Книги по тегу «женский роман»: ""
Она — журналистка, которая однажды разрушила его репутацию. Он — миллиардер, который поклялся её уничтожить. Но когда семейный совет ставит ему ультиматум: жениться до тридцати пяти или потерять контроль над компанией, идеальной кандидаткой оказывается именно она.
Три месяца фиктивных отношений. Один контракт. Никаких поцелуев вне камер. Всё просто, как бизнес-сделка. Вот только ненависть, которая кипела между ними годами, начинает подозрительно напоминать желание. А желание — на что-то гораздо большее.
Три месяца фиктивных отношений. Один контракт. Никаких поцелуев вне камер. Всё просто, как бизнес-сделка. Вот только ненависть, которая кипела между ними годами, начинает подозрительно напоминать желание. А желание — на что-то гораздо большее.
Она сбежала от мужа, который держал её под полным контролем и превратил ее жизнь в кошмар. Но на свободе оказалось не проще — вокруг чужой и опасный мир.
Случайная встреча с другим мужчиной меняет все. Он сильный, уверенный в себе и он полная противоположность бывшего мужа . Рядом с ним у нее впервые появляется ощущение безопасности. Только вот вопрос: сможет ли она доверить ему свое сердце
Случайная встреча с другим мужчиной меняет все. Он сильный, уверенный в себе и он полная противоположность бывшего мужа . Рядом с ним у нее впервые появляется ощущение безопасности. Только вот вопрос: сможет ли она доверить ему свое сердце
Джессика — успешная, свободная и… потерянная. Она меняет мужчин, как страницы в книге, надеясь, что следующая глава принесёт ей то, чего так не хватает: ощущение полноты и тепла. Но каждая новая встреча — лишь зеркало, в котором она видит собственные страхи и желания. Маркус, Алекс, Виктор, Егор, Марк, Илья — каждый из них оставляет след, каждый чему-то учит. Но сможет ли Джессика перестать бежать от самой себя и выбрать не очередное приключение, а настоящую близость?
"Ты стала мне абсолютно чужой и ненужной, Аня", - эти слова мужа разрушили мою жизнь в день нашей пятилетней годовщины. Он выставил меня из дома с одним чемоданом ради другой женщины.
Он думал, что уничтожил меня. Но я выжила. Нашла в себе силы начать все сначала, встретила мужчину из прошлого и скрыла самое главное-свою беременность.
Бывший муж внезапно узнает правду и готов пойти на любую подлость, чтобы вернуть "ненужную" жену и своего сына...
Он думал, что уничтожил меня. Но я выжила. Нашла в себе силы начать все сначала, встретила мужчину из прошлого и скрыла самое главное-свою беременность.
Бывший муж внезапно узнает правду и готов пойти на любую подлость, чтобы вернуть "ненужную" жену и своего сына...
Ангелы существуют…Странное заявление, ведь многое из того, что мы не видим, на самом деле существует - независимо от того, верим ли мы в это или нет.
Она была ангелом-хранителем — бесстрастной и безупречной, созданной оберегать, а не чувствовать. Её долгом было следить за каждым шагом подопечного, шептать подсказки в ветре и отводить беды, оставаясь невидимой. Но однажды она нарушила главное правило небес: полюбила.
Это история о выборе между долгом и сердцем, о цене человечности и о том, что иногда самое сильное крыло — это рука, которую ты держишь.
Она была ангелом-хранителем — бесстрастной и безупречной, созданной оберегать, а не чувствовать. Её долгом было следить за каждым шагом подопечного, шептать подсказки в ветре и отводить беды, оставаясь невидимой. Но однажды она нарушила главное правило небес: полюбила.
Это история о выборе между долгом и сердцем, о цене человечности и о том, что иногда самое сильное крыло — это рука, которую ты держишь.
Я приехала на Кавказ всего на несколько дней.
Но стоило мне встретить Арсена — слишком красивого, слишком самоуверенного и совершенно невыносимого горца, — как моя спокойная поездка пошла кувырком.
Вот только никто не предупредил меня, что этот мужчина умеет смотреть так, что забываешь собственное имя. Что его объятия становятся слишком настоящими. А его слова — слишком похожими на обещания.
Но стоило мне встретить Арсена — слишком красивого, слишком самоуверенного и совершенно невыносимого горца, — как моя спокойная поездка пошла кувырком.
Вот только никто не предупредил меня, что этот мужчина умеет смотреть так, что забываешь собственное имя. Что его объятия становятся слишком настоящими. А его слова — слишком похожими на обещания.
Соня редактирует чужие постельные сцены, но боится собственной тени. В двадцать девять она знает о сексе всё — теоретически. Практически её касались только врачи. Пока случайное прикосновение в автобусе не пробуждает в ней голод, который она двадцать девять лет училась не замечать.
Теперь ей предстоит самое страшное: позволить себе хотеть. Не извиняясь. Не прячась. Не комплексуя...
Роман о том, как перестать быть правильной и начать быть желанной
Теперь ей предстоит самое страшное: позволить себе хотеть. Не извиняясь. Не прячась. Не комплексуя...
