Книги в жанре «Женский роман»

Муж променял меня на молодую студентку и решил, что я уйду тихо.

С маленькой квартирой. С отступными. С разбитым сердцем и благодарностью за то, что меня вообще не оставили ни с чем.

Десять лет я была удобной женой. Встречала его партнеров, спасала семейные ужины, помогала с документами и делала вид, что не замечаю, как мое имя постепенно исчезает из нашей общей жизни.

А потом в моей спальне появилась она.

Юная, красивая, тонкая. В его рубашке. С улыбкой девушки, которая уверена: пышная жена уже проиграла.

Марк думал, что я подпишу развод и уйду. Но он забыл одну важную вещь.

Первый участок, с которого начался его бизнес, держится на моей подписи. Дом, который он уже мысленно подарил другой, куплен не только его деньгами. А имущество, которое он пытался спрятать, теперь будут считать не его люди.

Я не собираюсь мстить.

Я просто заберу свое.

— Если ребёнок мой, ты вернёшься, Лера.

Я сбежала от Даниила с одной дорожной сумкой и твёрдым решением больше никогда не платить собой за его долги, ставки и ложь. Но прошлое догнало меня быстрее, чем я успела вдохнуть.

Сначала опасные люди нашли мой адрес. Потом бывший заявил, что я обязана ему помочь. А потом тест показал две полоски.

Теперь моя беременность стала оружием.

Даниил уверен: если ДНК докажет его отцовство, я снова стану его. Люди, которым он должен, считают моего ребёнка залогом. А Олег Ратмиров — богатый, властный и слишком раненый мужчина — предлагает мне защиту, от которой страшно почти так же, как от угроз.

Потому что золотая клетка всё равно остаётся клеткой.

Я не знаю, кто отец моего ребёнка.
Не знаю, кому можно верить.
Не знаю, выдержу ли правду.

Но точно знаю одно: мой малыш не будет расплатой за чужие долги. И я больше не стану женщиной, которую можно вернуть страхом.

ДНК покажет, кто отец.
Но только сердце покажет, кто достоин называ

Эля Покровская — филолог из питерской хрущёвки, которая знает «Крёстного отца» наизусть, но понятия не имеет, как устроена настоящая мафия. Мечтая о новой жизни, она прилетает на Сицилию учиться итальянской литературе… и случайно улыбается самому опасному человеку на острове.
Дон Лоренцо Ринальди не получает отказов. Он забирает себе всё, что нравится: машины, рестораны, людей. Увидев русую девушку в льняном платье (с фисташковым мороженым на груди), он решает, что она — следующий трофей. Но Эля — не просто «пышечка с веснушками». Она упряма, остра на язык и отказывается бояться даже тогда, когда её вызывают в прачечную общежития для личного разговора.
Что происходит, когда наивная романтичная дура встречает циничного сицилийского мафиози, который умеет убивать, но разучился любить?
*Цветы каждое утро, ночные визиты и ревность бывшей жены с бриллиантами.
*Семейные тайны, шантаж и поцелуи, от которых горят пятки.

Катя — филолог без жилья, с котом Васькой и любовью к честному слову. Лев Горский — владелец ресторанной империи, ледяной красавец с уставшими глазами и сыном, которого выгнали из всех садиков.

Их первая встреча происходит в ресторане «Лимончелло»: Катя спасает пятилетнего Мишу от крика администратора, а в ответ получает подозрение в охоте за миллионером. Её вердикт — «индюк» — становится приговором, о котором Лев не может забыть.
Вторая встреча — на пешеходном переходе. Катя снова вытаскивает Миша из-под колёс, теряет чемодан и оказывается… в пентхаусе своего врага. Теперь она — няня. Четырнадцатая по счёту.

Но если предыдущие няни грезили о хозяине, Катя грезит, чтобы Миша наконец выучил таблицу умножения и не убегал в парк кормить белок. Она не строит глазки, не гладит рубашки по утрам, зато варит борщ, от которого у Льва Горского сдают нервы, и плачет над глупыми мелодрамами, разбивая его броню вдребезги.

