Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «luchshee»
Я делаю шаг к гостиной, где стоит мой рояль, мой старый верный друг, доставшийся мне от мамы, — и мир останавливается.
За роялем Кристина, моя ученица. Она сидит совершенно голая, а рядом стоит мой муж с камерой в руках.
Я успеваю закрыть сыну глаза ладонью прежде, чем он понимает, что происходит, и прошу его уйти в детскую.
— Света, — говорит вдруг мой муж, и в голосе нет ни капли раскаяния, ни тени стыда. — Давай без скандалов? Если ты настолько глупа, чтобы не понять, что это искусство, мне тебя очень жаль.
У меня хватает сил, чтобы сглотнуть ком в горле и спросить:
- Ты спал с ней?
Ответ мне уже очевиден, но я хочу услышать это от супруга.
— Естественно! – заявляет он, не чувствуя ни грамма вины. – Она даёт мне то, что ты никогда не могла дать. Я надеюсь, ты не станешь мешать нашему с ней счастью? Её отец обещал помочь с выставкой, и это мой шанс. Ты же понимаешь.
— Конечно, понимаю.
За роялем Кристина, моя ученица. Она сидит совершенно голая, а рядом стоит мой муж с камерой в руках.
Я успеваю закрыть сыну глаза ладонью прежде, чем он понимает, что происходит, и прошу его уйти в детскую.
— Света, — говорит вдруг мой муж, и в голосе нет ни капли раскаяния, ни тени стыда. — Давай без скандалов? Если ты настолько глупа, чтобы не понять, что это искусство, мне тебя очень жаль.
У меня хватает сил, чтобы сглотнуть ком в горле и спросить:
- Ты спал с ней?
Ответ мне уже очевиден, но я хочу услышать это от супруга.
— Естественно! – заявляет он, не чувствуя ни грамма вины. – Она даёт мне то, что ты никогда не могла дать. Я надеюсь, ты не станешь мешать нашему с ней счастью? Её отец обещал помочь с выставкой, и это мой шанс. Ты же понимаешь.
— Конечно, понимаю.
— Доброе утро, милая.
— О господи! Опять ты? — Я досадливо сдвинула брови, глядя в ярко-голубые смеющиеся глаза прямо напротив моего лица. — Как же ты меня заколебал!
— Я тебя заколебал? — Он мягко, бархатисто засмеялся. — Это я тебе звоню после каждого неудачного свидания и после каждой удачной попойки?
Я запуталась. Мы расстались три месяца назад из-за его измены. Но почему-то я снова и снова просыпаюсь рядом с ним. Смогу ли я когда-нибудь поставить точку и начать наконец новую жизнь... без него?
— О господи! Опять ты? — Я досадливо сдвинула брови, глядя в ярко-голубые смеющиеся глаза прямо напротив моего лица. — Как же ты меня заколебал!
— Я тебя заколебал? — Он мягко, бархатисто засмеялся. — Это я тебе звоню после каждого неудачного свидания и после каждой удачной попойки?
Я запуталась. Мы расстались три месяца назад из-за его измены. Но почему-то я снова и снова просыпаюсь рядом с ним. Смогу ли я когда-нибудь поставить точку и начать наконец новую жизнь... без него?
- У меня дрессированная жена.
Мой муж произносит это почти лениво, пока тащит меня за руку к двери.
Любовница чуть склоняет голову, наблюдая за мной с откровенным любопытством, будто я не человек, а смешная домашняя зверушка.
- И она правда утром вернётся?
- Вернётся. Обед приготовит.
Я поднимаю на него глаза.
- Антон… не надо. Мне некуда идти.
Но его лицо остаётся спокойным. Раздражённым. Чужим.
Пощёчина.
Хлёсткая. Унизительная. Такая, после которой не столько больно, сколько стыдно за то, что это происходит с тобой.
Дверь закрывается перед моим лицом.
Я остаюсь в подъезде с горящей щекой и одной мыслью: куда теперь?
Через час я буду сидеть на остановке под дождём.
И не узнаю при первом взгляде мужчину, который остановится рядом.
