Книги по тегу «властный герой»: ""
Вот теперь я узнаю голос. Поворачиваюсь, понимая, что он так и продолжает меня лапать, только теперь в движениях сквозит настоящая страсть.
– Убери руки! – требую я. – Камиль! Пусти!
– Замолчи, – бросает он, будто бы ему пришло в голову что-то более важное. – Эдик, а ты благодарен мне за спасение? Я сохранил тебе деньги, спас от подонков. Племяшку твою даже тронуть не успели.
– Очень, Камиль, изо всех сил благодарен.
– И готов расплатиться?
– Допустим. Что ты хочешь?
– Ее! – мужская рука ложится мне на голову, проходит по волосам, затем спускается на спину.
– Вы с ума посходили! Я с ним не пойду! – пытаюсь подняться. Камиль позволяет, но при этом прижимает к себе, проходит по мне жадными ладонями.
– Ее мать мне голову оторвет, – задумывается Эдик. – Но, с другой стороны, я ей земельный участок просто так передаю. Чего-то это да стоит. Забирай.
– Убери руки! – требую я. – Камиль! Пусти!
– Замолчи, – бросает он, будто бы ему пришло в голову что-то более важное. – Эдик, а ты благодарен мне за спасение? Я сохранил тебе деньги, спас от подонков. Племяшку твою даже тронуть не успели.
– Очень, Камиль, изо всех сил благодарен.
– И готов расплатиться?
– Допустим. Что ты хочешь?
– Ее! – мужская рука ложится мне на голову, проходит по волосам, затем спускается на спину.
– Вы с ума посходили! Я с ним не пойду! – пытаюсь подняться. Камиль позволяет, но при этом прижимает к себе, проходит по мне жадными ладонями.
– Ее мать мне голову оторвет, – задумывается Эдик. – Но, с другой стороны, я ей земельный участок просто так передаю. Чего-то это да стоит. Забирай.
— Ты предал меня, Миран! Твоя любовница беременная!
— И что в этом такого? — жесткое отвечает муж, закрывая мощной спиной свою подстилку. Его свирепый взгляд прикован к моему лицу. — Ты не смеешь что-то мне предъявлять. Знай свое место!
— Почему ты так со мной разговариваешь? Я не какая-то тряпка под твоими ботинками! — со слезами на глазах выдавливаю из себя.
— Ты будешь тряпкой, если я этого захочу! — впивается в меня его темный и пронизывающий душу взгляд.
Мой супруг требует организовать гендер-пати для него... и его новой пассии, которую он завел на стороне. Они хотят, чтобы я помогла им узнать пол их будущего ребенка, будучи сама в положении. Но мой муж ни за что об это не узнает!
— И что в этом такого? — жесткое отвечает муж, закрывая мощной спиной свою подстилку. Его свирепый взгляд прикован к моему лицу. — Ты не смеешь что-то мне предъявлять. Знай свое место!
— Почему ты так со мной разговариваешь? Я не какая-то тряпка под твоими ботинками! — со слезами на глазах выдавливаю из себя.
— Ты будешь тряпкой, если я этого захочу! — впивается в меня его темный и пронизывающий душу взгляд.
Мой супруг требует организовать гендер-пати для него... и его новой пассии, которую он завел на стороне. Они хотят, чтобы я помогла им узнать пол их будущего ребенка, будучи сама в положении. Но мой муж ни за что об это не узнает!
– Но я не смогу отдать такую сумму, – вздыхаю я.
– Серьезно? – усмехается Роман Денисович. – Это проблема?
– Еще какая! – отвечаю быстро, пока не передумала говорить. – И не единственная: меня из квартиры сегодня выставят за неуплату. Так что, если желаете – подавайте в суд. Пусть взыскивают, как устроюсь на следующую низкооплачиваемую и унизительную работу.
– Должность официантки тебя не устраивала? – Роман Денисович мечет молнии глазами.
– Форма эта дурацкая не устраивала. И когда пристают пьяные гости – тоже.
Ден подходит ко мне сзади.
– А когда я так делаю? – спрашивает он, задирая и без того короткую юбочку.
Парализует просто своим движением.
