Книги по тегу «настоящая любовь»: ""
— Я же говорила, что нужно было повернуть на объездную! — голос Светланы звенел, как лопнувшая гитарная струна, разрезая тесное пространство салона. — Но тебя, как всегда, не переспоришь, Евгений Борисович. Всезнайка.
Он молча впивался пальцами в руль, его челюсть была сведена в знакомом ей напряженном жесте. Снег за окном уже не кружил, а бил в стекло сплошной белой стеной
.
— Прекрати, Света. Просто прекрати. Уже поздно. Через три дня мы подаем на развод. Можешь потерпеть?
— Нет! — выкрикнула она. — Не могу! Я не могу терпеть уже три года!
В этот момент двигатель захлебнулся и сдался, оставив их в гробовой тишине, нарушаемой только завыванием ветра. Телефоны были мертвым грузом. Мир сузился до размеров их старенькой иномарки, застревающей в снежном плену после новогодней трассы. Им оставалось только одно — дожить до утра. Или… попытаться начать все сначала.
Он молча впивался пальцами в руль, его челюсть была сведена в знакомом ей напряженном жесте. Снег за окном уже не кружил, а бил в стекло сплошной белой стеной
.
— Прекрати, Света. Просто прекрати. Уже поздно. Через три дня мы подаем на развод. Можешь потерпеть?
— Нет! — выкрикнула она. — Не могу! Я не могу терпеть уже три года!
В этот момент двигатель захлебнулся и сдался, оставив их в гробовой тишине, нарушаемой только завыванием ветра. Телефоны были мертвым грузом. Мир сузился до размеров их старенькой иномарки, застревающей в снежном плену после новогодней трассы. Им оставалось только одно — дожить до утра. Или… попытаться начать все сначала.
Иногда запах чужих духов говорит громче любых слов. Синли и Льюир были друзьями с детства, пока дружба не переросла в любовь. Но счастье оказалось хрупким: он всё чаще исчезает, а сомнения медленно разрушают доверие. Ей предстоит узнать, какую тайну он скрывает,
и действительно ли за его исчезновениями прячется не предательство, а любовь.
и действительно ли за его исчезновениями прячется не предательство, а любовь.
— Слава, ты ведь прилетел самолётом из Магадана?
— Конечно, милая!
— Покажи мне электронный билет. Он же у тебя в телефоне, правда? Покажи! – я вытянула руку вперед.
Муж лихорадочно соображал, придумывая новую ложь
***
Тридцатого декабря я потратила последние деньги на подарок мужу. А через час узнала, что самолёт, которым он летел из командировки, совершил аварийную посадку.
Два часа я умирала от страха, пока мне не сказали, что моего мужа нет в списках пассажиров. Потому что никакой командировки не было. Был чек из гостиницы в Сочи и чужой волос на воротнике.
Этот Новый год я встречу без него. А что будет дальше — зависит только от меня.
— Конечно, милая!
— Покажи мне электронный билет. Он же у тебя в телефоне, правда? Покажи! – я вытянула руку вперед.
Муж лихорадочно соображал, придумывая новую ложь
***
Тридцатого декабря я потратила последние деньги на подарок мужу. А через час узнала, что самолёт, которым он летел из командировки, совершил аварийную посадку.
Два часа я умирала от страха, пока мне не сказали, что моего мужа нет в списках пассажиров. Потому что никакой командировки не было. Был чек из гостиницы в Сочи и чужой волос на воротнике.
Этот Новый год я встречу без него. А что будет дальше — зависит только от меня.
В пансионе Изабеллу никогда не любили: другие ученицы насмехались над ней и делали гадости. Теперь ей было уже восемнадцать и скоро школа останется позади. Как же Изи удивилась, когда получила письмо от мэра - он решил сделать ее Королевой выпуска! Уж не замешан ли в этом загадочный джентльмен, которого она встретила на Весеннем балу? Ей предстоит обед с мэром и обсуждение ее будущего. Изи чувствовала, что ее жизнь изменится после этого обеда, не подозревая, что сама должна стать главным блюдом...
Изображение взято в свободном доступе у ZAPilim и немного доработано
Изображение взято в свободном доступе у ZAPilim и немного доработано
– Роман Викторович, поздравляю вас. У вас только что родился сын, - радостно объявляет вошедшая в родзал медсестра.
– Вы ошиблись. У нас дочь, - поправляю медработницу, глядя на крошку, которая находится в сильных руках своего папы.
– В соседнем родзале вторая жена Романа Викторовича, - тут же принимается объяснять медсестра, - Роман Викторович просил сказать, если его вторая жена без него родит. Бегает, бедный, из одного родзала в другой. Хорошо, что вы обе хоть в одном роддоме рожаете, а то намучился бы мужик.
– Вы ошиблись. У нас дочь, - поправляю медработницу, глядя на крошку, которая находится в сильных руках своего папы.
– В соседнем родзале вторая жена Романа Викторовича, - тут же принимается объяснять медсестра, - Роман Викторович просил сказать, если его вторая жена без него родит. Бегает, бедный, из одного родзала в другой. Хорошо, что вы обе хоть в одном роддоме рожаете, а то намучился бы мужик.
– Мы изгоняем тебя, Весна! Ступай на Землю и попробуй растопить то, что растопить нельзя! Справишься, вернешься домой, а нет – сгинешь в зимней стуже.
