Книги по тегу «властный герой»: ""
– Пожалуйста… – молю я. – Это ошибка. Я не та, кого вы ждали.
Он слишком близко, чтобы я могла дышать.
– О, нет, ты именно та, кого я сейчас хочу, – с усмешкой произносит мужчина. – Отлично играешь испуганного зайку. Умница. То что нужно.
Нахожу в себе силы оттолкнуть.
Он отступает, но я уверена, это лишь потому, что сам так решил.
Отходит на шаг, продолжая разглядывать меня, как трофей. Тяжело вздымающуюся грудь, простое платье, в котором я хожу на работу, отсутствие косметики.
– Мило, – произносит хозяин номера, и в этом слове наслаждение и похоть, смешанные воедино. – Очень мило. Люблю сдирать упаковку с неожиданных подарков.
Он – дядя моего самого неуправляемого ученика.
Я – случайно оказалась с ним в одном номере отеля. Но тогда я еще не знала, что такие, как он… не отпускают.
Он слишком близко, чтобы я могла дышать.
– О, нет, ты именно та, кого я сейчас хочу, – с усмешкой произносит мужчина. – Отлично играешь испуганного зайку. Умница. То что нужно.
Нахожу в себе силы оттолкнуть.
Он отступает, но я уверена, это лишь потому, что сам так решил.
Отходит на шаг, продолжая разглядывать меня, как трофей. Тяжело вздымающуюся грудь, простое платье, в котором я хожу на работу, отсутствие косметики.
– Мило, – произносит хозяин номера, и в этом слове наслаждение и похоть, смешанные воедино. – Очень мило. Люблю сдирать упаковку с неожиданных подарков.
Он – дядя моего самого неуправляемого ученика.
Я – случайно оказалась с ним в одном номере отеля. Но тогда я еще не знала, что такие, как он… не отпускают.
«Хочу повторения того… что ты делал языком😉 Приезжай!» – прилетает мужу сообщение от любовницы.
«И я хочу, но Танька ждет дома – сегодня ужинаем у моих(((» – это отвечает мой «благоверный».
А Танька – это, стало быть, я: еще секунду назад любимая и любящая жена, самая счастливая женщина на свете – теперь раздавлена и унижена… Стоп! Раздавлена? Унижена? Ну уж нет!
Страдать и плакать – не мой выбор!
Мой – узнать с кем крутит шашни мой муж, отомстить обоим и избавиться от мусора в моей жизни!
«И я хочу, но Танька ждет дома – сегодня ужинаем у моих(((» – это отвечает мой «благоверный».
А Танька – это, стало быть, я: еще секунду назад любимая и любящая жена, самая счастливая женщина на свете – теперь раздавлена и унижена… Стоп! Раздавлена? Унижена? Ну уж нет!
Страдать и плакать – не мой выбор!
Мой – узнать с кем крутит шашни мой муж, отомстить обоим и избавиться от мусора в моей жизни!
Она согласилась на фиктивный брак, чтобы спасти сына. Он — чтобы отомстить ее бывшему мужу.
Вероника, хозяйка цветочного салона, в отчаянии: муж угрожает отнять ребёнка, и полиция бессильна. Единственный выход — фиктивный брак с человеком, который не побоится дать отпор.
Руслан пришел не защищать. Он пришёл мстить. Десять лет назад полковник Воронцов сдал его группу боевикам. Выжили только трое. Теперь у Руслана есть шанс подобраться к врагу через его племянника — бывшего мужа Вероники.
Условия просты: три месяца, общий дом и роль любящей семьи. Но когда начинается настоящая охота, то Руслан понимает: эта женщина и её маленький сын больше не пешки в его войне. Они — его единственный шанс снова научится жить.
Вот только Воронцовы не прощают предательства. И фиктивный брак может стоить им всем жизни.
Вероника, хозяйка цветочного салона, в отчаянии: муж угрожает отнять ребёнка, и полиция бессильна. Единственный выход — фиктивный брак с человеком, который не побоится дать отпор.
