Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «russkie-romany»
Я делаю шаг к гостиной, где стоит мой рояль, мой старый верный друг, доставшийся мне от мамы, — и мир останавливается.
За роялем Кристина, моя ученица. Она сидит совершенно голая, а рядом стоит мой муж с камерой в руках.
Я успеваю закрыть сыну глаза ладонью прежде, чем он понимает, что происходит, и прошу его уйти в детскую.
— Света, — говорит вдруг мой муж, и в голосе нет ни капли раскаяния, ни тени стыда. — Давай без скандалов? Если ты настолько глупа, чтобы не понять, что это искусство, мне тебя очень жаль.
У меня хватает сил, чтобы сглотнуть ком в горле и спросить:
- Ты спал с ней?
Ответ мне уже очевиден, но я хочу услышать это от супруга.
— Естественно! – заявляет он, не чувствуя ни грамма вины. – Она даёт мне то, что ты никогда не могла дать. Я надеюсь, ты не станешь мешать нашему с ней счастью? Её отец обещал помочь с выставкой, и это мой шанс. Ты же понимаешь.
— Конечно, понимаю.
За роялем Кристина, моя ученица. Она сидит совершенно голая, а рядом стоит мой муж с камерой в руках.
Я успеваю закрыть сыну глаза ладонью прежде, чем он понимает, что происходит, и прошу его уйти в детскую.
— Света, — говорит вдруг мой муж, и в голосе нет ни капли раскаяния, ни тени стыда. — Давай без скандалов? Если ты настолько глупа, чтобы не понять, что это искусство, мне тебя очень жаль.
У меня хватает сил, чтобы сглотнуть ком в горле и спросить:
- Ты спал с ней?
Ответ мне уже очевиден, но я хочу услышать это от супруга.
— Естественно! – заявляет он, не чувствуя ни грамма вины. – Она даёт мне то, что ты никогда не могла дать. Я надеюсь, ты не станешь мешать нашему с ней счастью? Её отец обещал помочь с выставкой, и это мой шанс. Ты же понимаешь.
— Конечно, понимаю.
На праздновании пятнадцатилетней годовщины брака сестра мужа решила мне раскрыть глаза на его измены.
— Я думаю, Анька, ты просто трусиха. Ты не удержала брата. Ты дала ему всё, и этого оказалось недостаточно. Потому что ты — недостаточно хороша для него.
«Недостаточно»? Я старалась пятнадцать лет. Была удобной, понимающей, красивой, хозяйственной. Родила ему Нику, поддерживала в кризисах, терпела его командировки. И вот те нате…. приговор: «недостаточно».
— Я не верю тебе.
— Скажи лучше, тебе нужно время, чтобы всё переварить. И знаешь, Ань? Я не желаю тебе зла. Ты просто не подходишь моему брату. Лана тоже не походит. Дешёвка она по сути… Фото мужа с любовницей всё-таки посмотри. Когда будешь готова.
Я не смотрю, убираю телефон в карман платья и иду к гостям.
Я не верю, что муж мне изменяет, но слышу голос бывшей лучшей подруги.
— Антон, я устала ждать… Пора бы сказать правду!
— Я думаю, Анька, ты просто трусиха. Ты не удержала брата. Ты дала ему всё, и этого оказалось недостаточно. Потому что ты — недостаточно хороша для него.
«Недостаточно»? Я старалась пятнадцать лет. Была удобной, понимающей, красивой, хозяйственной. Родила ему Нику, поддерживала в кризисах, терпела его командировки. И вот те нате…. приговор: «недостаточно».
— Я не верю тебе.
— Скажи лучше, тебе нужно время, чтобы всё переварить. И знаешь, Ань? Я не желаю тебе зла. Ты просто не подходишь моему брату. Лана тоже не походит. Дешёвка она по сути… Фото мужа с любовницей всё-таки посмотри. Когда будешь готова.
Я не смотрю, убираю телефон в карман платья и иду к гостям.
Я не верю, что муж мне изменяет, но слышу голос бывшей лучшей подруги.
— Антон, я устала ждать… Пора бы сказать правду!
