Книги по тегу «восточный мужчина»: ""
– Ты привёл любовницу в наш дом!
– Ты всё не так поняла, – оправдывается муж-анестезиолог, в спешке натягивая на себя трусы.
– Что тут непонятного? Пока я, твоя беременная жена, вкалываю на сутках и целыми днями оперирую, ты не удосуживаешься взять дополнительные смены, потому что устаёшь! Зато на свою мочалку у тебя сил хватает, гад!
Эмоции зашкаливают. Живот начинает болезненно потягивать.
– Я не мочалка! – вскрикивает медсестра, обиженно поглядывая на меня. – Мы уже полгода спим!
Полгода…
– Ты нашёл любовницу, когда я мучилась от токсикоза на первом месяце? – ошарашенно шепчу. – Подонок, какой же ты всё-таки подонок! Как ты мог?!
– А что мне было делать? Я мужчина! У меня есть потребности! Ты эти потребности удовлетворить не смогла! Я же не ушёл из семьи, а просто-напросто нашёл тебе временную замену! Что, тебя и это не устраивает? Тогда проваливай! Только кому ты будешь нужна с прицепом?
– Ты всё не так поняла, – оправдывается муж-анестезиолог, в спешке натягивая на себя трусы.
– Что тут непонятного? Пока я, твоя беременная жена, вкалываю на сутках и целыми днями оперирую, ты не удосуживаешься взять дополнительные смены, потому что устаёшь! Зато на свою мочалку у тебя сил хватает, гад!
Эмоции зашкаливают. Живот начинает болезненно потягивать.
– Я не мочалка! – вскрикивает медсестра, обиженно поглядывая на меня. – Мы уже полгода спим!
Полгода…
– Ты нашёл любовницу, когда я мучилась от токсикоза на первом месяце? – ошарашенно шепчу. – Подонок, какой же ты всё-таки подонок! Как ты мог?!
– А что мне было делать? Я мужчина! У меня есть потребности! Ты эти потребности удовлетворить не смогла! Я же не ушёл из семьи, а просто-напросто нашёл тебе временную замену! Что, тебя и это не устраивает? Тогда проваливай! Только кому ты будешь нужна с прицепом?
– Я в безвыходном положении, господин Асадов! Прошу! Помогите! – произношу дрожащим голосом, встречаясь с пронзительными глазами восточного мужчины.
– Я не занимаюсь спасением девиц в беде, – отвечает безжалостно, лишая меня последнего шанса на это самое спасение.
– Вы не понимаете. Я предлагаю сделку, – отвечаю со всей отчаянной уверенностью.
– Надо же. И какую? – интересуется иронично.
– Я отдам вам половину бизнеса, только помогите мне избавиться от навязанного замужества! Я готова на все!
Синие яркие глаза впиваются в мои. Восточный мужчина наклоняется, а мне приходится задрать голову, чтобы не показать, насколько мне сейчас страшно.
– На все?! – переспрашивает вкрадчиво, и я только и могу, что кивнуть…
– Хорошо, красивая. Я пойду с тобой на сделку, только есть одно "но"...
Меня загнали в угол, и я обратилась за помощью к самому влиятельному и опасному мужчине в городе, только вот его помощь обернулась предательством, а я… сбежала, не сказав, что беременна...
– Я не занимаюсь спасением девиц в беде, – отвечает безжалостно, лишая меня последнего шанса на это самое спасение.
– Вы не понимаете. Я предлагаю сделку, – отвечаю со всей отчаянной уверенностью.
– Надо же. И какую? – интересуется иронично.
– Я отдам вам половину бизнеса, только помогите мне избавиться от навязанного замужества! Я готова на все!
Синие яркие глаза впиваются в мои. Восточный мужчина наклоняется, а мне приходится задрать голову, чтобы не показать, насколько мне сейчас страшно.
– На все?! – переспрашивает вкрадчиво, и я только и могу, что кивнуть…
– Хорошо, красивая. Я пойду с тобой на сделку, только есть одно "но"...
Меня загнали в угол, и я обратилась за помощью к самому влиятельному и опасному мужчине в городе, только вот его помощь обернулась предательством, а я… сбежала, не сказав, что беременна...
— Она станет моей второй женой… Смирись! — холодно звучал голос моего мужа. Я смотрела на своего единственного сквозь пелену слез.
— Ты не можешь так со мной поступить! — судорожно выдохнула я, ощущая, как земля уходит из-под ног. — В нашем доме не будет никогда второй жены, Эмир!
Мое сердце сжималось в комок, слёзы текли по щекам, размывая краски реальности.
Эмир сделал шаг вперед, подавляя своей энергетикой. Его взгляд стал ещё жестче:
— На свадьбе ты благословишь наш союз с Фирузе и помолишься, чтобы она подарила мне сильного наследника! Она то, не будет мне рожать только девочек!
— Ты не можешь так со мной поступить! — судорожно выдохнула я, ощущая, как земля уходит из-под ног. — В нашем доме не будет никогда второй жены, Эмир!
