Книги по тегу «властный герой»: ""
— Тебя не учили, что врать нехорошо? — склонив голову набок, холодно произносит, медленно опуская взгляд на мой внушительный живот. — Мой!
Накрываю руками, словно это может помочь. Хочу скрыться от него. От этих жгучих, прожигающих до самого нутра глаз.
— Нет. Макс. Это… ошибка…
— Ошибкой было скрывать наследника от меня. Я забираю вас, а после его рождения, возможно… — он делает паузу, заставляя нервы натянуться с новой силой. — Оставлю тебя няней.
Он тот, с кем я провела ночь. Тот, кто лишил меня невинности. Тот, кто утром сказал, что ошибся и ничего не помнит. Зато я помнила все…
Накрываю руками, словно это может помочь. Хочу скрыться от него. От этих жгучих, прожигающих до самого нутра глаз.
— Нет. Макс. Это… ошибка…
— Ошибкой было скрывать наследника от меня. Я забираю вас, а после его рождения, возможно… — он делает паузу, заставляя нервы натянуться с новой силой. — Оставлю тебя няней.
Он тот, с кем я провела ночь. Тот, кто лишил меня невинности. Тот, кто утром сказал, что ошибся и ничего не помнит. Зато я помнила все…
— Я влюбился в неё, понимаешь? У нас отношения уже несколько месяцев.
Слова мужа бьют наотмашь.
Молча слушаю его.
Не задаю вопросов. Просто медленно умираю.
— Я больше не могу так жить, — решительно произносит Никита. — Я ухожу, Лиль.
— Почему ты не сказал мне этого раньше? — спрашиваю я, с трудом выдавливая из себя слова.
Слезы подступают к горлу, душат, но я приказываю себе не проявлять слабость.
— Мне было тебя жалко, — отвечает муж, и его слова добивают меня окончательно. — Я знал, что ты без меня не сможешь. Ты никто без меня, Лиль. Думаю, мы оба это понимаем.
Эта фраза, брошенная мужем год назад, раздробила меня на осколки. Он ушел, оставив меня с кровоточащей раной в сердце. Целый год я строила себя заново, пытаясь доказать, что способна жить без него. Но встреча с Никитой спустя год переворачивает всё с ног на голову. Один лишь взгляд, и я понимаю: еще не забыла. Прошлое застает меня врасплох, и личный ад начинается снова.
Слова мужа бьют наотмашь.
Молча слушаю его.
Не задаю вопросов. Просто медленно умираю.
— Я больше не могу так жить, — решительно произносит Никита. — Я ухожу, Лиль.
— Почему ты не сказал мне этого раньше? — спрашиваю я, с трудом выдавливая из себя слова.
Слезы подступают к горлу, душат, но я приказываю себе не проявлять слабость.
— Мне было тебя жалко, — отвечает муж, и его слова добивают меня окончательно. — Я знал, что ты без меня не сможешь. Ты никто без меня, Лиль. Думаю, мы оба это понимаем.
Эта фраза, брошенная мужем год назад, раздробила меня на осколки. Он ушел, оставив меня с кровоточащей раной в сердце. Целый год я строила себя заново, пытаясь доказать, что способна жить без него. Но встреча с Никитой спустя год переворачивает всё с ног на голову. Один лишь взгляд, и я понимаю: еще не забыла. Прошлое застает меня врасплох, и личный ад начинается снова.
"Он — грех, на который я готова пойти. Властный, зрелый, невероятно сексуальный. Он — отец моего жениха. И он смотрит на меня так, будто я уже принадлежу ему…"
А что выбрала бы ты — безопасную любовь или запретную страсть, что сожжёт дотла?
А что выбрала бы ты — безопасную любовь или запретную страсть, что сожжёт дотла?
Сколько себя помню, я была влюблена в сына лучшего друга отца.
Теряла дар речи, находясь рядом с ним, глупо краснела и заикалась.
Он никогда не обращал на меня внимания.
Я уехала учиться заграницу на шесть лет, а когда вернулась, поняла, что мои чувства никуда не делись.
Одного взгляда на Руслана было достаточно, чтобы сердце бешено заколотилось.
Я снова почувствовала себя ребёнком, который разучился говорить и мямлит что-то невнятное.
Руслан стал мужчиной, красивым и обаятельным. И самое главное, он заметил меня.
Самым большим подарком для меня стало его предложение.
Казалось, что я самая счастливая девушка в мире.
Казалось…
Настоящая правда открылась мне только после нашей регистрации.
Он изменил мне на нашей же свадьбе с моей лучшей подругой.
Я никогда не была ему интересна, и тот, кого я люблю больше жизни оказался, грязным подонкомподонком.
Теряла дар речи, находясь рядом с ним, глупо краснела и заикалась.
Он никогда не обращал на меня внимания.
Я уехала учиться заграницу на шесть лет, а когда вернулась, поняла, что мои чувства никуда не делись.