Кто знает, как изменится наша жизнь, если мы пойдём той дорогой, которой еще не ходили? Если попробуем сделать то, чего еще никогда не делали? Стоит помнить о том, что изменившись в чём-то, мы никогда не сможем стать прежними. Поэтому стоит менять и меняться только в лучшую сторону, чтобы потом не жалеть о том, что случиось.
🔥ПОВЕСТЬ ЗАВЕРШЕНА, МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА.🔥
— А там правда звезды? — спрашивает Вера, смотря на небо.
— Правда, — отвечаю, поправляя ее кудряшки.
Вера задумывается. Потом подползает ближе и кладет головушку мне на колено. Совсем как тогда в руинах, где я ее нашел.
Только теперь глаза моей малышки не ищут спасения.
Она просто смотрит на меня с абсолютным, безоговорочным доверием.
— Пап, ты же не уйдёшь от меня? — шепчет Вера.
Я смотрю на эту девочку, которая выжила в аду, спасая чужую душу, и назвала меня отцом.
Смотрю на свои руки — руки солдата. Глажу свою маленькую Веру по голове.
— Нет, — отвечаю тихо и уверенно. — Никогда.
Веруша кивает. Для нее этого достаточно.
Я сижу рядом с моей маленькой Верой, осознавая, что сейчас произнес обещание, которое не имею права нарушить…
— А там правда звезды? — спрашивает Вера, смотря на небо.
— Правда, — отвечаю, поправляя ее кудряшки.
Вера задумывается. Потом подползает ближе и кладет головушку мне на колено. Совсем как тогда в руинах, где я ее нашел.
Только теперь глаза моей малышки не ищут спасения.
Она просто смотрит на меня с абсолютным, безоговорочным доверием.
— Пап, ты же не уйдёшь от меня? — шепчет Вера.
Я смотрю на эту девочку, которая выжила в аду, спасая чужую душу, и назвала меня отцом.
Смотрю на свои руки — руки солдата. Глажу свою маленькую Веру по голове.
— Нет, — отвечаю тихо и уверенно. — Никогда.
Веруша кивает. Для нее этого достаточно.
Я сижу рядом с моей маленькой Верой, осознавая, что сейчас произнес обещание, которое не имею права нарушить…
✅КНИГА ПОЛНОСТЬЮ ЗАВЕРШЕНА! ✅САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ТОЛЬКО СЕГОДНЯ!
— Игорь, ты скоро? У меня уже щиплет! — капризный голос сестры доносился из ванной.
Я вошла тихо, надеясь, что муж просто чинит кран. Но реальность ударила под дых. Игорь сидел на коленях перед моей сестрой, бережно сбривая пену с её гладкой ноги.
— Катя? — он обернулся, даже не смутившись. — Не смотри так. У Лики кожа нежная, ей нельзя порезаться. А ты со своей броней и сама справишься.
— В моем доме... моей бритвой... — прошептала я, глядя на свекровь, которая довольно кивала в дверях.
— Дом уже не твой, Катенька, — припечатала свекровь. — Игорь переписал его на меня полгода назад. Так что бери свои баулы и на выход. Нам тут лишние калории не нужны.
В тот вечер я оказалась на улице в одних тапках и с чемоданом...
— Игорь, ты скоро? У меня уже щиплет! — капризный голос сестры доносился из ванной.
Я вошла тихо, надеясь, что муж просто чинит кран. Но реальность ударила под дых. Игорь сидел на коленях перед моей сестрой, бережно сбривая пену с её гладкой ноги.
— Катя? — он обернулся, даже не смутившись. — Не смотри так. У Лики кожа нежная, ей нельзя порезаться. А ты со своей броней и сама справишься.
— В моем доме... моей бритвой... — прошептала я, глядя на свекровь, которая довольно кивала в дверях.
— Дом уже не твой, Катенька, — припечатала свекровь. — Игорь переписал его на меня полгода назад. Так что бери свои баулы и на выход. Нам тут лишние калории не нужны.
В тот вечер я оказалась на улице в одних тапках и с чемоданом...