— Мира, она беременна. Я не могу ее бросить.

Так мой муж закончил двенадцать лет брака.

Эвелина — его студентка. Девочка в белом халате, которую я видела в коридорах нашей клиники и считала просто практиканткой. Оказалось, она давно уже не просто практикантка.

Теперь Лев просит меня уйти спокойно. Не портить ему репутацию. Не трогать клинику. Не устраивать войну. Его мать говорит, что я взрослая женщина и должна подумать о ребенке.

Они все очень быстро решили, кем я буду в этой истории.

Лишней.

Только Лев забыл одну вещь: пока он принимал ее восхищение за любовь, я годами держала его клинику, документы, сотрудников, проверки и нашу жизнь.

Он выбрал студентку.

А я больше не выберу его.

Валерии 38. Она — наследница старинной виллы в Лигурии, жена успешного архитектора, идеальная хозяйка. И она задыхается.
Десять лет брака превратились в безупречный фасад: улыбки на публике, безупречный ужин, раздельные спальни. Тело помнит прикосновения, но разум отключился. До того лета, когда на вилле собрались четыре женщины, которые знают о ней всё.
Кьяра — младшая сестра, циничная и острая на язык.
Елена — двоюродная сестра, психолог, которая видит насквозь.
Сильвия — подруга матери, прошедшая через развод и нашедшая себя.
Маргарита — фотограф, которая фиксирует чужие жизни, но боится своей.
Они встречаются каждый вечер во внутреннем дворе. Говорят о том, о чём молчат с мужчинами. О желании. О страхе. О теле, которое просит внимания, а не разрешения.
И когда на вилле появляется Марко — реставратор с руками, которые чувствуют дерево, как кожу, — Валерия впервые за годы слышит собственный голос. Не тот, что говорит «надо». Тот, что шепчет «хочу».

Елене 33. Она — психолог, двоюродная сестра Валерии, женщина, которая умеет объяснять чувства других. Но не свои.
После тяжёлого стресса её тело «отключилось». Она чувствует мир через разум, но не через кожу. Прикосновения — как сигнал издалека. Желание — как теория, а не опыт.
На вилле у моря, в кругу четырёх женщин, которые знают её слишком хорошо, Елена встречает Рафаэля — скульптора, который работает с глиной и телом. Он не говорит много. Он прикасается. И его руки не спрашивают разрешения — они ждут, пока тело само ответит.

Елене 33. Она — психолог, которая умеет говорить о чужих желаниях, но молчит о своих.
На публике она краснеет, когда подруги обсуждают мужчин и позы. В постели с Рафаэлем — скульптором, который работает с глиной и кожей, — она шепчет «медленнее» и «ещё», пока не теряет голос.
Она не любит громко. Она любит, чтобы её уговаривали. Чтобы не спешили. И чтобы после не смеялись, а просто лежали на мокрой простыне.
Это история не о грубости. Это история о том, как разрешить себе любить без стыда. Даже если при этом приходится зажимать рот подушкой.

— Мне не нужен был герой, — говорю я. — Мне нужен был муж. Просто мужчина, который приходит домой, обнимает меня и говорит, что любит. Ты никогда этого не делал.

После развода я была уверена, что наша история закончена. Но бывший муж раненый возвращается домой, и нам приходится жить вместе.

Слишком много боли. Слишком много невысказанных чувств.
И слишком много любви, которая так и не смогла умереть.

Она пришла за мечтой. Её «Стеклянный айсберг» должен был стать её триумфом. Но на пути встал человек, который не верит в красивые слова. Только в бетон, сталь и факты. А она верит — в чудо, в любовь, в то, что даже айсберг можно растопить. Их история — о том, как тепло одной женщины оказалось сильнее многолетнего льда. И о том, что иногда приручить — значит полюбить.