Глеб Соколов.
Бывший школьный хулиган. Взрослый, сильный, опасно спокойный.
- Синицына, ты почему плачешь?
Я тогда ещё не знаю, что эта ночь станет последней, когда меня можно было унизить.
Потому что утром я уже буду не одна.
Мой муж произносит это почти лениво, пока тащит меня за руку к двери.
Любовница чуть склоняет голову, наблюдая за мной с откровенным любопытством, будто я не человек, а смешная домашняя зверушка.
- И она правда утром вернётся?
- Вернётся. Обед приготовит.
Я поднимаю на него глаза.
- Антон… не надо. Мне некуда идти.
Но его лицо остаётся спокойным. Раздражённым. Чужим.
Пощёчина.
Хлёсткая. Унизительная. Такая, после которой не столько больно, сколько стыдно за то, что это происходит с тобой.
Дверь закрывается перед моим лицом.
Я остаюсь в подъезде с горящей щекой и одной мыслью: куда теперь?
Через час я буду сидеть на остановке под дождём.
И не узнаю при первом взгляде мужчину, который остановится рядом.
Глеб Соколов.
Бывший школьный хулиган. Взрослый, сильный, опасно спокойный.
- Синицына, ты почему плачешь?
Я тогда ещё не знаю, что эта ночь станет последней, когда меня можно было унизить.
Потому что утром я уже буду не одна.
Я вижу, как мой муж жадно целует главную красотку нашего офиса. Они стоят в тени дерева на выездном корпоративе, и его руки блуждают по изгибам ее стройной фигуры. А у меня внутри образуется пламя, выжигающее дыру. Сжимаю кулаки и иду к ним.
— Сволочь! — кричу мужу.
— Даша? — теряется Захар, отстраняясь от объекта своей страсти. — Поговорим дома.
— Не о чем больше говорить. — Беру со стола чей-то недопитый бокал и выплескиваю содержимое мужу в лицо. — С разводом тебя, Захар Петрович! Сам только что его подписал.
После измены мужа я подала на развод. Захар думает я уволюсь из офиса, чтобы не пересекаться? Ну уж нет. Я буду строить свое счастье у него на глазах. Стану сильнее, ярче, успешнее. К тому же, наш босс пригласил меня в важный проект. Так что бывшему мужу самое время кусать локти.
— Сволочь! — кричу мужу.
— Даша? — теряется Захар, отстраняясь от объекта своей страсти. — Поговорим дома.
— Не о чем больше говорить. — Беру со стола чей-то недопитый бокал и выплескиваю содержимое мужу в лицо. — С разводом тебя, Захар Петрович! Сам только что его подписал.
После измены мужа я подала на развод. Захар думает я уволюсь из офиса, чтобы не пересекаться? Ну уж нет. Я буду строить свое счастье у него на глазах. Стану сильнее, ярче, успешнее. К тому же, наш босс пригласил меня в важный проект. Так что бывшему мужу самое время кусать локти.
— Она будет жить с нами.
— Что ты сказал?
— Надеюсь, мы с тобой сможем поладить. Ведь нам придется делить этот дом, — заявляет деваха. — Мы с Сашей хотели бы детишек. А ты уже опытная в этом вопросе. Сможешь меня подготовить?
— Попробуй только вякнуть. Тогда у тебя будут большие проблемы.
— Ты мне угрожаешь?
— Можешь называть это как хочешь. Но Вика будет жить в моем доме. Нравится тебе это или нет.
***
Муж пришел с ультиматумом: любовница будет жить с нами, и я должна принять новые правила.
На мой отказ он пообещал уничтожить меня. Что ж, он недооценивает ту, с кем прожил столько лет. Я не позволю ему оставить меня ни с чем. Если он хочет войны, он ее получит.
Предатель еще не догадывается, какие тайны я узнаю на пути к справедливости.
— Что ты сказал?
— Надеюсь, мы с тобой сможем поладить. Ведь нам придется делить этот дом, — заявляет деваха. — Мы с Сашей хотели бы детишек. А ты уже опытная в этом вопросе. Сможешь меня подготовить?