Приговор двенадцати весенних сестер был суров. Но чего я, собственно, хотела? К нам, тринадцатым, всегда относились с пренебрежением. Мы же непутевые. Все-то у нас не так, как у других сезонных духов. Вот конкретно я всегда мечтала о теле. Обычном человеческом теле. Хотела ощутить прикосновение крепких мужских рук, почувствовать их тепло и вдохнуть запах любви. Настоящей земной любви.
И я ощутила на себе все это. Сполна. Только вот как выжить в нечеловеческих условиях, которые избрали для меня сестры, не знаю. И как не стать жертвой тех самых мужчин, о которых мечтала, тоже понятия не имею.
Но я не сдаюсь. Я, как никак, Весна! И даже на Земле обладаю своей магией.
Х.Э. 💘💘
Приговор двенадцати весенних сестер был суров. Но чего я, собственно, хотела? К нам, тринадцатым, всегда относились с пренебрежением. Мы же непутевые. Все-то у нас не так, как у других сезонных духов. Вот конкретно я всегда мечтала о теле. Обычном человеческом теле. Хотела ощутить прикосновение крепких мужских рук, почувствовать их тепло и вдохнуть запах любви. Настоящей земной любви.
И я ощутила на себе все это. Сполна. Только вот как выжить в нечеловеческих условиях, которые избрали для меня сестры, не знаю. И как не стать жертвой тех самых мужчин, о которых мечтала, тоже понятия не имею.
Но я не сдаюсь. Я, как никак, Весна! И даже на Земле обладаю своей магией.
Х.Э. 💘💘
Юрист Марк Соболев привык выигрывать дела — и избегать серьёзных отношений. Но одно резкое «нет» обиженной женщине запускает цепную реакцию: утром он — циничный адвокат, вечером — наследный принц демонов с крыльями, рогами и… грядущей свадьбой с орчанкой. Теперь Марку предстоит освоить орочий этикет, не погибнуть от кулака невесты и, главное, понять: может, проклятие — это шанс наконец влюбиться по‑настоящему?
Оливия и Томас мечтают стать родителями, но мечта никак не становится реальностью... Может, им нужно немного чуда?
« — Мы слишком серьезные, Оливка. Мы такие правильные, что Вселенная, глядя на нас, наверное, думает: «О, у этих двоих и так всё под контролем, им никто не нужен». Мы построили этот стерильный замок, в котором нет места для хаоса. А дети — это и есть хаос. »
« — Мы слишком серьезные, Оливка. Мы такие правильные, что Вселенная, глядя на нас, наверное, думает: «О, у этих двоих и так всё под контролем, им никто не нужен». Мы построили этот стерильный замок, в котором нет места для хаоса. А дети — это и есть хаос. »
Многодетная мать-одиночка вынуждена оставить своих детей на Новый год, чтобы спасти контракт эгоистичного босса.
Суета, переговоры, угощения, феерия… Бой курантов. Но в этом мире есть только они: два одиноких сердца, разочаровавшиеся в любви. Возможно ли чудо в Новогоднюю ночь?
***
- Да, понимаешь, Камил, - Муромцев вдруг начал прятать взгляд, водить пальцем по столу. – Сидели мы за ужином сегодня в ресторане, Рая с Луговым и Субботин со своей женой. И такая у них беседа прям теплая получалась, что аж зубы сводило. А потом на десерт принесли торт, там бисквит был лимонный, и он Субботину очень понравился. Попросил Людочку свою такой же испечь. Ну, Луговые загордились сразу. Мол, вон у них повар какой рукастый! А я возьми да скажи, - Владимир сделал театральную паузу. – Что моя невеста готовит офигенный лимонный бисквит по секретном рецепту итальянского монаха. И, главное, даже имя сразу родилось – Чебелли.
О! Вот это удар под дых, надо сказать. Невеста у него?
Суета, переговоры, угощения, феерия… Бой курантов. Но в этом мире есть только они: два одиноких сердца, разочаровавшиеся в любви. Возможно ли чудо в Новогоднюю ночь?
***
- Да, понимаешь, Камил, - Муромцев вдруг начал прятать взгляд, водить пальцем по столу. – Сидели мы за ужином сегодня в ресторане, Рая с Луговым и Субботин со своей женой. И такая у них беседа прям теплая получалась, что аж зубы сводило. А потом на десерт принесли торт, там бисквит был лимонный, и он Субботину очень понравился. Попросил Людочку свою такой же испечь. Ну, Луговые загордились сразу. Мол, вон у них повар какой рукастый! А я возьми да скажи, - Владимир сделал театральную паузу. – Что моя невеста готовит офигенный лимонный бисквит по секретном рецепту итальянского монаха. И, главное, даже имя сразу родилось – Чебелли.
О! Вот это удар под дых, надо сказать. Невеста у него?
В госпиталь с фронта привезли раненого бойца. И надо же такому случиться, по мере его выздоровления я все больше и больше влюблялась в него. Да что там влюблялась, жить и дышать без него не могла. А он после лечения пойдет воевать дальше.
Увидимся ли мы с ним когда-нибудь? Это война и там на каждом шагу его будут подстерегать опасности. Без него жить не могу, уйду на передовую, чтобы быть ближе к нему.
Увидимся ли мы с ним когда-нибудь? Это война и там на каждом шагу его будут подстерегать опасности. Без него жить не могу, уйду на передовую, чтобы быть ближе к нему.
Выберите полку для книги