Одного взгляда на Руслана было достаточно, чтобы сердце бешено заколотилось.
Я снова почувствовала себя ребёнком, который разучился говорить и мямлит что-то невнятное.
Руслан стал мужчиной, красивым и обаятельным. И самое главное, он заметил меня.
Самым большим подарком для меня стало его предложение.
Казалось, что я самая счастливая девушка в мире.
Казалось…
Настоящая правда открылась мне только после нашей регистрации.
Он изменил мне на нашей же свадьбе с моей лучшей подругой.
Я никогда не была ему интересна, и тот, кого я люблю больше жизни оказался, грязным подонкомподонком.
Он выгнал меня, и я поклялась, что никогда не вернусь. Пять лет я училась жить без него, растила нашу дочь и прятала обиду всё глубже – будто жила, затаив дыхание. Но иногда взгляд сильнее клятв — и теперь я должна решить, готова ли снова открыть сердце тому, кто однажды его разбил.
***
Я прожил полжизни, пряча любые чувства за коркой льда. Потеряв её, я потерял всё. Теперь у меня только одна цель: вернуть её, доказать, что я могу быть другим. Но что делать, если прошлое не отпускает, а вернуть доверие — самое трудное испытание?
***
Я прожил полжизни, пряча любые чувства за коркой льда. Потеряв её, я потерял всё. Теперь у меня только одна цель: вернуть её, доказать, что я могу быть другим. Но что делать, если прошлое не отпускает, а вернуть доверие — самое трудное испытание?
МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА ТОЛЬКО ПЕРВЫЕ ДНИ
— Я подам на развод.
Мой муж говорит страшные слова кому-то по телефону. Дрожь пробирает до кончиков пальцев.
— За месяц закрою вопрос. Готовь документы.
Едва дышу, закрыв рот двумя руками. Скольжу на пол, прислонившись затылком к дверному косяку. Шелковый халат собирается гармошкой, холодное дерево морозит кожу.
В голове не умещается.
Какой развод?
Я же просто шла попить. Последнее время часто просыпаюсь посреди ночи. Увидела свет в кабинете мужа, пошла его поддержать. Максим часто работает допоздна.
— Я сделаю всё для благополучия своих детей.
Его голос смягчается. Максим меня не видит. Я в коридоре, слышу происходящее. И каждое слово ударяет прямо в сердце.
Дети.
Голова идет кругом. У Максима есть дети?
Вступай в группу автора! https://vk.com/gera_liders
— Я подам на развод.
Мой муж говорит страшные слова кому-то по телефону. Дрожь пробирает до кончиков пальцев.
— За месяц закрою вопрос. Готовь документы.
Едва дышу, закрыв рот двумя руками. Скольжу на пол, прислонившись затылком к дверному косяку. Шелковый халат собирается гармошкой, холодное дерево морозит кожу.
В голове не умещается.
Какой развод?
Я же просто шла попить. Последнее время часто просыпаюсь посреди ночи. Увидела свет в кабинете мужа, пошла его поддержать. Максим часто работает допоздна.
— Я сделаю всё для благополучия своих детей.
Его голос смягчается. Максим меня не видит. Я в коридоре, слышу происходящее. И каждое слово ударяет прямо в сердце.
Дети.
Голова идет кругом. У Максима есть дети?
Вступай в группу автора! https://vk.com/gera_liders
ЗАВЕРШЕНО. НИЗКАЯ ЦЕНА.
Мое сердце танцевало от счастья. Я парила в восторге.
Он был моей всепоглощающей, безумной любовью и… моей роскошной тюрьмой. Пока его ответ не уронил меня в бездну.
– С чего я должен на тебе жениться, Катерина? Для семейной жизни мы слишком разные…
Его безжалостная прямота разбила меня.
– Катя, зачем тебе отношения, в которых ты не будешь чувствовать себя комфортно? В качестве любовника я куда менее требователен.
Его ответ стал для меня ключом – жестоким, но освобождающим. Только…
В тот момент я и подумать не могла, что все может пойти иначе…
Мое сердце танцевало от счастья. Я парила в восторге.
Он был моей всепоглощающей, безумной любовью и… моей роскошной тюрьмой. Пока его ответ не уронил меня в бездну.
– С чего я должен на тебе жениться, Катерина? Для семейной жизни мы слишком разные…
Его безжалостная прямота разбила меня.
– Катя, зачем тебе отношения, в которых ты не будешь чувствовать себя комфортно? В качестве любовника я куда менее требователен.
Его ответ стал для меня ключом – жестоким, но освобождающим. Только…
В тот момент я и подумать не могла, что все может пойти иначе…
- Я ходила с подругами в боулинг.
- Даже так, какая ты молодец! - сказал он и допил бокал. Отставил его на столик и поднялся.
- Ты, наверное, голоден? Нужно было мне позвонить, я бы сразу же прибежала домой.
- Прибежала? Звучит заманчиво. Значит, личный водитель тебя уже не устраивает?