— Попробуй только вякнуть. Тогда у тебя будут большие проблемы.
— Ты мне угрожаешь?
— Можешь называть это как хочешь. Но Вика будет жить в моем доме. Нравится тебе это или нет.
***
Муж пришел с ультиматумом: любовница будет жить с нами, и я должна принять новые правила.
На мой отказ он пообещал уничтожить меня. Что ж, он недооценивает ту, с кем прожил столько лет. Я не позволю ему оставить меня ни с чем. Если он хочет войны, он ее получит.
Предатель еще не догадывается, какие тайны я узнаю на пути к справедливости.
❤️РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН! СКИДКА ПРЯМО СЕЙЧАС!❤️
.
Дверь приоткрыта. На месте, где должна была быть колыбелька сына, Игорь и Светлана.
Мой муж и мой эмбриолог.
— Арина, послушай, — начинает муж, застегивая ширинку,. – Давно надо было тебе сказать…
— А знаешь что, Ариночка, — наглая любовница нарочно коверкает моё имя сладким голоском, — хочешь правду? Этот ребёнок, которого ты так носишь, с которым ты тут обои выбираешь — не от Игоря.
— Что ты несёшь?
— Материал подменили, — она улыбается, и от этой улыбки у меня темнеет в глазах. — В тот же день, в клинике. Чей подсадили — уже не моё дело, я своё дело сделала. Но точно не его.
Тишина обрушивается на меня, как потолок. А потом словно кол в сердце слова мужа:
— Получается, ты сама виновата, что не уследила. А может и вовсе, в чужую койку прыгала?
.
Дверь приоткрыта. На месте, где должна была быть колыбелька сына, Игорь и Светлана.
Мой муж и мой эмбриолог.
— Арина, послушай, — начинает муж, застегивая ширинку,. – Давно надо было тебе сказать…
— А знаешь что, Ариночка, — наглая любовница нарочно коверкает моё имя сладким голоском, — хочешь правду? Этот ребёнок, которого ты так носишь, с которым ты тут обои выбираешь — не от Игоря.
— Что ты несёшь?
— Материал подменили, — она улыбается, и от этой улыбки у меня темнеет в глазах. — В тот же день, в клинике. Чей подсадили — уже не моё дело, я своё дело сделала. Но точно не его.
Тишина обрушивается на меня, как потолок. А потом словно кол в сердце слова мужа:
— Получается, ты сама виновата, что не уследила. А может и вовсе, в чужую койку прыгала?
❤️РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН! СКИДКА ПРЯМО СЕЙЧАС!❤️
— Маргарита Долгова? Это вы?! Зайдите. Разговор есть. Важный.
Дверь захлопывается за спиной — и мир взрывается.
Женщина хватает меня за грудки.
— Ах вот ты какая, красотка. Не надоело ещё по чужим мужикам скакать?
— Что вы творите?! Отпустите меня!
— Не придуряйся, краля! — она встряхивает меня так, что голова мотается из стороны в сторону. — Давно в койку к моему Андрею запрыгнула? Ходишь довольная, брюхо отрастила!
— Вы ошиблись! — кричу я, и крик рвёт горло. — Я замужем десять лет!
— От мужа, значит брюхо?! — выкрикивает она сквозь этот жуткий смех — Да я тебе, дрянь, материал подменила! Три месяца назад! Специально! Ты не от мужа своего беременна — ты от чужого мужика носишь ребенка, Маргарита Павловна!
— Я... я не Павловна... я Владимировна...
— Как Владимировна?! — голос её срывается на хрип, глаза расширяются от ужаса. — Как... этого... этого не может быть...
— Маргарита Долгова? Это вы?! Зайдите. Разговор есть. Важный.
Дверь захлопывается за спиной — и мир взрывается.
Женщина хватает меня за грудки.
— Ах вот ты какая, красотка. Не надоело ещё по чужим мужикам скакать?
— Что вы творите?! Отпустите меня!
