Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «russkie-romany»
– Даже не смей думать о том, что я отпущу тебя! Развода не будет! – Яман нависает надо мной скалой, его синие глаза метают молнии.
– Как ты можешь так, Яман?! Как?! – шепчу в слезах, срывая голос.
– Я в своем праве. У меня теперь вторая жена. Ты поздравишь Альвину. Перед всеми будешь улыбаться.
– Нет! Я никогда не приму вторую жену! Отпусти меня, Яман, дай развод! И живи со своей второй…
– Исключено! – произносит так, что у меня кровь в жилах стынет.
– Ты никогда не заставишь меня принять другую женщину в твоей постели, Ханов! Никогда… либо я… либо она… ты не притронешься ко мне…
Яман смотрит на меня сверху вниз. Его взгляд темнеет, губы искажает чувственная улыбка:
– Примешь, – холодно произносит он, – уже этой ночью…
– Как ты можешь так, Яман?! Как?! – шепчу в слезах, срывая голос.
– Я в своем праве. У меня теперь вторая жена. Ты поздравишь Альвину. Перед всеми будешь улыбаться.
– Нет! Я никогда не приму вторую жену! Отпусти меня, Яман, дай развод! И живи со своей второй…
– Исключено! – произносит так, что у меня кровь в жилах стынет.
– Ты никогда не заставишь меня принять другую женщину в твоей постели, Ханов! Никогда… либо я… либо она… ты не притронешься ко мне…
Яман смотрит на меня сверху вниз. Его взгляд темнеет, губы искажает чувственная улыбка:
– Примешь, – холодно произносит он, – уже этой ночью…
— Слава, ты ведь прилетел самолётом из Магадана?
— Конечно, милая!
— Покажи мне электронный билет. Он же у тебя в телефоне, правда? Покажи! – я вытянула руку вперед.
Муж лихорадочно соображал, придумывая новую ложь
***
Тридцатого декабря я потратила последние деньги на подарок мужу. А через час узнала, что самолёт, которым он летел из командировки, совершил аварийную посадку.
Два часа я умирала от страха, пока мне не сказали, что моего мужа нет в списках пассажиров. Потому что никакой командировки не было. Был чек из гостиницы в Сочи и чужой волос на воротнике.
Этот Новый год я встречу без него. А что будет дальше — зависит только от меня.
— Конечно, милая!
— Покажи мне электронный билет. Он же у тебя в телефоне, правда? Покажи! – я вытянула руку вперед.
Муж лихорадочно соображал, придумывая новую ложь
***
Тридцатого декабря я потратила последние деньги на подарок мужу. А через час узнала, что самолёт, которым он летел из командировки, совершил аварийную посадку.
Два часа я умирала от страха, пока мне не сказали, что моего мужа нет в списках пассажиров. Потому что никакой командировки не было. Был чек из гостиницы в Сочи и чужой волос на воротнике.
Этот Новый год я встречу без него. А что будет дальше — зависит только от меня.
ФИНАЛ!
Я знаю с точностью до дня, когда мой дом превратился в клетку, муж в надзирателя, а моя жизнь жены могущественного олигарха окончательно перестала быть моей.
В этот день я узнала, что муж нашёл мне молодую замену и продал тайно дело десяти лет моей жизни – коллекцию камей Великой Княгини Ксении Александровны, которую я собирала по миру.
— Без сцен! Мне нужны наличные, я нашёл какого-то молодого придурка, который отвалил за коллекцию в два раза больше, чем я рассчитывал. Найди себе другое занятие! Сдались тебе эти камеи! Или ты считаешь, что у тебя здесь что-то есть, что не принадлежит мне?
Прохор совершил ошибку. Он разбудил не жертву, а мстительницу.
Я верну себе достоинство, я найду этого покупателя, я заключу союз с твоим главным врагом, Дубровин!
Я знаю с точностью до дня, когда мой дом превратился в клетку, муж в надзирателя, а моя жизнь жены могущественного олигарха окончательно перестала быть моей.
В этот день я узнала, что муж нашёл мне молодую замену и продал тайно дело десяти лет моей жизни – коллекцию камей Великой Княгини Ксении Александровны, которую я собирала по миру.
— Без сцен! Мне нужны наличные, я нашёл какого-то молодого придурка, который отвалил за коллекцию в два раза больше, чем я рассчитывал. Найди себе другое занятие! Сдались тебе эти камеи! Или ты считаешь, что у тебя здесь что-то есть, что не принадлежит мне?
Прохор совершил ошибку. Он разбудил не жертву, а мстительницу.
Я верну себе достоинство, я найду этого покупателя, я заключу союз с твоим главным врагом, Дубровин!
Звоню мужу, а отвечает женский голос. Смотрю на экран, на фото и понимаю, что не ошиблась!
— Где Костя? — спрашиваю я.