Руслан пришел не защищать. Он пришёл мстить. Десять лет назад полковник Воронцов сдал его группу боевикам. Выжили только трое. Теперь у Руслана есть шанс подобраться к врагу через его племянника — бывшего мужа Вероники.
Условия просты: три месяца, общий дом и роль любящей семьи. Но когда начинается настоящая охота, то Руслан понимает: эта женщина и её маленький сын больше не пешки в его войне. Они — его единственный шанс снова научится жить.
Вот только Воронцовы не прощают предательства. И фиктивный брак может стоить им всем жизни.
– Да, я сплю с ней! – гордо заявляет муж. – Она красивая, молодая и…
– И дочка замминистра? – усмехаюсь я через боль. – Так решил добиться повышения, да, Ром?
Муж бледнеет. Левое веко дергается от тика.
– Ты просто завидуешь, – шипит, – что я могу нравиться таким, как она, а не только таким, как… ты!
Размахиваюсь и даю ему звонкую пощечину.
– Таких как я больше нет, Рома. Я одна-единственная. А ты – пошел вон из моей жизни!
Замечательный сын. Прекрасная работа. Любимый муж. Двадцать лет я считала себя с ним, как за каменной стеной… а он предал и унизил меня.
Что ж, скатертью дорога, предатель! Я все равно буду счастлива! Даже если сейчас в это трудно поверить…
– И дочка замминистра? – усмехаюсь я через боль. – Так решил добиться повышения, да, Ром?
Муж бледнеет. Левое веко дергается от тика.
– Ты просто завидуешь, – шипит, – что я могу нравиться таким, как она, а не только таким, как… ты!
Размахиваюсь и даю ему звонкую пощечину.
– Таких как я больше нет, Рома. Я одна-единственная. А ты – пошел вон из моей жизни!
Замечательный сын. Прекрасная работа. Любимый муж. Двадцать лет я считала себя с ним, как за каменной стеной… а он предал и унизил меня.
Что ж, скатертью дорога, предатель! Я все равно буду счастлива! Даже если сейчас в это трудно поверить…
– Я изменил тебе. Моя любовница беременна.
Муж проговаривает эту страшную фразу ровно, уверенно. Глядя мне в глаза.
– Как ты мог, Артем?! Как мог?! Это развод, ты понимаешь?!
Слезы скатываются по щекам, но мой муж лишь кивает.
– Даже не поборешься за меня?! – спрашивает муж иронично, а я сдерживаю себя, чтобы не расцарапать ему лицо.
Я ухожу от предателя, но в один день случается то, что делит нашу жизнь на до и после…
❤️ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!❤️
Муж проговаривает эту страшную фразу ровно, уверенно. Глядя мне в глаза.
– Как ты мог, Артем?! Как мог?! Это развод, ты понимаешь?!
Слезы скатываются по щекам, но мой муж лишь кивает.
– Даже не поборешься за меня?! – спрашивает муж иронично, а я сдерживаю себя, чтобы не расцарапать ему лицо.
Я ухожу от предателя, но в один день случается то, что делит нашу жизнь на до и после…
❤️ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!❤️
Когда врачи поставили мне диагноз «бесплодие», я думала, что это самый страшный день в моей жизни. Как же я тогда ошибалась. Хуже всего было, когда лучшая подруга призналась, что беременна от моего мужа.
Так я осталась одна с разбитым сердцем, а они получили всё, о чём я мечтала.
Но судьба любит злые шутки. Стоило мне смириться с диагнозом и поставить крест на своём будущем, как одна случайная встреча перевернула мою жизнь. Теперь я беременна от мужчины, от взгляда которого у меня появляются бабочки в животе.
Вот только он почему-то уверен: это не случайность, а судьба. И называет своей истинной парой…
Так я осталась одна с разбитым сердцем, а они получили всё, о чём я мечтала.