— Не придуряйся, краля! — она встряхивает меня так, что голова мотается из стороны в сторону. — Давно в койку к моему Андрею запрыгнула? Ходишь довольная, брюхо отрастила!
— Вы ошиблись! — кричу я, и крик рвёт горло. — Я замужем десять лет!
— От мужа, значит брюхо?! — выкрикивает она сквозь этот жуткий смех — Да я тебе, дрянь, материал подменила! Три месяца назад! Специально! Ты не от мужа своего беременна — ты от чужого мужика носишь ребенка, Маргарита Павловна!
— Я... я не Павловна... я Владимировна...
— Как Владимировна?! — голос её срывается на хрип, глаза расширяются от ужаса. — Как... этого... этого не может быть...
…В моей голове мгновенно созрел план по соблазнению этой сладкой булочки. Пусть только переступит порог моего дома и она уже никуда от меня не денется…
Я завёл машину и усмехнулся.
Дааааа, Глафира Матвеевна, ты даже не подозреваешь , на что ты только что подписалась. Скоро ты будешь моей…во всех смыслах этого слова...
Я завёл машину и усмехнулся.
Дааааа, Глафира Матвеевна, ты даже не подозреваешь , на что ты только что подписалась. Скоро ты будешь моей…во всех смыслах этого слова...
Он — нейрохирург, который не верит в любовь. Она — директор по маркетингу, которая не верит в совпадения. Пять лет назад они расстались, разбив сердца друг другу и себе.
Но у Вселенной свои планы.
Горячие сцены, ревность, страсть и бывшие, которые умеют ненавидеть так же сильно, как любить.
Но у Вселенной свои планы.
Горячие сцены, ревность, страсть и бывшие, которые умеют ненавидеть так же сильно, как любить.
В ПРОЦЕССЕ БЕСПЛАТНО
— Простите, — тихо переспросила я. — Что я должна сделать?
— Сыграть мою невесту, — без тени иронии повторил он.
— Очень смешно. До свидания!
— Если моя бывшая узнает, что я не досмотрел за сыном — сожрёт меня вместе со своим адвокатом! Лёню передадут ей. А она не мать… Кукушка!
— Нет! И даже речи быть не может… Уходите!
Но Алексей не сдавался. Подойдя ближе, он навис надо мной грозовой тучей и отчаянно произнёс:
— Вы мой единственный шанс на спасение. Прошу… Не дайте забрать сына. Лёня — моя жизнь.
В коридоре раздался цокот каблуков, и я не нашла ничего лучшего, как притянуть Алексея в поцелуе к себе.
Я — эндоскопист в детской больнице. Весёлая, жизнерадостная, слегка взбалмошная. Он — хирург из областной. Заносчивый, невыносимый, и ужасно упрямый. Мы слишком разные, несовместимые. Наши пути не должны были пересечься. Но… У судьбы коварные планы.
Иногда, чтобы спасти чужую жизнь, нужно рискнуть своей. Или хотя бы притвориться невесто
— Простите, — тихо переспросила я. — Что я должна сделать?
— Сыграть мою невесту, — без тени иронии повторил он.
— Очень смешно. До свидания!
— Если моя бывшая узнает, что я не досмотрел за сыном — сожрёт меня вместе со своим адвокатом! Лёню передадут ей. А она не мать… Кукушка!
— Нет! И даже речи быть не может… Уходите!
Но Алексей не сдавался. Подойдя ближе, он навис надо мной грозовой тучей и отчаянно произнёс:
— Вы мой единственный шанс на спасение. Прошу… Не дайте забрать сына. Лёня — моя жизнь.
В коридоре раздался цокот каблуков, и я не нашла ничего лучшего, как притянуть Алексея в поцелуе к себе.
Я — эндоскопист в детской больнице. Весёлая, жизнерадостная, слегка взбалмошная. Он — хирург из областной. Заносчивый, невыносимый, и ужасно упрямый. Мы слишком разные, несовместимые. Наши пути не должны были пересечься. Но… У судьбы коварные планы.
Иногда, чтобы спасти чужую жизнь, нужно рискнуть своей. Или хотя бы притвориться невесто
Выберите полку для книги