Книги по тегу «властный герой»: ""

― Сазонову я заплатила за консультацию по расширению бизнеса вне страны, ― почему-то решаю пояснить. ― Между нами ничего не было. Это ваши личные разборки, и мне даже неинтересно, что он там тебе наплёл.
Меня вообще всё это касаться не должно... Я прямо сейчас должна поставить точку в этой странной истории и уйти наконец отсюда.
Уж точно не думать о том, что будет теперь, когда Дмитрий это знает. И это после того, как успел покататься на мощных эмоциях ко мне, уверенный, что я с кем-то другим.
Но он внезапно говорит другое. Прямо-таки требует на выдохе низким голосом:
― Докажи.
― С какой стати? ― выпаливаю тут же, чувствуя, как тело пробирает дрожь. Слишком много чувственности было в этом его приказе, который звучал скорее как просьба...
Как потребность, не откликнуться на которую прямо-таки сложно.
― Докажи, что он тебя не трогал, ― как не слыша меня, на грани шёпота просит-требует Дмитрий.

***
Он опасен и одержим мной. Повод держаться подальше? Легко сказать...

Лондон, 1881 год. Адриан Райвен, граф Райвен — суровый затворник с пугающим шрамом на лице и невыносимым характером. Он пишет скандальные мемуары, чтобы разоблачить предателей в Парламенте, но от него сбежали все секретари.
Анна Кингстон — дочь кембриджского профессора, оставшаяся без гроша в кармане, но с убийственным сарказмом в арсенале. Мрачный замок Грейстоун-холл её не пугает. Он пытается её запугать — она хладнокровно отвечает колкостями.
Когда светские враги графа решают уничтожить репутацию Анны, Адриан принимает безумное решение: объявить помощницу своей невестой. Их фиктивный брак — лишь сделка на один год ради мести и безопасности. Но как следовать условиям контракта, если в карете по дороге в Лондон между ними вспыхивает настоящее пламя? Война характеров объявлена, и пэру Англии придется очень постараться, чтобы заслужить любовь своей невыносимой графини.

Смотрю на свою тачку и не верю глазам, она вся усыпана кучей блёсток и розовыми перьями. На боковой двери с водительской стороны красуется огромными буквами слово «козёл»— написанное розовым баллончиком. Обхожу тачку и, заржав в голос, достаю телефон, чтоб сделать селфи на фоне милого послания на лобовухе –«поцелуй меня в пачку!».
- Ты обидел Барби?— ржёт в голос друг.
- Если б,— хмыкнул я, убирая телефон.
В пачку говоришь?— повторяю про себя. Ну что же, Чертёнок, ты сама мне кинула этот вызов. Найду и поцелую. И не только в пачку!
***
Как избавиться от нагловатого мажора, который решил, что я должна провести с ним ночь? Я думала, что у меня получилось, вот только он оказался очень упёртым парнем. И теперь я вынуждена врать братьям, чтоб спасти его дурную голову! Но врать я привыкла, проблема в другом... Как мне в него не влюбиться?

Он сломал меня, чтобы собрать заново, сделав идеальной куклой для своей больной игры. Он называет меня Птичкой, запер в клетке и кормит с рук. Моя жизнь полностью зависит от хозяина.
Сначала я молилась, чтобы он не заметил меня, а потом стала ждать его похвалы.
Говорят, жертвы влюбляются в своего палача. Это неправда! Не влюбляются. Я просто потеряла себя и стала той, которой он хочет меня видеть. Ради того чтобы выжить в этом аду. Другого пути выйти из Эдема нет!
Игра не закончена. Я просто вышла на новый уровень и стала хоть и дорогой, но декорацией этого ужасного места.
Предупреждения:
Игры на выживание.
Изоляция от внешнего мира.
Принуждение.
Психологическое давление.
Стокгольмский синдром.
Герой — жестокий и циничный псих.
ХЭ.