Но судьба любит злые шутки. Стоило мне смириться с диагнозом и поставить крест на своём будущем, как одна случайная встреча перевернула мою жизнь. Теперь я беременна от мужчины, от взгляда которого у меня появляются бабочки в животе.
Вот только он почему-то уверен: это не случайность, а судьба. И называет своей истинной парой…
Мужчина, выскочивший из внедорожника, был в панике. Он трясся, оглядываясь по сторонам. Это был не просто водитель — он знал, кто лежит перед ним. Жена шейха. Если об этом узнают, его казнят. Инстинкт самосохранения сработал мгновенно. Схватив бездыханное тело, он оттащил его далеко от дороги, в бесконечные барханы.
Он рыл песок голыми руками, стирая пальцы в кровь, пока яма не стала достаточно глубокой.
Песок скрыл её лицо. Песок скрыл её тайну. Никто и никогда не узнает, что здесь произошло. Официально Кира просто исчезла. Растворилась в ночи.
Год спустя.
В тысячах километров от раскаленных песков, в своей холодной, но безопасной комнатке, Арина спала. Ей снился удивительно светлый сон, в котором не было ни боли, ни грязи.
Грубый треск рвущегося металла заставил её вынырнуть из сна. Дверь, её надежная, запертая на замок дверь, с грохотом распахнулась, ударившись о стену.
Арина резко села на кровати, инстинктивно подтягивая одеяло к подбородку.
— Это она? — хрипло
Он рыл песок голыми руками, стирая пальцы в кровь, пока яма не стала достаточно глубокой.
Песок скрыл её лицо. Песок скрыл её тайну. Никто и никогда не узнает, что здесь произошло. Официально Кира просто исчезла. Растворилась в ночи.
Год спустя.
В тысячах километров от раскаленных песков, в своей холодной, но безопасной комнатке, Арина спала. Ей снился удивительно светлый сон, в котором не было ни боли, ни грязи.
Грубый треск рвущегося металла заставил её вынырнуть из сна. Дверь, её надежная, запертая на замок дверь, с грохотом распахнулась, ударившись о стену.
Арина резко села на кровати, инстинктивно подтягивая одеяло к подбородку.
— Это она? — хрипло
— Ты не любишь жену, я же вижу. И не только я, все это видят.
Замираю, вцепившись пальцами в кору дерева. Это голос Виолетты, а напротив неё… Мой муж.
— Дамир, кто я для тебя? Помощница или та женщина, которая готова подарить тебе детей, хранить очаг?
— Мой очаг есть кому хранить, Виола.
— Но я так не могу больше! — она всхлипывает. — Я хочу быть с тобой!
— Хватит устраивать мне сцены. Знай своё место.
— Ну и зачем ты с ней?
— Да, ты прекрасная помощница и не только. Но от жены я не уйду.
— Да почему?! Она тебя что, кандалами приковала?
— Ксюша удобная, тихая, покладистая, — отвечает муж спокойно, почти лениво. — Мне такая нужна. Слова против не скажет. Общество считает нас идеальной парой, и я не хочу ничего менять.
— Но как же любовь?
— Любовь? — Дамир грубо усмехается. — Я в неё не верю.
Почему-то именно эти слова ударяют больнее всего. Ноги подгибаются, а затем меня накрывает очередной рвотный позыв.
И, к сожалению, меня замечают.
— Кто здесь?!
Замираю, вцепившись пальцами в кору дерева. Это голос Виолетты, а напротив неё… Мой муж.
— Дамир, кто я для тебя? Помощница или та женщина, которая готова подарить тебе детей, хранить очаг?
— Мой очаг есть кому хранить, Виола.
— Но я так не могу больше! — она всхлипывает. — Я хочу быть с тобой!
— Хватит устраивать мне сцены. Знай своё место.
— Ну и зачем ты с ней?
— Да, ты прекрасная помощница и не только. Но от жены я не уйду.
— Да почему?! Она тебя что, кандалами приковала?
