Книги по тегу «властный герой»: ""

- Пап, ты свою пассию вообще не прячешь что ли?! – долетает до меня голос дочки, - так нельзя! А что если мать вас застукает?!
Чуть не роняю стаканчик с кофе, сжимаю его так сильно, что горячая жидкость обжигает пальцы, но я не чувствую!
Всецело замираю, когда слышу ответ мужа:
- Я как-нибудь сам разберусь, без твоих советов, Кнопка.
Дочь закатывает глаза и морщит губы:
- Ну я предупредила. А то… маман, если узнает, устроит тебе истерику, а может и на развод подаст, придется бизнес делить… Да и мне не хочется., чтобы на нервы капали. Так что…
- Я понял, - скупо отвечает муж, а у меня все внутри обрывается, когда он продолжает холодно, - развод – это последнее чего хочу… Меня все устраивает и так…

Я услышала разговор мужа и дочери. Перечеркнула двадцать лет брака и подала на развод, чтобы начать жизнь с чистого листа, но… однажды предатель вновь появляется в моей жизни и требует второй шанс…

– С мужиками в баню, говоришь, Толик? – я кивнула в сторону Насти. – А это кто? Новый банщик?
Муж побледнел. Он сдвинулся в сторону, пытаясь загородить секретаршу своим телом.
А ее усмешка стала еще шире, еще наглее.
– Да, Яночка, всё верно. Мы с твоим мужем паримся тут. Вдвоем. И занимаемся еще кое-чем приятным. Но тебе, дорогая, не понять. Толя тебя сколько времени уже не касался?
Я посмотрела на нее – эту голую, наглую куклу, которая уже мысленно переезжала на мое место.
И ароматный дубовый веник в моей руке внезапно стал легким, как перышко.
– Сколько Толя меня не касался? – переспросила я тихо. – Это не так важно. Куда интереснее то, что я сейчас коснусь тебя. Эта штука, говорят, отлично выбивает дурь.
И, глядя в ее перекосившееся лицо, я резко занесла веник.

Я бежала прочь, сломленная и униженная, я клялась мысленно, что он заплатит за мою боль.
И тем же вечером увидела на тесте две полоски.
Две полоски от предателя.

Я вошла в его кабинет, чтобы умолять о помощи. А вышла оттуда его собственностью. У него есть власть, чтобы диктовать условия. Я ненавижу его за эту сделку. Но почему его прикосновения заставляют мое тело предавать меня?»

— Ты теперь моя девочка. Моя сладкая девочка. И я буду решать, что для тебя хорошо.

Мой отец доверил меня своему лучшему другу, а тот превратил меня в свою сладкую грешницу. Теперь я живу в мире, где его власть – мой единственный закон, а его прикосновения – и наказание, и награда. Я знаю, что это неправильно, но я больше не могу и не хочу представлять себе жизнь без него. Он друг моего отца и моя единственная одержимость.

— Идти сможешь?
— Смогу, но не хочу, — говорю абсолютно честно.
— Ты меня провоцируешь? — вскидывает бровь он.
— Ещё не решила.
— Решай быстрее, княжна, — фыркает Колдун, подхватывая меня на руки. — Ты почти израсходовала все шансы, в которых я “не понимаю”, что ты имеешь в виду.
— Сколько конкретно шансов осталось? — уточняю я, чтоб считать было удобнее.
— Уже на один меньше.
— А что будет, когда шансы закончатся?
— Ещё на один меньше, — хмыкает Колдун.
— Нет, ну всё же? — касаюсь его щеки, поворачиваю к себе его голову. — Что будет потом?
— Показать? — он входит в большую кухню и вдруг садит меня стол-остров.
— Давай тизер.

Влезла в антикварную лавку и оказалась в центре бандитского водоворота! Ситуация, конечно, страшная, но ещё это отличный повод наладить личную жизнь. Мужик он, конечно, нервный, но хороший. Или нет?