Мое сердце сжималось в комок, слёзы текли по щекам, размывая краски реальности.
Эмир сделал шаг вперед, подавляя своей энергетикой. Его взгляд стал ещё жестче:
— На свадьбе ты благословишь наш союз с Фирузе и помолишься, чтобы она подарила мне сильного наследника! Она то, не будет мне рожать только девочек!
Ни с того ни с сего мой отец решил выдать меня замуж. Даже кандидатуру подходящую подобрал.
Я не хочу за него, он меня пугает. Да и мужчина не спешит связать себя узами брака, для него верность - пустой звук.
Поэтому он придумал выход. Фиктивный брак. Для нас двоих это сделка. Но мы не учли некоторые нюансы, связанные с тем, что мы оба из мусульманских семей.
Первая брачная ночь грозит стать совсем не фиктивной, при этом мужчина не собирается отказываться от привычной для него жизни холостяка.
А ещё у него внебрачная дочь, которую я, похоже, должна воспитывать.
Я не хочу за него, он меня пугает. Да и мужчина не спешит связать себя узами брака, для него верность - пустой звук.
Поэтому он придумал выход. Фиктивный брак. Для нас двоих это сделка. Но мы не учли некоторые нюансы, связанные с тем, что мы оба из мусульманских семей.
Первая брачная ночь грозит стать совсем не фиктивной, при этом мужчина не собирается отказываться от привычной для него жизни холостяка.
А ещё у него внебрачная дочь, которую я, похоже, должна воспитывать.
Амин Шараф аль-Дин стал генеральным директором и возглавил авиакомпанию «Arabia Airlines». Он блестящий руководитель, быстро принимает решения, несет полную ответственность перед партнерами и отвечает за безопасность пассажиров. Но количество конкурентов растет, и кто-то явно хочет помешать арабской компании быть лидером на рынке авиаперевозок.
Анна Арчер начала жить с чистого листа и вполне счастлива с мужем и сыном. И кажется, что покой уже никто не нарушит.
Но неожиданное приглашение из Дубая на юбилей авиакомпании «Arabia Airlines» меняет все планы. Встреча с Амином неизбежна, и девушка готова противостоять любой силе восточного ветра.
Но разве можно забыть прошлое, когда оно снова врывается в жизнь?
На Амина наваливается сразу несколько проблем, и каждая из них важнее предыдущей: любимая женщина отвергает, а происки конкурентов выводят самолеты арабской авиакомпании из строя.
Что важнее: любовь или семейное наследие в период серьезной опасности?
Анна Арчер начала жить с чистого листа и вполне счастлива с мужем и сыном. И кажется, что покой уже никто не нарушит.
Но неожиданное приглашение из Дубая на юбилей авиакомпании «Arabia Airlines» меняет все планы. Встреча с Амином неизбежна, и девушка готова противостоять любой силе восточного ветра.
Но разве можно забыть прошлое, когда оно снова врывается в жизнь?
На Амина наваливается сразу несколько проблем, и каждая из них важнее предыдущей: любимая женщина отвергает, а происки конкурентов выводят самолеты арабской авиакомпании из строя.
Что важнее: любовь или семейное наследие в период серьезной опасности?
— Ты изменил. У тебя есть ребенок от другой женщины. И ты скрывал это от меня много лет. Вместе со своей матерью!
Смотрю в лицо мужа. Я любила его до безумия. Готова была на все ради счастья семьи, а он... С какой-то сиделкой. Я до сих пор отказываюсь в это верить.
— Рано или поздно ты должна была узнать правду, — с горечью произносит муж.
— То есть, ты даже не будешь искать оправдания? Просить прощение?! — с ужасом смотрю на него. Злость клокочет внутри.
— Айлин, я виноват перед тобой. Совсем не так хотел тебе рассказать правду...
— А ты вообще собирался рассказать мне правду? — зло припечатываю словами.
— Конечно, — спокойно отвечает Алим. Решительно смотрит мне прямо в глаза. — У меня есть сын... От другой женщины.
Смотрю в лицо мужа. Я любила его до безумия. Готова была на все ради счастья семьи, а он... С какой-то сиделкой. Я до сих пор отказываюсь в это верить.
— Рано или поздно ты должна была узнать правду, — с горечью произносит муж.
— То есть, ты даже не будешь искать оправдания? Просить прощение?! — с ужасом смотрю на него. Злость клокочет внутри.
— Айлин, я виноват перед тобой. Совсем не так хотел тебе рассказать правду...
— А ты вообще собирался рассказать мне правду? — зло припечатываю словами.
— Конечно, — спокойно отвечает Алим. Решительно смотрит мне прямо в глаза. — У меня есть сын... От другой женщины.
Мое обнаженное тело прикрывает лишь длинная белая накидка – символ чистоты, того, что я невинна. Меня украли, когда мы с подругой отдыхали в Турции, а после продали шейху Эмирхану ибн Аслан Аль Мактуму за баснословные деньги. Больше моя жизнь никогда не будет прежней, ведь теперь я в его плену.
- Прикройся, - в лицо мне летит одежда.