- Одевайтесь.
- Уверены?
- Да, на сегодня всё, - прячусь за мольбертом в попытке хоть немного унять внутренний раздрай.
Уже больше двух часов в этом состоянии. Воздух в студии наэлектризован до предела. Духота жуткая. Даже с открытыми окнами. Внутри всё пылает, тело затекло, в горле - пустыня.
Пощады! Но кто ж мне её даст?! Точно не тот, кого я, упрямо игнорируя свое состояние, пытаюсь рисовать с натуры.
- Покажете, что получилось?
Опять этот мужчина за своё-ё-ё...Так и не послушался меня.
- Я не закончила. А пока картина не... - мямлю, не в силах оторвать взгляд от оригинала того, наброски чего только что делала.
- Хорошо всё рассмотрели? Почему сразу не сказали, что у вас проблемы со зрением? Я бы раньше подошёл. Или сел поближе.
- Куда уж ближе? - бормочу, нервно сглатывая.
- Смотрю, с пропорциями тоже промахнулись. Эта часть заметно меньше, чем должна быть, - тычет в мой рисунок.
- Издеваетесь?
- Нет, совершенно серьезно! Сейчас покажу.
Нет! Только не...
- Вот!

Его сторонятся все... но почему? Обычный парень, просто замкнутый... как я.
И мне становится страшно, когда на руке проявляется метка... и начинаю меняться сама...
Что вообще происходит, и почему постоянно хочется выть на луну?

Простой московский фельдшер Елена умирает от остановки сердца, и оказывается посреди магического леса, где обнаруживает тяжело раненого дракона Рейнара ван Дастена - опального генерала Империи. Его обвинили в измене, лишили почти всех магических сил и спустили по его следу Инквизицию со сворой Гончих.
Чтобы выжить самой и не дать истечь кровью ему, Лене придется применить свои навыки: ставить катетеры без жгута, греть ледяного генерала собственным телом на промерзшей земле и вправлять кости под рычание пробуждающегося зверя.
Их путь лежит к границе земель графа де Варга — единственного человека в Империи, который может дать им укрытие. Но по пятам уже идут Верховные Жрецы, а собственное сердце Елены начинает давать сбой от непосильных нагрузок. Чтобы спасти её жизнь, Рейнару придется вернуть украденную силу, совершить запретный ритуал крови и превратить смертного медика в в свою истинную пару, навсегда связав их души вместе.

Нура хромает с семнадцати лет — и давно смирилась, что такую, как она, никто не выберет. Пока отец не задолжал главе горного клана. За ней приезжает сам Халид Даудов — забрать долг. Забрать её.
— Ты боишься меня, — говорит он.
— Нет.
— Врёшь. Но ничего. Врёшь — значит, живая. Значит, будешь драться. Это мне в тебе нравится больше всего.
Он не обещает нежности. Он обещает то, что страшнее: сделать так, чтобы она сама захотела остаться. Брак по расчёту, который превращается в одержимость. Мужчина, для которого чужая слабость — не повод отвернуться, а повод подойти ближе и не отпускать. Если любите властных героев, которые не спрашивают разрешения, — эта книга для вас.

Жизнь Анны представляла собой диссертацию, микроскоп и твердое желание убедиться в том, что волки обладают биохимической эмпатией.
Жизнь Рагнара — двести лет одиночества, власть над Северными землями и война с волками Юга.
Когда портал из лаборатории переносит Анну в мир двух лун, ее научная картина мира разбивается вдребезги о клыки Альфы, который видит в ней свою истинную пару — ту единственную, чье имя выжжено на его душе самой судьбой.
То же самое чувствует и Анна, и с каждой ночью грань между ненавистью и одержимостью стирается, а связь истинной пары начинает пульсировать в её венах, разрушая последние барьеры разума.
Добро пожаловать в стаю, девочка.

– Догони! Догони! – Заливался смехом один из двойняшек. Второй мчался следом.
Пока оба они, паровозиком, не врезались в босса. Телефон выпал из его рук, с треском ударяясь о кафель.
Роберт остановился, непонимающе оглядывая двух сорванцов.
А мое сердце замедлилось, чтобы через миг остановиться совсем.
Шеф оторопел на секунду, присел на корточки, и впервые в жизни посмотрел на наших с ним сыновей:
– Пацаны, вы чьи? И почему вы тут носитесь? Где ваша мама?
Те боязливо втянули головы в плечи.
– Мама та-ам… – протянул виновато Митяй. А Мишка махнул рукой себе за спину.
Роберт поднял свой взгляд, встречаясь с моими. И темные омуты глаз за секунду налились немой яростью. Сделались острыми как скальпель врача. Не жалея, резали мое бедное сердце в ошметки.

***
В прошлом у нас короткий взрывоопасный роман. Две полоски на тесте. И его бессердечное: «Сделай аборт».
А в настоящем… Пропасть из двух лет молчания. И двое общих детей, которых я сохранила в секрете.