На ринг... нет, не просто поднимается, а ВЫЛЕЗАЕТ маленькое существо в розовой куртке. Ребенок! Девочка лет пяти, с косичками торчком и решительным выражением лица, которое могло бы позавидовать любому генералу.
Охрана пытается ее остановить, но малышка уворачивается с ловкостью, достойной мастера боевых искусств. Она пролезает между ног удивленных секьюрити, ныряет под протянутыми руками и со всех ног бежит ко мне.
Толпа замирает. Тишина повисает в воздухе как туман над болотом.
А девочка подбегает ко мне, поднимает голову (боже мой, эти глаза... голубые, как у...) и выдает фразу, от которой у меня подкашиваются ноги:
— Ты мой папа! — голосочек звенит как колокольчик, но буквы путаются самым очаровательным образом. — Маме нужна твоя помощь! Я никуда не уйду и лассказу всем дядям и тетям, щто ты мой папа!

— Ты хочешь стать моим су-шефом?
— Да.
— С тремя детьми на руках? Ты вообще представляешь, что это за работа? Здесь нет выходных. Здесь ночи напролёт на ногах. Здесь падают в обморок от усталости, а потом продолжают резать лук.
— Я представляю. И я справлюсь.
— Женщина на моей кухне — уже сомнительная идея. Женщина с детьми — это катастрофа.
— Я не прошу поблажек. Только шанс.
— Шанс? У тебя был ресторан, и ты его потеряла. Громкий скандал на всю страну, все газеты писали. Думаешь, мне нужен такой багаж?
— Думаю, вам нужен человек, который знает цену каждой тарелке и готов работать, даже если весь мир против.
— Ошибаешься. Мне нужен тот, кто не сломается через неделю. А ты... Ты выглядишь так, будто уже на грани.
— Может быть. Но именно поэтому я не имею права сдаться.

Дверь хлопнула. Я с замиранием сердца выглянула из-за угла — и обомлела. Он стоял не один. Рядом с ним — высокая брюнетка в длинном пальто. И пока гости затаив дыхание ждали сигнала, пока вино в бокалах тихо искрилось в темноте кухни, я увидела то, чего не могла ожидать.
Они остановились в прихожей. Он не снял обувь, не повесил верхнюю одежду. Он просто потянулся к ней, будто не выдержал ни секунды дольше. И поцеловал. Долго, жадно, с той страстью, которой я не видела от него годами.
— Сюрприз! — не выдержала одна из подруг, и остальные, как по команде, вывалились из укрытий. Возгласы, смех, хлопки… и внезапная, убийственная тишина.
Все застыли, будто кто-то нажал на паузу.
Я — с тортом в руках и дурацкой шапочкой на голове.
Он — с ней, губы ещё влажные от поцелуя.
Она — растерянная, прижатая к его груди.
Друзья и родственники — ахнувшие, ошарашенные, с глазами по пять рублей.
Немая сцена. Застывший театр абсурда.
Первым заговорил торт. Он выскользнул из моих дрожащих пальцев

– Нам надо развестись.
Голос мужа холодный и полный презрения. Я же стою ни жива ни мертва.
– Как долго ты мне изменяешь?! – задаю вопрос севшим голосом. Муж качает головой, дергает за галстук, при этом его глаза безотрывно следят за мной.
– Не тот вопрос задаешь, Валь, – отвечает устало.
– А какой правильно задать?! - вновь спрашиваю совсем тихо.
– Надо спрашивать: «Почему?» – муж иронично отвечает, выгибая бровь.
Боль оглушает, и я, словно безвольная кукла, спрашиваю ровно то, что хочет Петр:
– Почему нам надо развестись, Хворостовский?!
– Потому что… моя любовница беременна…

Спустя двадцать лет брака муж завел другую семью, а я развелась, так и не сказав, что вновь беременна. Только однажды муж вновь появляется в моей жизни и требует второй шанс…

— У меня намечается командировка в Китай на месяц, может дольше. Я хочу взять с собой детей, — заявляет бывший муж.
Год отгремел со дня нашего развода, и я, надо признаться, горжусь собой. Вынесла, выстояла. Не сломалась, даже когда застала мужа с какой-то блондинкой.
— С кем будут дети, пока ты будешь строить бизнес? Они не станут сидеть в четырех стенах, дожидаясь, когда придет их отец, — спрашиваю спокойно.
— Да, конечно, ты права, — серьезно отвечает Макар. — Поэтому с нами поедет Вика.
— Кто? — хмурюсь.
— Вика, — повторяет Макар. — Ты наверняка ее помнишь.
Макар машет рукой кому-то за моей спиной, и я оборачиваюсь.
К нам торопливо идет Вика.
Та самая блондинка, из-за которой рухнул мой брак.