– Мне вот нравится твоя форма, – Роман Денисович встает с места, подходит ко мне и проводит пальцами по линии декольте.
– Пустите, я пойду.
– Нет, – Роман Денисович поднимает мое лицо за подбородок. – Ты нам должна. Предлагаю отработать.
Он целует меня. Ден тут же зажимает мои руки за спиной, а его ладонь скользит по моему животу..
– Серьезно? – усмехается Роман Денисович. – Это проблема?
– Еще какая! – отвечаю быстро, пока не передумала говорить. – И не единственная: меня из квартиры сегодня выставят за неуплату. Так что, если желаете – подавайте в суд. Пусть взыскивают, как устроюсь на следующую низкооплачиваемую и унизительную работу.
– Должность официантки тебя не устраивала? – Роман Денисович мечет молнии глазами.
– Форма эта дурацкая не устраивала. И когда пристают пьяные гости – тоже.
Ден подходит ко мне сзади.
– А когда я так делаю? – спрашивает он, задирая и без того короткую юбочку.
Парализует просто своим движением.
– Мне вот нравится твоя форма, – Роман Денисович встает с места, подходит ко мне и проводит пальцами по линии декольте.
– Пустите, я пойду.
– Нет, – Роман Денисович поднимает мое лицо за подбородок. – Ты нам должна. Предлагаю отработать.
Он целует меня. Ден тут же зажимает мои руки за спиной, а его ладонь скользит по моему животу..
Прикрыла глаза и обхватила голову руками. Я точно сошла с ума. Как такое возможно?
— Тогда у меня для тебя две новости, плохая и хорошая, с какой начать? — самодовольно усмехнулся здоровяк.
— С плохой, — обречённо пробормотала я.
— Наш мир не такой каким ты его всю жизнь знала, Таня, — скривился в ухмылке мой ночной кошмар и похититель.
— А какая тогда хорошая? — просипела я.
— Я не отдам тебя стае, а оставлю себе, — пожал плечами он и усмехнулся.
Случайно узнала, что в нашем мире есть существа, которые кажутся нам нереальными. Оборотни. Страшные и опасные двуликие полулюди. И я оказалась втянутой в их разборки.
Только он вступился за меня перед своими старейшинами и Альфой. Только он защищает меня от тех, кто охотится на меня саму. Только он заставляет моё сердце трепетать, и вовсе не от страха. Хочу ли я, чтобы он отпустил меня теперь?
— Тогда у меня для тебя две новости, плохая и хорошая, с какой начать? — самодовольно усмехнулся здоровяк.
— С плохой, — обречённо пробормотала я.
— Наш мир не такой каким ты его всю жизнь знала, Таня, — скривился в ухмылке мой ночной кошмар и похититель.
— А какая тогда хорошая? — просипела я.
— Я не отдам тебя стае, а оставлю себе, — пожал плечами он и усмехнулся.
Случайно узнала, что в нашем мире есть существа, которые кажутся нам нереальными. Оборотни. Страшные и опасные двуликие полулюди. И я оказалась втянутой в их разборки.
Только он вступился за меня перед своими старейшинами и Альфой. Только он защищает меня от тех, кто охотится на меня саму. Только он заставляет моё сердце трепетать, и вовсе не от страха. Хочу ли я, чтобы он отпустил меня теперь?
Я хочу родить ребенка и уйти в декрет. Проблема в том, что рожать мне придется от донора, а это очень недешево. Да и несколько лет после работать не смогу, так что мне нужны деньги. Много денег. Поэтому я готова потерпеть пренебрежительные взгляды босса, привыкшего видеть своей помощницей девушек помоложе и обладающих, мягко говоря, другими параметрами. Ничего, Дмитрий Александрович, сработаемся!
А там, может, и донор не понадобится…
А там, может, и донор не понадобится…
– Мась, а если твоя жена всё узнает? – сладко шепчет. – Она же… тётка старая, а они все истерички, – хихикает.
– Не забивай себе головку, – усмехается муж. – У нас с Владой давно ничего нет. Тощая, снулая, как селёдка. Не за что мужику подержаться.
Сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в ладони.
– Но ты поцеловал сегодня свою тётку! – дуется. – Я ревновала, мась.
