Книги по тегу «босс»: ""
— Ты хотела этого с первой секунды, — прошептал он мне в губы. — Признай это.
— Ты… ты же мой начальник!
Я не могла внятно говорить. Только чувствовала, как его руки скользят по моей коже.
В кабинете повисла тишина. Я сидела на его столе опустошённая и одновременно живая, как никогда. Он поднял голову и посмотрел на меня с тёмной усмешкой:
— Теперь ты моя, Соня. Не только подчинённая. Вся ты. И я не отпущу тебя.
Я устроилась юристом к своему отцу в компанию. Его босс — Роман Гордеев, сорокалетний владелец корпорации, наглый, красивый и привыкший, что все перед ним на цыпочках. Только вот я ему не подчиняюсь.
И первая в его жизни даю пощёчину. А он лишь смеётся и говорит, что теперь у нас началась игра без правил.
— Ты… ты же мой начальник!
Я не могла внятно говорить. Только чувствовала, как его руки скользят по моей коже.
В кабинете повисла тишина. Я сидела на его столе опустошённая и одновременно живая, как никогда. Он поднял голову и посмотрел на меня с тёмной усмешкой:
— Теперь ты моя, Соня. Не только подчинённая. Вся ты. И я не отпущу тебя.
Я устроилась юристом к своему отцу в компанию. Его босс — Роман Гордеев, сорокалетний владелец корпорации, наглый, красивый и привыкший, что все перед ним на цыпочках. Только вот я ему не подчиняюсь.
И первая в его жизни даю пощёчину. А он лишь смеётся и говорит, что теперь у нас началась игра без правил.
Что делать, если ты приехала в самый романтичный город мира исключительно работать, а оказалась в эпицентре чужих чувств?
Мой трехмесячный парижский контракт обещал стать главной карьерной победой. Но восторги продюсеров меркнут перед главной проблемой
- наш влиятельный инвестор Вадим Сергеевич, кажется, тайно влюблен в меня с первого взгляда.Мой любимый мужчина в Москве уже пакует чемоданы от ревности, а бывшая пассия инвестора объявляет мне партизанскую войну прямо на съемочной площадке. Хватит ли у
«Веры в теле» сил выстоять против французских заговоров и не устроить международный скандал в прямом эфире?
Мой трехмесячный парижский контракт обещал стать главной карьерной победой. Но восторги продюсеров меркнут перед главной проблемой
- наш влиятельный инвестор Вадим Сергеевич, кажется, тайно влюблен в меня с первого взгляда.Мой любимый мужчина в Москве уже пакует чемоданы от ревности, а бывшая пассия инвестора объявляет мне партизанскую войну прямо на съемочной площадке. Хватит ли у
«Веры в теле» сил выстоять против французских заговоров и не устроить международный скандал в прямом эфире?
Смотрю на пустое место, где секунду назад стояла машина, а внутри крепнет странное предчувствие — новая история уже началась, хотим мы того или нет, и остановить её теперь невозможно. Александр кладёт руку мне на плечо, тёплую, надёжную, уверенную, будто заранее знает ответ на собственный вопрос.
— Готова снова ввязаться в это?
— Готова. Только теперь мы вместе с самого начала, а не порознь, как в прошлый раз.
Он кивает, коротко, серьёзно, и в этом простом жесте — обещание держать слово до конца, каким бы он ни оказался, чего бы это ни стоило впоследствии обоим.
— Готова снова ввязаться в это?
— Готова. Только теперь мы вместе с самого начала, а не порознь, как в прошлый раз.
Он кивает, коротко, серьёзно, и в этом простом жесте — обещание держать слово до конца, каким бы он ни оказался, чего бы это ни стоило впоследствии обоим.
— Испытание с порога? — уточняю, поудобнее перехватывая Мишу.
— А вы думали, я вам кофе предложу и спрошу про хобби?
— Надеялась хотя бы на воду.
— Вода в кране, — говорит он серьёзно, без тени юмора, и я не могу понять, шутит он или правда так живёт: без пауз, без чая, без разговоров ни о чём.
Внутри коровника пахнет сеном, молоком и тёплым навозом — запах, знакомый мне с детства, запах, от которого у меня в груди становится немного легче, будто нашла точку опоры среди чужого холодного мира.
— Доить умеете? — спрашивает он, кивая на ближайшую корову.
— Умею.
— Аппаратом или руками?
— Обоими способами.
Он смотрит скептически, будто ждёт, что я сейчас начну оправдываться или юлить. Я усаживаю Мишу на охапку сена в углу, где посуше, накрываю кофтой, шепчу ему сидеть смирно, и подхожу к корове. Руки помнят движение раньше, чем я успеваю подумать: обхват, ритм, давление. Молоко звенит в подойник ровными струями.