Слышу смешок:
— Я так понимаю, ты - Катя? Наконец-то познакомимся. Я Виола. Ну, первая жена Кости. Он тебе обо мне рассказывал, наверное?
Рассказывал, но мало. Знаю только, что они развелись двенадцать лет назад и, вроде, он был перед ней виноват.
— Виола, добрый вечер, – я беру себя в руки, хотя хочется рвать и метать. – Можно мне поговорить с моим мужем?
Специально делаю акцент на слове “моим”, но, кажется, именно это слово первая жена находит забавным и повторяет с моей интонацией:
— Твоим мужем? Ой, Катюша, а он в душе. Мы тут немного... увлеклись. Ты же понимаешь, двенадцать лет не виделись, столько всего нужно было обсудить. И не только обсудить.
***
Бывшая жена моего мужа вернулась за тем, кого считает своим.
— Где Костя? — спрашиваю я.
Слышу смешок:
— Я так понимаю, ты - Катя? Наконец-то познакомимся. Я Виола. Ну, первая жена Кости. Он тебе обо мне рассказывал, наверное?
Рассказывал, но мало. Знаю только, что они развелись двенадцать лет назад и, вроде, он был перед ней виноват.
— Виола, добрый вечер, – я беру себя в руки, хотя хочется рвать и метать. – Можно мне поговорить с моим мужем?
Специально делаю акцент на слове “моим”, но, кажется, именно это слово первая жена находит забавным и повторяет с моей интонацией:
— Твоим мужем? Ой, Катюша, а он в душе. Мы тут немного... увлеклись. Ты же понимаешь, двенадцать лет не виделись, столько всего нужно было обсудить. И не только обсудить.
***
Бывшая жена моего мужа вернулась за тем, кого считает своим.
РАССКАЗ, ЗАКОНЧЕН. САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА.
— Кирилл?
Он вздрагивает. Резко поворачивает голову. На лице испуг, который он мгновенно скрывает за улыбкой.
— Лен! — голос слишком громкий, слишком бодрый. — Какая встреча!
Женщина смотрит на меня оценивающе. Быстрый взгляд с ног до головы. Я чувствую, как она отмечает мою старую куртку, сумку с потертыми ручками, отсутствие маникюра.
— Познакомься, — Кирилл встаёт, нервно поправляет воротник рубашки. — Это Илона. Мы вместе в университете учились. Сокурсница. Давно не виделись, случайно встретились тут.
Илона протягивает руку. Улыбка широкая, белоснежная.
— Очень приятно, Лена. Кирилл столько о вас рассказывал!
— Кирилл?
Он вздрагивает. Резко поворачивает голову. На лице испуг, который он мгновенно скрывает за улыбкой.
— Лен! — голос слишком громкий, слишком бодрый. — Какая встреча!
Женщина смотрит на меня оценивающе. Быстрый взгляд с ног до головы. Я чувствую, как она отмечает мою старую куртку, сумку с потертыми ручками, отсутствие маникюра.
— Познакомься, — Кирилл встаёт, нервно поправляет воротник рубашки. — Это Илона. Мы вместе в университете учились. Сокурсница. Давно не виделись, случайно встретились тут.
Илона протягивает руку. Улыбка широкая, белоснежная.
— Очень приятно, Лена. Кирилл столько о вас рассказывал!
Я собиралась скучно провести очередной Новый год: одиночество, сериал и тазик...гречки.
Но вместо этого оказалась в шикарном платье, в лесу и в сугробе. Из которого извлекать меня явился Дед Мороз, он же мой босс с холодным сердцем и думащей только о работе головой.
Говорят, чудеса случаются под Новый год - главное, не соглашаться развозить чужие документы по сугробам. Хотя… иногда именно с этого всё и начинается.
Но вместо этого оказалась в шикарном платье, в лесу и в сугробе. Из которого извлекать меня явился Дед Мороз, он же мой босс с холодным сердцем и думащей только о работе головой.
Говорят, чудеса случаются под Новый год - главное, не соглашаться развозить чужие документы по сугробам. Хотя… иногда именно с этого всё и начинается.
— Ну вы сами подумайте. Каждый год я прошу Дедушку Мороза подарить папу. А он не дарит, — Тима мотает головой.
— А не рано ли ты разочаровался в Дедушке Морозе? – пытаюсь подбодрить ребенка.
— Неужели во всем мире нет одного лишнего папы для меня? — мальчишка откусывает конфету и с грустным видом тянется за второй.
— Что же нам с тобой делать? Где искать твоего батю?
В ответ он лишь пожимает плечами.
— Тима, где ты был? Я же просила тебя посидеть спокойно в кабинете.
От знакомого голоса перехватывает дыхание.
Я вижу девушку из своего прошлого, ту самую, которую когда-то безумно любил и чье предательство оставило во мне глубокую рану.