– Это – игра на публику, – отзывается муж. – Не переживай, Дашенька. Влада любит меня, как кошка. Она всё проглотит и продолжит пахать, а мы с тобой – пользоваться всеми благами, которые заработаем, благодаря её золотым ручкам… – и добавляет низким похотливым голосом: – Я очень по тебе соскучился…
После двадцати лет брака муж без памяти влюбился в молодую девицу. Я хочу развод, но в нашей ювелирной мастерской я делаю модели всех заказов. Как цинично сказал муж:
«Кто захочет отпускать курицу, несущую золотые яйца?»
Но я вырвусь и не дам себя в обиду. Тем более что муж уже перешёл все границы!..
– Не забивай себе головку, – усмехается муж. – У нас с Владой давно ничего нет. Тощая, снулая, как селёдка. Не за что мужику подержаться.
Сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в ладони.
– Но ты поцеловал сегодня свою тётку! – дуется. – Я ревновала, мась.
– Это – игра на публику, – отзывается муж. – Не переживай, Дашенька. Влада любит меня, как кошка. Она всё проглотит и продолжит пахать, а мы с тобой – пользоваться всеми благами, которые заработаем, благодаря её золотым ручкам… – и добавляет низким похотливым голосом: – Я очень по тебе соскучился…
После двадцати лет брака муж без памяти влюбился в молодую девицу. Я хочу развод, но в нашей ювелирной мастерской я делаю модели всех заказов. Как цинично сказал муж:
«Кто захочет отпускать курицу, несущую золотые яйца?»
Но я вырвусь и не дам себя в обиду. Тем более что муж уже перешёл все границы!..
– Вот так просто ты перечеркнул семнадцать лет нашего брака? – тяжело дышу.
– Ты прекрасно знаешь, кого я любил все эти годы, – отвечает холодно.
– Алёна, да?
– Она дала мне зелёный свет. Я не могу упустить этот шанс. Алёна… беременна. От меня.
– То есть пока я переживала очередной перенос, ты развлекался со своей Алёной? – спрашиваю вкрадчиво.
– Да! – смотрит с вызовом. – Все эти подготовки, гормоны. Так не должно быть.
– А как надо? – усмехаюсь. – Перепихнуться с чужим мужиком и залететь?
– Чёрт побери, да! – взрывается. – И вообще: я хочу детей. Но не с тобой.
Хватаю миску с фаршем и вываливаю её на мужа. А следом хлещу его по лицу петрушкой.
Муж ушёл к своей беременной первой любви, а я собирала себя по кусочкам после развода.
Но через полтора года бывший внезапно притащился ко мне и заявил, что хочет обратно!
А мне сейчас вообще не до него!
– Ты прекрасно знаешь, кого я любил все эти годы, – отвечает холодно.
– Алёна, да?
– Она дала мне зелёный свет. Я не могу упустить этот шанс. Алёна… беременна. От меня.
– То есть пока я переживала очередной перенос, ты развлекался со своей Алёной? – спрашиваю вкрадчиво.
– Да! – смотрит с вызовом. – Все эти подготовки, гормоны. Так не должно быть.
– А как надо? – усмехаюсь. – Перепихнуться с чужим мужиком и залететь?
– Чёрт побери, да! – взрывается. – И вообще: я хочу детей. Но не с тобой.
Хватаю миску с фаршем и вываливаю её на мужа. А следом хлещу его по лицу петрушкой.
Муж ушёл к своей беременной первой любви, а я собирала себя по кусочкам после развода.
Но через полтора года бывший внезапно притащился ко мне и заявил, что хочет обратно!
А мне сейчас вообще не до него!
— Кто эта женщина? Скажи мне! — я подхожу ближе и бью мужа ладонью в грудь.
Внутри разгорается адово пламя, которое затягивает меня все глубже.
— Моя любимая! — спокойно отвечает Хасан.
— Любовница? — боль скручивает мне все внутренности.
— Моя любимая женщина! — чеканит каждое слово муж. — И теперь она будет жить со мной!
— Ты сошел с ума? — произношу на одном лишь выдохе. — Я твоя жена! Ты не можешь...