— Ксюша удобная, тихая, покладистая, — отвечает муж спокойно, почти лениво. — Мне такая нужна. Слова против не скажет. Общество считает нас идеальной парой, и я не хочу ничего менять.
— Но как же любовь?
— Любовь? — Дамир грубо усмехается. — Я в неё не верю.
Почему-то именно эти слова ударяют больнее всего. Ноги подгибаются, а затем меня накрывает очередной рвотный позыв.
И, к сожалению, меня замечают.
— Кто здесь?!
Что делать, когда ты простая деревенская пышка, у которой нет ни денег, ни интернета, ни мужика, чтобы помог? А есть-то хочется! Остается одно- как Емеля-дурак, идти на речку… Нет, не ради трех желаний по щучьему велению, а чтобы хоть котлеток из этой щуки налепить, а то третий день на одних соленых огурцах!
Но вместо рыбы выловили меня, чуть не ушедшую ко дну...
Причем не кто-нибудь, а двухметровый кавказец на огромной черной машине, с татуировками и глазами, которые растопили весь лед на реке.
Теперь он у меня дома.
Греется в бане. Потому что простыл, спасая меня…
Я уже было поверила, что щука реально услышала меня, послав мужика из фантазий…
Вот только не учла, что в нашем мире обычно исполняются желания не таких, как я — скромных и голодных, а таких, как он — наглых, красивых и очень богатых.
И желания у него… Совсем не про котлеты.
История о том, как и рыбку съесть, и…
Но вместо рыбы выловили меня, чуть не ушедшую ко дну...
Причем не кто-нибудь, а двухметровый кавказец на огромной черной машине, с татуировками и глазами, которые растопили весь лед на реке.
Теперь он у меня дома.
Греется в бане. Потому что простыл, спасая меня…
Я уже было поверила, что щука реально услышала меня, послав мужика из фантазий…
Вот только не учла, что в нашем мире обычно исполняются желания не таких, как я — скромных и голодных, а таких, как он — наглых, красивых и очень богатых.
И желания у него… Совсем не про котлеты.
История о том, как и рыбку съесть, и…
– На колени, – громовой голос пугает меня до колик.
Такому требованию невозможно не подчиниться. Но я ни перед кем не вставала на колени.
– Вы ошиблись, понимаете? Это все ошибка, клянусь. Позвольте рассказать, как было…
Холодный взгляд заставляет застыть. Безжалостный. Пустой. Мои слова не достигают цели. Он мне не верит.
– Я не Элла! Вообще не имею представления, кто она... – шепчу, трясущимся голосом, но провоцирую ярость.
Холодную, пробирающую до костей ярость. Ощущаю ее как многотонный груз, прижимающий меня к полу, сильнее унизительного приказа.
– Это ты. И мы оба знаем правду.
Я как две капли воды похожа на Эллу – психопатку и акулу криминального бизнеса. Руна – авторитет, которого она поставила на грань жизни и смерти. Его плен – сама тьма. Его любовь рождена из ненависти. Поверит ли, что я – не Элла до того, как сломает полностью?
Такому требованию невозможно не подчиниться. Но я ни перед кем не вставала на колени.
– Вы ошиблись, понимаете? Это все ошибка, клянусь. Позвольте рассказать, как было…
Холодный взгляд заставляет застыть. Безжалостный. Пустой. Мои слова не достигают цели. Он мне не верит.
– Я не Элла! Вообще не имею представления, кто она... – шепчу, трясущимся голосом, но провоцирую ярость.
Холодную, пробирающую до костей ярость. Ощущаю ее как многотонный груз, прижимающий меня к полу, сильнее унизительного приказа.
– Это ты. И мы оба знаем правду.
Я как две капли воды похожа на Эллу – психопатку и акулу криминального бизнеса. Руна – авторитет, которого она поставила на грань жизни и смерти. Его плен – сама тьма. Его любовь рождена из ненависти. Поверит ли, что я – не Элла до того, как сломает полностью?
Выберите полку для книги