— А вы думали, я вам кофе предложу и спрошу про хобби?
— Надеялась хотя бы на воду.
— Вода в кране, — говорит он серьёзно, без тени юмора, и я не могу понять, шутит он или правда так живёт: без пауз, без чая, без разговоров ни о чём.
Внутри коровника пахнет сеном, молоком и тёплым навозом — запах, знакомый мне с детства, запах, от которого у меня в груди становится немного легче, будто нашла точку опоры среди чужого холодного мира.
— Доить умеете? — спрашивает он, кивая на ближайшую корову.
— Умею.
— Аппаратом или руками?
— Обоими способами.
Он смотрит скептически, будто ждёт, что я сейчас начну оправдываться или юлить. Я усаживаю Мишу на охапку сена в углу, где посуше, накрываю кофтой, шепчу ему сидеть смирно, и подхожу к корове. Руки помнят движение раньше, чем я успеваю подумать: обхват, ритм, давление. Молоко звенит в подойник ровными струями.
❤️ЗАВЕРШЕНО! МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!❤️
— Бросай своего нищего, — жестко произносит босс. — Выходи за меня.
Я смотрю на Максима Александровича с ужасом.
— Это будет брак по расчету, — чеканит он. — Любовь — это сказка для бедных, Александра.
Я швырнула ему в лицо отказ. Я кричала, что не продаюсь, что люблю своего парня и никогда не предам наши пять лет отношений ради денег. Босс лишь усмехнулся и бросил в спину: «Приходи, когда разочаруешься».
Я была уверена, что этого никогда не случится. Я верила, что наша любовь - это навсегда.
Но любимый меня предал, растоптал мое сердце.
Что ж, босс, я приму ваше предложение. И выйду за вас замуж. Бывшему назло!
— Бросай своего нищего, — жестко произносит босс. — Выходи за меня.
Я смотрю на Максима Александровича с ужасом.
— Это будет брак по расчету, — чеканит он. — Любовь — это сказка для бедных, Александра.
Я швырнула ему в лицо отказ. Я кричала, что не продаюсь, что люблю своего парня и никогда не предам наши пять лет отношений ради денег. Босс лишь усмехнулся и бросил в спину: «Приходи, когда разочаруешься».
Я была уверена, что этого никогда не случится. Я верила, что наша любовь - это навсегда.
Но любимый меня предал, растоптал мое сердце.
Что ж, босс, я приму ваше предложение. И выйду за вас замуж. Бывшему назло!
- Стефания, хотите стать моей девушкой? - Суровый босс оглядывает меня с ног до головы.
Это что, шутка такая? Мужчина неземной красоты предлагает мне, пышечке, встречаться?! Вроде новый год на носу. А не 1 апреля!
- Простите, Роберт Викторович, я не поняла, – бормочу, чувствуя, как щеки краснеют.
- Мне нужна девушка. На время. Надеюсь, вы не подумали, что я всерьез рассматриваю вас как потенциальную…спутницу, – его губы слегка кривятся в снисходительной улыбке. – Я предлагаю вам СЫГРАТЬ эту роль.
***
Мне предстоит сыграть девушку босса перед его семьей. Провести семь дней рядом с чертовски обаятельным мужиком. Кажется, эта новогодняя неделя грозит стать самой незабываемой в моей жизни...
Это что, шутка такая? Мужчина неземной красоты предлагает мне, пышечке, встречаться?! Вроде новый год на носу. А не 1 апреля!
- Простите, Роберт Викторович, я не поняла, – бормочу, чувствуя, как щеки краснеют.
- Мне нужна девушка. На время. Надеюсь, вы не подумали, что я всерьез рассматриваю вас как потенциальную…спутницу, – его губы слегка кривятся в снисходительной улыбке. – Я предлагаю вам СЫГРАТЬ эту роль.
***
Мне предстоит сыграть девушку босса перед его семьей. Провести семь дней рядом с чертовски обаятельным мужиком. Кажется, эта новогодняя неделя грозит стать самой незабываемой в моей жизни...
Она — профессиональная актриса. Её задача — сыграть секретаршу и соблазнить генерального директора за один день. Заказчик платит баснословные деньги, сценарий прописан до каждой детали. Она уверена: это просто роль.
Он — холодный, властный босс, который не терпит ошибок. Но когда она входит в его кабинет, в его глазах мелькает что-то опасное. Слишком знакомое. Он сразу понимает, кто она и зачем пришла.
И вместо того чтобы разоблачить её, он начинает свою игру.