— Теперь могу! — перебивает меня Хасан. — Ясмина — ты навязанная жена. А Айлин... Она — любимая!
Внутри разгорается адово пламя, которое затягивает меня все глубже.
— Моя любимая! — спокойно отвечает Хасан.
— Любовница? — боль скручивает мне все внутренности.
— Моя любимая женщина! — чеканит каждое слово муж. — И теперь она будет жить со мной!
— Ты сошел с ума? — произношу на одном лишь выдохе. — Я твоя жена! Ты не можешь...
— Теперь могу! — перебивает меня Хасан. — Ясмина — ты навязанная жена. А Айлин... Она — любимая!
- Вон пошла. Быстро. Никаких контактов с моей семьёй, поняла? Узнаю – мало не покажется. Чтобы я больше тебя не видел. Нигде. Никогда.
- Это моя страна, и мой город. Не хочешь меня видеть – вали в свой аул, горец! Захочу – завтра вся столица будет в моих плакатах. Придётся кому-то выколоть глаза!
- Что ты сказала?
- Что слышал, Тагир. Я тебя не боюсь. Я тебя презираю. Ты для меня никто.
Я ушла. Гордо. Волосы назад.
Ушла и унесла тайну, о которой он не должен был узнать.
Я родила двойню, мальчика и девочку, но мальчик умер в роддоме. Я еле оправилась от жуткой трагедии, жила ради своей малышки.
Не думала, что когда-нибудь мне придётся встретиться с её отцом и узнать страшную правду.
- Мой Адам – твой сын…
- Это моя страна, и мой город. Не хочешь меня видеть – вали в свой аул, горец! Захочу – завтра вся столица будет в моих плакатах. Придётся кому-то выколоть глаза!
- Что ты сказала?
- Что слышал, Тагир. Я тебя не боюсь. Я тебя презираю. Ты для меня никто.
Я ушла. Гордо. Волосы назад.
Ушла и унесла тайну, о которой он не должен был узнать.
Я родила двойню, мальчика и девочку, но мальчик умер в роддоме. Я еле оправилась от жуткой трагедии, жила ради своей малышки.
Не думала, что когда-нибудь мне придётся встретиться с её отцом и узнать страшную правду.
- Мой Адам – твой сын…
— Хузяева! Есть кто дома? — слышу с улицы детские голоса. — Отклывайте сколее! Это к вам суседки-бандитьки плишли!
Ах ты ж… флешку мне в разъём для видеокарт!
Я чуть кружку с кофе не роняю!
Не успеваю выйти с кухни, снова слышу крик:
— Дядя злодей, выходите сколее, а то вашу машину чичас местная живность угонит!
Какая ещё живность? Куда угонит?
Я только новую машину купил!
Рычу в ярости, вылетаю из дома и… вижу на улице двух рыжих девчушек, а на моей машине…
— Какого ху…дожника? Это кто устроил? Где ваши родители! Будете у меня все до пенсии малину собирать и ремонт отрабатывать, а родителей ваших ждёт…
Две этих рыжих бандитки в колготках повредили мою машину, хоть и говорят, что не виноваты. Заставляю меня отвести к их маме, но даже не догадываюсь, что встреча с девушкой откроет самые страшные тайны прошлого, а эти маленькие хулЮганки изменят мою жизнь навсегда…
Ах ты ж… флешку мне в разъём для видеокарт!
Я чуть кружку с кофе не роняю!
Не успеваю выйти с кухни, снова слышу крик:
— Дядя злодей, выходите сколее, а то вашу машину чичас местная живность угонит!
Какая ещё живность? Куда угонит?
Я только новую машину купил!
Рычу в ярости, вылетаю из дома и… вижу на улице двух рыжих девчушек, а на моей машине…
— Какого ху…дожника? Это кто устроил? Где ваши родители! Будете у меня все до пенсии малину собирать и ремонт отрабатывать, а родителей ваших ждёт…
Две этих рыжих бандитки в колготках повредили мою машину, хоть и говорят, что не виноваты. Заставляю меня отвести к их маме, но даже не догадываюсь, что встреча с девушкой откроет самые страшные тайны прошлого, а эти маленькие хулЮганки изменят мою жизнь навсегда…
Выберите полку для книги