Книги по тегу «восточный мужчина»: ""

— Да, Света, ты не единственная, кто занимает моё сердце, — мороз пробежал по коже от равнодушного, холодного тона мужа. Ашир поправлял манжеты своей рубашки, теряя ко мне всякий интерес, будто я его и не ловила на измене.

— И как долго продолжается эта ложь? — спросила сквозь сдавленное дыхание.

— Давай без подробностей. Знай, Ифакат — моя женщина!

— Твоя… Женщина? Но мы женаты, Ашир! — выдавила из себя глухо.

— Меня хватит на вас обеих, — произнёс супруг, кривя губы в жестокой ухмылке. — Цени!

— Чем заслужила твоя любовница цепочку твоей матери, которую ты хранил для той, кого по-настоящему любишь?

Муж смотрел на меня свысока, его глаза потускнели, приобретая стальной оттенок:

— Тебе ещё не очевидно? Думал, ты сообразительнее. Она точно такая же моя женщина, как и ты! Умейте обе уживаться и всем делиться, включая мою любовь.

— Я никогда не стану твоей женой, Горан, — обозначила я свою позицию, дабы заставить мужчину прекратить молоть чушь.
Лицо его стало грозным, взгляд сверкнул сталью. Мой ответ ему не просто не понравился, он его взбесил. Мало того, он как будто не ожидал, что я могу отказать! Наличие первой жены, мужчина поводом для отказа не считал!
— Значит, отправишься в гарем. Ты провела со мной три ночи, я делился с тобой энергией. Ты — моя женщина. И никакой другой мужчина тебя больше не коснётся. А в каком статусе ты будешь моей жены или рабыни, выбор за тобой!
*****
Четыре с половиной года назад я сбежала от мужчины восточных кровей с детьми под сердцем. Но он нашёл меня! И требует отдать ему сына!

— Руки убрал.
Голос растворился в глотке, как пар изо рта на холоде. От страха губами пошевелить не могу, язык прирастает к зубам. Витька после тюряги сам на себя не похож стал. Одни кости, кожа на голом черепе, татухи появились, во рту осколки вместо зубов. И взгляд дикий. Словно он все эти десять лет сидел и ждал, чтоб меня найти. Чтоб я ответила за всё.
— Руки убери от неё.
За спиной раздалось.
Не голос, утробное рычание дикого зверя. Витькины глаза наверх поползли, значит, позади шкаф два на два.
— А ты кто вообще такой будешь?
Не узнал. Булата мало кто узнавал теперь. Но теперь все запомнят.

Он стоит передо мной — Эмре Карадаш, мой босс и теперь, видимо, мой спаситель.
— Контракт на три года. Ты выходишь за меня замуж. Рожаешь ребёнка. — Его слова чётки, как контуры сделки, но в его взгляде мелькает что-то острое, не деловое. — Через три года — развод, ты свободна.
— То есть я становлюсь… женой по контракту? — Голос предательски дрожит.
— Назови это как хочешь. Тебе — деньги и избавление от долгов. Мне — наследник. Взаимовыгодно.
Он протягивает мне ручку. Расстояние между нами сокращается до пары шагов, и я чувствую его тепло, смешанное с ледяным спокойствием.
Я должна ненавидеть его за этот унизительный шантаж. Но когда его пальцы почти касаются моих, в животе вспыхивает предательское тепло.
— Где подписывать? — срывается с губ шёпотом, пока разум кричит о безумии.
Вот и все! Я продала ему своё тело и время на три года.

Я совсем недавно работаю горничной в пятизвёздочном отеле «Леон», в котором останавливаются все богачи и знаменитости.
Вчера к нам заехал популярный исполнитель Хишам, которого я просто обожаю! У него такой чувственный проникновенный голос, что мне даже стыдно признаться в том, о чём я думаю, когда слушаю его песни…

Но я и представить даже не могла, чем всё обернётся, когда мой босс поручил уборку в его президентском люксе...

***

— Юля, я не знаю, как тебе это сказать, но ты должна увидеть, — говорит подруга.
Протягивает мне журнал. На первой странице огромная фотография. Рамиль в дорогом костюме, рядом с ним девушка в белом свадебном платье. Красивая, темноволосая, с восточными чертами лица. Они стоят, держась за руки, и улыбаются.
Заголовок большими буквами: "Самый завидный холостяк Москвы женился! Рамиль Сабуров связал себя узами брака с турецкой красавицей Зейнеп Йилмаз."
Я смотрю на фотографию и не могу поверить.
Читаю статью. "Свадьба прошла в Стамбуле в узком семейном кругу... Невеста — дочь влиятельного турецкого бизнесмена... Помолвка была объявлена год назад... Молодожены проведут медовый месяц на Мальдивах..."
Когда я пришла на работу, он уже был помолвлен. Все эти восемь месяцев, что мы были вместе, он знал, что женится на другой.
***
Я любила, отдавала себя полностью, без остатка. А он использовал меня. Хотел еще немного пожить свободной жизнью, прежде чем связать себя семейными узами.