Я ничего не понимаю. Солнечные свет бьёт по нервам и заставляет зажмурится.
- Алина, - голос Азара и далёкий, и близкий, режет будто острый нож. – Что ты натворила, девочка. Я ведь тебе доверял. А ты меня предала.
- Предала?
- Да, легла в постель к какому-то ублюдку, - зло выплёвывает Азар. - Я всегда знал, что надо жениться только на своих. Что такие, как ты, гулящие.
- Такие как я? – вскрикиваю. – Ну давай… говори! Какие? – руки сжимаются в кулаки. – Не твоей крови? Не твоих традиций?
- Да… - вздёргивает бровь. – Всё верно ты говоришь. Не моих традиций. Ты их чтить не сможешь. И никогда не станешь мне достойной парой, Алина.
Я ничего не понимаю. Солнечные свет бьёт по нервам и заставляет зажмурится.
- Алина, - голос Азара и далёкий, и близкий, режет будто острый нож. – Что ты натворила, девочка. Я ведь тебе доверял. А ты меня предала.
- Предала?
- Да, легла в постель к какому-то ублюдку, - зло выплёвывает Азар. - Я всегда знал, что надо жениться только на своих. Что такие, как ты, гулящие.
- Такие как я? – вскрикиваю. – Ну давай… говори! Какие? – руки сжимаются в кулаки. – Не твоей крови? Не твоих традиций?
- Да… - вздёргивает бровь. – Всё верно ты говоришь. Не моих традиций. Ты их чтить не сможешь. И никогда не станешь мне достойной парой, Алина.
— Это шутка? – спросила я свекровь.
— Нет. Это никях. Камиль и Сафия. У твоего мужа будет вторая жена, - ухмыльнулась, словно ей это доставляло удовольствие.
— Но Сафия… она же была невестой моего сына!
— Теперь она — жена его отца.
Я никогда не думала, что в моём доме произойдёт такое. Муж, которому я верила двадцать лет, привёл в семью вторую жену — девушку, которую сватали нашему сыну.
Родня велит молчать. «Не позорь семью». Старшие прикрывают его словом «традиция».
Но как молчать, когда твой ребёнок унижен? Когда твою жизнь перечеркнули в один день?
— Нет. Это никях. Камиль и Сафия. У твоего мужа будет вторая жена, - ухмыльнулась, словно ей это доставляло удовольствие.
— Но Сафия… она же была невестой моего сына!
— Теперь она — жена его отца.
Я никогда не думала, что в моём доме произойдёт такое. Муж, которому я верила двадцать лет, привёл в семью вторую жену — девушку, которую сватали нашему сыну.
Родня велит молчать. «Не позорь семью». Старшие прикрывают его словом «традиция».
Но как молчать, когда твой ребёнок унижен? Когда твою жизнь перечеркнули в один день?
— Заур, зачем так жестоко? Ты не мог просто развестись? Зачем... зачем ты привел свою любовницу ко мне на УЗИ? В мой кабинет? К жене?
— Затем, Амина, что я даю тебе выбор, — сказал он медленно. — Либо ты принимаешь Саиду. Принимаешь ее ребенка. И тогда я позволю тебе жить с нами. Будешь нянчиться с малышом, менять памперсы, кормить из бутылочки. — Он усмехнулся, и в этой усмешке было столько яда, что меня передернуло. — Ты же хотела ребенка, правда? Мечтала об этом, рыдала по ночам, молилась. Вот он, твой шанс. Будешь нянькой, при моем наследнике. Должна быть благодарна.
Я опустила руки чтобы скрыть дрожь.
— А если нет... — Заур наклонился вперед, и голос стал тише. — Если откажешься, то я отправлю тебя в аул. К моим родителям. Будешь жить там. Без мужа. Одна. С клеймом бесплодной женщины. Знаешь, что о таких говорят там? Знаешь, как на них смотрят?Будешь прислуживать родителям, пока они живы, а потом... — он красноречиво пожал плечами. — Потом доживать свой век в одиночестве. Решай
— Затем, Амина, что я даю тебе выбор, — сказал он медленно. — Либо ты принимаешь Саиду. Принимаешь ее ребенка. И тогда я позволю тебе жить с нами. Будешь нянчиться с малышом, менять памперсы, кормить из бутылочки. — Он усмехнулся, и в этой усмешке было столько яда, что меня передернуло. — Ты же хотела ребенка, правда? Мечтала об этом, рыдала по ночам, молилась. Вот он, твой шанс. Будешь нянькой, при моем наследнике. Должна быть благодарна.
Я опустила руки чтобы скрыть дрожь.
— А если нет... — Заур наклонился вперед, и голос стал тише. — Если откажешься, то я отправлю тебя в аул. К моим родителям. Будешь жить там. Без мужа. Одна. С клеймом бесплодной женщины. Знаешь, что о таких говорят там? Знаешь, как на них смотрят?Будешь прислуживать родителям, пока они живы, а потом... — он красноречиво пожал плечами. — Потом доживать свой век в одиночестве. Решай
Выберите полку для книги