- Ус...траи…вает.
- Но ты хочешь сама? Бегом? Интересно! - он неспеша шел на меня. Словно хищник, готовящийся к прыжку.
- Устраивает. Так ты голоден?
- Отослала водителя, охрану. Не боишься гулять одна, родная? - спросил он.
- Я была с подругами, у них тоже охрана.
- Значит их охрана лучше, чем наша?
- Я не это имела в виду.
- Да? Странно. Так как отдохнула?
- Хорошо, - тихо сказала я. Он подошел ко мне вплотную. Я сжалась в комок, не зная чего ожидать.
- Даже так, какая ты молодец! - сказал он и допил бокал. Отставил его на столик и поднялся.
- Ты, наверное, голоден? Нужно было мне позвонить, я бы сразу же прибежала домой.
- Прибежала? Звучит заманчиво. Значит, личный водитель тебя уже не устраивает?
- Ус...траи…вает.
- Но ты хочешь сама? Бегом? Интересно! - он неспеша шел на меня. Словно хищник, готовящийся к прыжку.
- Устраивает. Так ты голоден?
- Отослала водителя, охрану. Не боишься гулять одна, родная? - спросил он.
- Я была с подругами, у них тоже охрана.
- Значит их охрана лучше, чем наша?
- Я не это имела в виду.
- Да? Странно. Так как отдохнула?
- Хорошо, - тихо сказала я. Он подошел ко мне вплотную. Я сжалась в комок, не зная чего ожидать.
— Что я должна сделать, чтобы вы меня отпустили? — едва слышно спрашиваю я.
— На Кавказе не принято торговаться, девочка, — спокойно и холодно отвечает Бугай, делая шаг ближе и медленно, без малейшего стеснения рассматривая меня с головы до ног. — Хотя знаешь… я передумал, — усмехается он неожиданно мягко, отчего страх только усиливается.
— О чём? — шепчу я, почти задыхаясь от паники.
Он приближается вплотную, вынуждая меня прижаться к стене, и негромко произносит:
— Раздевайся. Покажи, на что ты готова пойти ради своей свободы…
— На Кавказе не принято торговаться, девочка, — спокойно и холодно отвечает Бугай, делая шаг ближе и медленно, без малейшего стеснения рассматривая меня с головы до ног. — Хотя знаешь… я передумал, — усмехается он неожиданно мягко, отчего страх только усиливается.
— О чём? — шепчу я, почти задыхаясь от паники.
Он приближается вплотную, вынуждая меня прижаться к стене, и негромко произносит:
— Раздевайся. Покажи, на что ты готова пойти ради своей свободы…
— Ну, раз ты всё знаешь… Что ж. Может, это и к лучшему. А ты никогда не думала, Наташа, почему так получилось?
Я молчала. Я знала, что сейчас будет. Обвинения.
— Я прихожу домой, — начал он тихим, трагическим голосом, — а что я вижу? Вечно уставшую жену с кислым лицом. Дом, в котором нет радости. Алиса... она просто дала мне глоток воздуха.
— То есть, если я правильно поняла, — сказала я ровным, почти безразличным тоном, — в том, что ты несколько месяцев врал мне в лицо, изменял мне и поливал меня грязью за моей спиной, виновата я. Потому что не носила красивое белье и не смотрела на тебя с восхищением.
Мой спокойный тон вывел его из себя.
— Ты всё упрощаешь! — рявкнул он.
— Нет, Алексей. Это я, кажется, впервые всё поняла. И я так жить больше не хочу.
— Ты никуда не денешься, — прошипел он мне в лицо. — Ты без меня никто. Пустое место. А о Лизе ты подумала? Я докажу в любом суде, что ты неуравновешенная мать. У меня лучшие адвокаты. А что у тебя? Ничего. Я заберу у тебя Лизу.
Я молчала. Я знала, что сейчас будет. Обвинения.
— Я прихожу домой, — начал он тихим, трагическим голосом, — а что я вижу? Вечно уставшую жену с кислым лицом. Дом, в котором нет радости. Алиса... она просто дала мне глоток воздуха.
— То есть, если я правильно поняла, — сказала я ровным, почти безразличным тоном, — в том, что ты несколько месяцев врал мне в лицо, изменял мне и поливал меня грязью за моей спиной, виновата я. Потому что не носила красивое белье и не смотрела на тебя с восхищением.
Мой спокойный тон вывел его из себя.
— Ты всё упрощаешь! — рявкнул он.
— Нет, Алексей. Это я, кажется, впервые всё поняла. И я так жить больше не хочу.
— Ты никуда не денешься, — прошипел он мне в лицо. — Ты без меня никто. Пустое место. А о Лизе ты подумала? Я докажу в любом суде, что ты неуравновешенная мать. У меня лучшие адвокаты. А что у тебя? Ничего. Я заберу у тебя Лизу.
Выберите полку для книги