В первый же день в новой клинике я пошла против протокола самого Аслана Керимова — гениального хирурга и тирана, которого здесь все боятся. Я думала, он меня уволит. Вместо этого он начал войну. Ледяные придирки в операционной, его тяжёлый взгляд везде, куда бы я ни пошла... А потом ночью в тёмном коридоре на меня напали — и он появился из ниоткуда. Спас. Приказал идти домой. И с тех пор не отпускает.
– Иногда оценку можно не просто исправить, а именно что… отработать – его голос опускается до интимного, доверительного полушепота. – Вдали от посторонних глаз и без лишних протоколов, ведь ведомость я еще не закрыл.
– Отработать? – переспрашиваю я, и мой собственный голос кажется мне писклявым и чужим. – Что вы имеете в виду?
– О, я уверен, мы найдем, чем вы можете быть полезны. У меня есть кабинет в новом корпусе, очень уединенный. Заходите завтра, скажем, часов в шесть? Обсудим ваши… академические перспективы.
– Отработать? – переспрашиваю я, и мой собственный голос кажется мне писклявым и чужим. – Что вы имеете в виду?
– О, я уверен, мы найдем, чем вы можете быть полезны. У меня есть кабинет в новом корпусе, очень уединенный. Заходите завтра, скажем, часов в шесть? Обсудим ваши… академические перспективы.
– У меня есть другая семья, – голос мужа буквально оглушает.
Я стою ни жива ни мертва.
– Что... что ты такое говоришь?! – спрашиваю, и голос дрожит.
– Ровно то, что слышишь. Вероника родила от меня. У меня растет сын...
– То есть... ты изменил мне с сестрой, и у вас ребенок?! – повторяю в шоке.
Муж морщится, ему явно не нравится ход нашего разговора.
– Да. Не обращай внимания. Вероника знает свое место и не будет вмешиваться в нашу семью.
❗️Полный текст❗️
Я стою ни жива ни мертва.
– Что... что ты такое говоришь?! – спрашиваю, и голос дрожит.
– Ровно то, что слышишь. Вероника родила от меня. У меня растет сын...
– То есть... ты изменил мне с сестрой, и у вас ребенок?! – повторяю в шоке.
Муж морщится, ему явно не нравится ход нашего разговора.
– Да. Не обращай внимания. Вероника знает свое место и не будет вмешиваться в нашу семью.
❗️Полный текст❗️
Меня зовут Алина, и я стала собственностью Артура — самого опасного человека в городе. Его дом — мрачная, роскошная тюрьма, а он — мой холодный, безжалостный тюремщик с взглядом хищника. Я ненавижу ег и боюсь до дрожи. Но когда он защищает меня перед своими друзьями — к этим чувствам присоединяется влечение.
Теперь я живу на острие ножа. Его прикосновения обжигают, а его предложение — отдаться ему за свободу — разрывает на части.
Теперь я живу на острие ножа. Его прикосновения обжигают, а его предложение — отдаться ему за свободу — разрывает на части.
– Предлагаю сделку, – начинает он без предисловий, его пальцы барабанят по моему идеально чистому столу. – Мы забываем о нашем… мимолётном недоразумении. Полностью и навсегда. Я здесь не для того, чтобы рыться в чужом грязном белье. Я здесь, чтобы работать. А вы, как мне доложили, один из самых ценных моих специалистов.
Я смотрю ему прямо в глаза, пытаясь найти в них насмешку, но вижу лишь холодную сталь.
– Я всегда была профессионалом, – отвечаю я, и голос дрожит лишь самую малость. – И не собираюсь это менять.
– Прекрасно, – он кивает, и его губы растягиваются в подобие улыбки. – Тогда мы поняли друг друга.
Но «сделка» оказывается фикцией. Его игра начинается в тот же день.
Я смотрю ему прямо в глаза, пытаясь найти в них насмешку, но вижу лишь холодную сталь.
– Я всегда была профессионалом, – отвечаю я, и голос дрожит лишь самую малость. – И не собираюсь это менять.
– Прекрасно, – он кивает, и его губы растягиваются в подобие улыбки. – Тогда мы поняли друг друга.
Но «сделка» оказывается фикцией. Его игра начинается в тот же день.
Русские романы
Выберите полку для книги