— Тимофей, нам пора, — говорит она, обращаясь к мальчику, и намеренно избегает моего взгляда.
— Подожди, — останавливаю я ее. — Тебе разве совсем нечего мне сказать?
— А не рано ли ты разочаровался в Дедушке Морозе? – пытаюсь подбодрить ребенка.
— Неужели во всем мире нет одного лишнего папы для меня? — мальчишка откусывает конфету и с грустным видом тянется за второй.
— Что же нам с тобой делать? Где искать твоего батю?
В ответ он лишь пожимает плечами.
— Тима, где ты был? Я же просила тебя посидеть спокойно в кабинете.
От знакомого голоса перехватывает дыхание.
Я вижу девушку из своего прошлого, ту самую, которую когда-то безумно любил и чье предательство оставило во мне глубокую рану.
— Тимофей, нам пора, — говорит она, обращаясь к мальчику, и намеренно избегает моего взгляда.
— Подожди, — останавливаю я ее. — Тебе разве совсем нечего мне сказать?
Людмила уже в который раз совершает ошибку, выбирая мужчину, который мучает её, предаёт, издевается. Но что, если судьба дарует шанс прожить эту жизнь заново? Три попытки исправить прошлое, и все три... провальные?
Узнает ли она, в чем её истинное счастье, прежде чем попытки закончатся? Сможет ли, наконец, увидеть того самого, единственного, кто способен полюбить и защитить её?
Узнает ли она, в чем её истинное счастье, прежде чем попытки закончатся? Сможет ли, наконец, увидеть того самого, единственного, кто способен полюбить и защитить её?
Я услышала смех.
Женский. Слишком близкий. Слишком уверенный.
Я пошла на звук, не чувствуя ног.
Они были на кухне. Мой муж. И… женщина.
Она сидела на столе. Всё было слишком однозначным, чтоб я не могла понять, что именно тут было.
Первой меня заметила она.
Наши взгляды встретились, и в её глазах мелькнуло удивление. Ни стыда, ни испуга – просто раздражение, будто я вошла не вовремя.
А потом он обернулся.
– Ты… – выдохнул он. – Ты же должна была быть на работе.
Я вдруг почувствовала, как тело оттаивает. Волна боли накрыла резко, без предупреждения. В груди что-то сжалось так сильно, что стало трудно дышать.
– Ну, приятного аппетита желать не буду. – произнесла, глядя на их позы на кухонном столе.
– Аня… Давай поговорим. – произнес муж.
Я посмотрела на него с ненавистью.
– Ты уже всё сказал, – ответила я. – А еще больше сделал и показал.
Женский. Слишком близкий. Слишком уверенный.
Я пошла на звук, не чувствуя ног.
Они были на кухне. Мой муж. И… женщина.
Она сидела на столе. Всё было слишком однозначным, чтоб я не могла понять, что именно тут было.
Первой меня заметила она.
Наши взгляды встретились, и в её глазах мелькнуло удивление. Ни стыда, ни испуга – просто раздражение, будто я вошла не вовремя.
А потом он обернулся.
– Ты… – выдохнул он. – Ты же должна была быть на работе.
Я вдруг почувствовала, как тело оттаивает. Волна боли накрыла резко, без предупреждения. В груди что-то сжалось так сильно, что стало трудно дышать.
– Ну, приятного аппетита желать не буду. – произнесла, глядя на их позы на кухонном столе.
– Аня… Давай поговорим. – произнес муж.
Я посмотрела на него с ненавистью.
– Ты уже всё сказал, – ответила я. – А еще больше сделал и показал.
— Подари мне своего мужа на эту ночь. Он мне обещал.
Я стояла в своей квартире, за накрытым новогодним столом, и смотрела на женщину, которая сказала это вслух. При моей семье. При моём сыне.
В этот момент стало ясно: мой муж жил на две семьи. Врал. Выбирал. И был уверен, что я смолчу.
Но измена — это не случайность. Это осознанный шаг.
Новый год, который должен был стать праздником, превратился в точку невозврата.
Скандал, унижение, предательство — всё вылезло наружу сразу. И вопрос был уже не в том, кого он выберет.
Вопрос был в том, что выберу я.
Я стояла в своей квартире, за накрытым новогодним столом, и смотрела на женщину, которая сказала это вслух. При моей семье. При моём сыне.
В этот момент стало ясно: мой муж жил на две семьи. Врал. Выбирал. И был уверен, что я смолчу.
Но измена — это не случайность. Это осознанный шаг.
Новый год, который должен был стать праздником, превратился в точку невозврата.
Скандал, унижение, предательство — всё вылезло наружу сразу. И вопрос был уже не в том, кого он выберет.
Вопрос был в том, что выберу я.
Русские романы
Выберите полку для книги