Он — холодный, властный босс, который не терпит ошибок. Но когда она входит в его кабинет, в его глазах мелькает что-то опасное. Слишком знакомое. Он сразу понимает, кто она и зачем пришла.
И вместо того чтобы разоблачить её, он начинает свою игру.
- Тоже мне, красавец, видела я таких как Вы… знаете где? – заявляю нагло.
- Миронова, ты соображаешь, что несешь? Я твой босс и ты просто обязана закрыть свой рот и молча ушуровать отсюда, - вижу, как он кипит и это меня еще больше раззадоривает.
- Дорогой и уважаемый босс, я бы с удовольствием избавилась от вашего общества, но именно вы отдали приказ сопровождать в этой командировке и прикидываться спутницей вашей распутной жизни, - небрежно швыряю в ответ.
- На свою голову, - рычит в мою сторону, - напомни, чтобы уволил тебя после возвращения.
- С удовольствием уволюсь сама, - шикаю в ответ. Достал!
- Миронова, ты соображаешь, что несешь? Я твой босс и ты просто обязана закрыть свой рот и молча ушуровать отсюда, - вижу, как он кипит и это меня еще больше раззадоривает.
- Дорогой и уважаемый босс, я бы с удовольствием избавилась от вашего общества, но именно вы отдали приказ сопровождать в этой командировке и прикидываться спутницей вашей распутной жизни, - небрежно швыряю в ответ.
- На свою голову, - рычит в мою сторону, - напомни, чтобы уволил тебя после возвращения.
- С удовольствием уволюсь сама, - шикаю в ответ. Достал!
Выхожу из кабинета, и в меня чуть не влетает секретарша.
— Артём Валерьевич, внизу женщина, очень просит вашей аудиенции, — произносит она.
— Королева-мать?
— Нет, конечно. Простая женщина. Но да, мать…
— Да хоть бабушка. Я спешу на встречу, о которой ты не напомнила! — рычу, потому что из-за помощницы теперь опаздываю.
Она принимается извиняться. Но не до этого. Внизу, возле охраны действительно вижу женщину. Из-за того, что её ребёнок орёт как потерпевший, не заметить её невозможно.
Уши закладывает моментально. Хочется поскорее уйти, что я и планирую. Но девица с крикуном перерезает мне путь.
Показывает мобильный с моей фотографией.
— Это вы? Артём Валерьевич Ш…
— Я, но автографы не раздаю.
— Стойте. Стойте! Вы не можете уйти.
Мне даже становится любопытно, почему это я и не могу.
— Кто ж меня остановит?
— Может то, что я родила от вас сына? — заявляет девушка, которую я точно вижу первый раз в жизни.
— Артём Валерьевич, внизу женщина, очень просит вашей аудиенции, — произносит она.
— Королева-мать?
— Нет, конечно. Простая женщина. Но да, мать…
— Да хоть бабушка. Я спешу на встречу, о которой ты не напомнила! — рычу, потому что из-за помощницы теперь опаздываю.
Она принимается извиняться. Но не до этого. Внизу, возле охраны действительно вижу женщину. Из-за того, что её ребёнок орёт как потерпевший, не заметить её невозможно.
Уши закладывает моментально. Хочется поскорее уйти, что я и планирую. Но девица с крикуном перерезает мне путь.
Показывает мобильный с моей фотографией.
— Это вы? Артём Валерьевич Ш…
— Я, но автографы не раздаю.
— Стойте. Стойте! Вы не можете уйти.
Мне даже становится любопытно, почему это я и не могу.
— Кто ж меня остановит?
— Может то, что я родила от вас сына? — заявляет девушка, которую я точно вижу первый раз в жизни.
Я открываю глаза и в первые секунды вообще не понимаю, где нахожусь.
— С Новым годом…
Медленно поворачиваю голову, и вот тут наступает полный коллапс нервной системы.
Под одеялом я совершенно без одежды. А в дверном проёме стоит Тимофей.
В смысле Тимофей Владимирович. Мой шеф.
Судорожно натягиваю на себя одеяло до самого носа, будто это поможет мне скрыться от реальности.
— Тимофей… — голос звучит хрипло, словно я всю ночь орала на рок‑концерте, — Владимирович, как я здесь оказалась?
— С Новым годом…
Медленно поворачиваю голову, и вот тут наступает полный коллапс нервной системы.
Под одеялом я совершенно без одежды. А в дверном проёме стоит Тимофей.
В смысле Тимофей Владимирович. Мой шеф.
Судорожно натягиваю на себя одеяло до самого носа, будто это поможет мне скрыться от реальности.
— Тимофей… — голос звучит хрипло, словно я всю ночь орала на рок‑концерте, — Владимирович, как я здесь оказалась?
Выберите полку для книги