить семью и забыть про это недоразумение. Я даже ощущаю облегчение и пытаюсь не думать о сообщении, в котором некий аноним утверждал, что мой муж мне изменяет. Почти получилось. До тех пор, пока не нахожу за прикроватной тумбой чужие стринги.
Внимание! Героиня не нежная фиалка, она ведет себя неправильно, болюче, вопиюще.
У меня в жизни есть цель. Стать олимпийской чемпионкой по волейболу и я не вижу препятствий. Если надо, то я пойду не только по головам, но и по любимому, друзьям, по самой себе проедусь бульдозером. Потому что ради того, чтобы стать чемпионкой я готова на все. Любой ценой...
У меня в жизни есть цель. Стать олимпийской чемпионкой по волейболу и я не вижу препятствий. Если надо, то я пойду не только по головам, но и по любимому, друзьям, по самой себе проедусь бульдозером. Потому что ради того, чтобы стать чемпионкой я готова на все. Любой ценой...
Подборка романов о сложных отношениях
Выберите полку для книги