— Это Алина, — заявляет Саид, — Моя любимая женщина. Моя жена.
Прикладываю ладонь к горлу.
Я — молодая жена, девушка, которая вошла прошлой ночью в его дом...
Этой ночью он сделал меня своей по обычаю.
— Жена… — задыхаюсь от боли, — А я тогда кто?
— Тебя мне семья навязала, Камилла, — устало заявляет он, — Ты, что думала, я столько лет не был женат, потому что тебя ждал? Ты что, думала, я в тебя влюбился, что ли?
— Ты же… целовал меня. Спал со мной… Я думала ты меня полю..
— Полюбил, да? — рычит он, — Наивная. Думаешь, без любви люди друг с другом не спят?
Мой муж громко смеется.
— Ты моя вторая жена, — говорит он, — Для моей семьи. Для продолжения рода. Снимай одежду, как раз прямо сейчас этим и займемся.
***
Иногда на Кавказе детей сватают с младенчества. 
Я вышла замуж по обычаю за любимого, но мне выпала роль его навязанной, второй жены.
Для любви у него была в Москве другая.
А хуже всего то, что что он уже лишил меня невинности и не дает развода.

ЗАВЕРШЕНО! СКИДКА!
— Как... как ты мог? — всхлипываю, прижимая руку к животу. — Ты обещал мне, Керимов! Ты клялся, что я единственная! Неужели традиции важнее меня?! Важнее нас? Нашей любви?!
— Ада, послушай меня внимательно, — в голосе мужа проскальзывают властные нотки, которые раньше никогда не предназначались мне. Они режут без ножа. — Сейчас не время для истерик. Я приеду, и мы всё обсудим. Но ты должна подготовиться. Ты встретишь Лейлу как следует, Ада. Она — дочь Ибрагима, это вопрос чести и нашего будущего благополучия. Я не потерплю сцен. Поняла?
— Встретить её? — я задыхаюсь от цинизма мужа. В голове не укладывается: он требует от меня гостеприимства по отношению к той, кто наденет его кольцо? Той, кто ляжет с ним в одну кровать? — Ты хочешь, чтобы я улыбалась той, кто забирает у меня мужа? Ты себя слышишь, Рустам?!
— Слышу. Делай, что я говорю.

Муж решил взять вторую жену. И это сейчас, когда я узнала о беременности. Я никогда не приму другую!

Пацан скрещивает руки на груди, совсем как взрослый:
— Флешка у меня. Я ее спрятал. И не отдам.
Наглость парня вызывает искру странного уважения. Умеет держать удар.
— Ладно. Ты нашел ценную вещь, тебе полагается награда. Чего ты хочешь?
Достаю пачку наличных, но пацан смотрит на них равнодушно.
— Мне не нужны ваши бумажки. У меня другое условие. Вы пойдете с моей мамой на настоящее свидание. Купите огромный букет красивых цветов, прокатите на крутой тачке. Сделаете так, чтобы она почувствовала себя принцессой и перестала грустить. Справитесь?

Я, человек, который ворочает миллиардами и наводит ужас на конкурентов, сижу и слушаю, как малолетний пацан нанимает меня в принцы-аниматоры для своей разведенной матери.

– Ты моего ребенка носишь?! – задает вопрос брутальный восточный мужчина, испепеляя меня взглядом.
Прикрываю объемный живот ладонью, укрываю своего малыша, пытаюсь отчаянно возразить:
– Нет… я не…
Заламывает бровь, делает шаг вперед, давит своей тяжелой энергетикой.
– Хочешь солгать мне, Лия?! – произносит с нажимом.
Смотрю на опешившую пассию Халида Каримова, которая все еще цепляется за его локоть алыми ногтями, и с отчаянием произношу:
– Я ведь тебе не нужна! Ты сам сказал! Сам бросил!
Халид прищуривается. Останавливает свой темный взгляд на моем округлом животе.
– Ты не нужна, но ребенок, которого носишь, – мой. Решай сейчас, Лия. Или я просто отниму наследника, когда ты родишь, и его воспитает другая, или ты станешь моей женой!

Я пошла в лес, чтобы найти елочку для Нового года, а в сугробе обнаружила раненого мужчину. Спасла его, а он… взял мою первую ночь и вернулся в мою жизнь только для того, чтобы отнять малыша, которого я ношу под сердцем.