Роман о том, как перестать быть правильной и начать быть желанной
Анне 52 года. Двадцать пять лет брака — позади. Муж ушёл к молодой. Осталась квартира в старом доме, диплом педагога с двадцатилетним перерывом в стаже и тишина.
Подруга предлагает ей работу няней в богатом доме. Пятилетний Миша полгода не разговаривает. Не играет. Почти не ест. Сидит в углу и смотрит в стену.
Пятнадцать нянь до неё не смогли. Ушли.
Дед мальчика — Дмитрий. Жёсткий, властный, привык решать проблемы деньгами и силой. С Анной он впервые сталкивается с тем, что деньги и сила не работают.
Это роман о том, как два сломанных человека — женщина, которая перестала быть нужной, и мужчина, который не умеет быть мягким, — находят друг друга через любовь к ребёнку. И любовь здесь — не страсть, а освобождение. Освобождение от страхов, недоверия и боли.
Подруга предлагает ей работу няней в богатом доме. Пятилетний Миша полгода не разговаривает. Не играет. Почти не ест. Сидит в углу и смотрит в стену.
Пятнадцать нянь до неё не смогли. Ушли.
Дед мальчика — Дмитрий. Жёсткий, властный, привык решать проблемы деньгами и силой. С Анной он впервые сталкивается с тем, что деньги и сила не работают.
Это роман о том, как два сломанных человека — женщина, которая перестала быть нужной, и мужчина, который не умеет быть мягким, — находят друг друга через любовь к ребёнку. И любовь здесь — не страсть, а освобождение. Освобождение от страхов, недоверия и боли.
В нашу двадцать первую годовщину муж попросил меня не приезжать к нему раньше семи.
Я приехала раньше.
И увидела в его рабочем календаре две фамилии, два времени и короткую пометку: «Не пересекать».
Инна Белецкая руководила аппаратом моего мужа. Годами она выбирала для меня подарки, бронировала наши рестораны, организовывала поездки и цветы на годовщину.
А последние четырнадцать месяцев была его любовницей.
Но измена оказалась не самым страшным.
Знали сотрудники. Приемная. Помощники. Люди, которые предупреждали Инну о моих приездах, меняли гостиницы, прикрывали поздние встречи и заранее знали, какую версию рассказать жене начальника.
Все знали.
Кроме меня.
Теперь муж уверен, что двадцать один год брака нельзя перечеркнуть одной «ошибкой».
Только дело давно уже не в одной женщине и не в одной измене.
Дело в жизни, которую для меня годами редактировали другие.
Я приехала раньше.
И увидела в его рабочем календаре две фамилии, два времени и короткую пометку: «Не пересекать».
Инна Белецкая руководила аппаратом моего мужа. Годами она выбирала для меня подарки, бронировала наши рестораны, организовывала поездки и цветы на годовщину.
А последние четырнадцать месяцев была его любовницей.
Но измена оказалась не самым страшным.
Знали сотрудники. Приемная. Помощники. Люди, которые предупреждали Инну о моих приездах, меняли гостиницы, прикрывали поздние встречи и заранее знали, какую версию рассказать жене начальника.
Все знали.
Кроме меня.
Теперь муж уверен, что двадцать один год брака нельзя перечеркнуть одной «ошибкой».
Только дело давно уже не в одной женщине и не в одной измене.
Дело в жизни, которую для меня годами редактировали другие.
Моя дочь приехала на семейный ужин без мужа и попросила отца подтвердить его алиби.
Вадим даже не задумался: да, Назар был с ним почти до полуночи.
Только на фотографии в телефоне Алены ее муж в это самое время целовал другую женщину.
А потом дочь показала переписку.
«Тогда держись этой версии».
«Главное сейчас не признавайся».
«Она должна сама начать сомневаться в том, что правильно поняла».
Эти советы Назар получал от моего мужа. От мужчины, с которым я прожила двадцать шесть лет.
Но страшнее оказалось другое.
Вадим учил зятя врать не по чужим историям. В качестве доказательства, что его система работает, он приводил наш брак.
Меня.
Теперь мне предстоит понять, сколько лет я жила рядом с человеком, который считал мое доверие не основой семьи, а удобным инструментом. И что останется от двадцати шести лет брака, когда мне наконец перестанут выдавать правду по частям.
Вадим даже не задумался: да, Назар был с ним почти до полуночи.
Только на фотографии в телефоне Алены ее муж в это самое время целовал другую женщину.
А потом дочь показала переписку.
«Тогда держись этой версии».
«Главное сейчас не признавайся».
«Она должна сама начать сомневаться в том, что правильно поняла».
Эти советы Назар получал от моего мужа. От мужчины, с которым я прожила двадцать шесть лет.
Но страшнее оказалось другое.
Вадим учил зятя врать не по чужим историям. В качестве доказательства, что его система работает, он приводил наш брак.
Меня.
Теперь мне предстоит понять, сколько лет я жила рядом с человеком, который считал мое доверие не основой семьи, а удобным инструментом. И что останется от двадцати шести лет брака, когда мне наконец перестанут выдавать правду по частям.
Выберите полку для книги