Книги по тегу «настоящий мужчина»: ""
— Это что?
— Просто переписка.
— Просто? Ты называешь «скучаю, хочу тебя» — просто?
— Марин… не устраивай допрос.
— А ты не устраивай спектакль.
Он замолчал. Всегда молчал, когда не было, чем оправдаться. И в этой тишине я впервые поняла: то, что я считала семьёй, давно стало декорацией.
Никаких криков. Никаких угроз. Только короткое — «я всё поняла» и шаг в сторону, откуда уже не возвращаются.
А дальше — началась игра. Холодная, точная, с участием того, кто умеет бить без шума.
Мой начальник. Он не спрашивал, что случилось. Он просто посмотрел на моего мужа — и сказал тихо: «Теперь страдать будет он.»
И да… он сдержал слово.
— Просто переписка.
— Просто? Ты называешь «скучаю, хочу тебя» — просто?
— Марин… не устраивай допрос.
— А ты не устраивай спектакль.
Он замолчал. Всегда молчал, когда не было, чем оправдаться. И в этой тишине я впервые поняла: то, что я считала семьёй, давно стало декорацией.
Никаких криков. Никаких угроз. Только короткое — «я всё поняла» и шаг в сторону, откуда уже не возвращаются.
А дальше — началась игра. Холодная, точная, с участием того, кто умеет бить без шума.
Мой начальник. Он не спрашивал, что случилось. Он просто посмотрел на моего мужа — и сказал тихо: «Теперь страдать будет он.»
И да… он сдержал слово.
Меня топит. В прямом и переносном смысле. С потолка течёт вода, убивая мой ноутбук и остатки самообладания после измены бывшего. Я прихожу высказаться соседу сверху - незнакомому русоволосому парню с татуировками и вызывающим взглядом. Но вместо извинений он прижимает меня к стене и целует, как одержимый. Во мне бушуют шок, обида и совет подруги «найди кого-нибудь и оторвись». Его руки срывают с меня одежду, а я… я понимаю, что больше не хочу сопротивляться. Пусть топит! Я тону в нём, в этом дерзком, опасном наслаждении.
Вот только что ждёт меня на суше… когда потоп закончится и страсти улягутся?
Вот только что ждёт меня на суше… когда потоп закончится и страсти улягутся?
— Ты меня совсем не жалеешь?
— После того, что ты сделал? Нет.
— Я был дураком…
— Был? — усмехнулась я. — Нет, Тимур. Ты просто показал, кто ты есть.
Он ушёл к моей сестре. В одну ночь — разрушил дом, доверие, меня. А потом вернулся — будто ничего не случилось. Снова слова, обещания, жалкие попытки вернуть то, что сгорело. Что я сделаю? Уже решила. Но он ещё не знает — на этот раз больно будет не мне.
— После того, что ты сделал? Нет.
— Я был дураком…
— Был? — усмехнулась я. — Нет, Тимур. Ты просто показал, кто ты есть.
Он ушёл к моей сестре. В одну ночь — разрушил дом, доверие, меня. А потом вернулся — будто ничего не случилось. Снова слова, обещания, жалкие попытки вернуть то, что сгорело. Что я сделаю? Уже решила. Но он ещё не знает — на этот раз больно будет не мне.
– Ты… ты… – Виктория пошатнулась, хватая ртом воздух, словно не верила своим ушам.
– Я подаю на развод. Завтра же, – отрезал Андрей, указывая на открытую дверь. – А сейчас – вон отсюда! И чтоб духу твоего тут не было!
Виктория попятилась, натыкаясь спиной на своего ошарашенного спутника.
– Ты… ты пожалеешь! – заикаясь, выкрикнула она, пятясь к выходу. – Я тебя разорю! Я заберу всё, что смогу! В суд подам!
– Забирай! – выкрикнул Андрей в ответ. – Только убираться отсюда – вон!
– Я подаю на развод. Завтра же, – отрезал Андрей, указывая на открытую дверь. – А сейчас – вон отсюда! И чтоб духу твоего тут не было!
Виктория попятилась, натыкаясь спиной на своего ошарашенного спутника.
– Ты… ты пожалеешь! – заикаясь, выкрикнула она, пятясь к выходу. – Я тебя разорю! Я заберу всё, что смогу! В суд подам!
– Забирай! – выкрикнул Андрей в ответ. – Только убираться отсюда – вон!
Скромная Алиса всю жизнь жила по уставу отца. Одна ночь в клубе — красное платье, немного танцев и неприятностей — и её путь пересекается с Вадимом, брутальным хозяином ночи, который не верит в «нельзя». Чужая игра и опасная близость превращают «временную защиту» в плен у злодея. Сумеют ли они выбрать друг друга, когда ставки взлетят до небес?
— Та-дам! — взрываю хлопушку прямо над любовничками.
— Маша? — Игнат хлопает глазами. — Ты должна быть в командировке.
— Должна, но не обязана! — зло парирую. — А ты должен резать салатики! А не Дианку смаковать!
Игнат быстро вскакивает. Натягивает на тело футболку.
Перевожу взгляд с него на подругу. Диана стыдливо прикрывается пледом.
— Маш, ну а ты что хотела? Оставляешь мужика одного, сама вечно на работе, в разъездах. Ты даже в Новый год работаешь. Не любишь ты Игната! — Дианке палец в рот не клади. Она от рождения наглая. Будет до победного отстаивать свою правоту... даже если не права. Даже если переспала с чужим мужем.
— Маш, а ты чего вернулась-то? — мой муж явно мне не рад. В его глазах читается не стыд, не вина — раздражение. Словно это я помешала ему, а не он предал меня.
— На тебя — козла — посмотреть, Пахомов! — рычу я, чувствуя, как внутри все кипит.
— Маша? — Игнат хлопает глазами. — Ты должна быть в командировке.
— Должна, но не обязана! — зло парирую. — А ты должен резать салатики! А не Дианку смаковать!
Игнат быстро вскакивает. Натягивает на тело футболку.
Перевожу взгляд с него на подругу. Диана стыдливо прикрывается пледом.
— Маш, ну а ты что хотела? Оставляешь мужика одного, сама вечно на работе, в разъездах. Ты даже в Новый год работаешь. Не любишь ты Игната! — Дианке палец в рот не клади. Она от рождения наглая. Будет до победного отстаивать свою правоту... даже если не права. Даже если переспала с чужим мужем.
— Маш, а ты чего вернулась-то? — мой муж явно мне не рад. В его глазах читается не стыд, не вина — раздражение. Словно это я помешала ему, а не он предал меня.
— На тебя — козла — посмотреть, Пахомов! — рычу я, чувствуя, как внутри все кипит.
— Это что, Орлова? — офигел босс, увидев меня, спящую с сыном на диване его кабинета.
— Это мой сын, Вячеслав Александрович. Простите. Мне просто некуда было идти. Вы меня теперь уволите?
Я ушла из дома ночью.
Муж притащил в постель любовницу, а потом сказал, что мне пора привыкнуть.
Денег нет, друзей нет, мама мужа шипит, что я «позор семьи».
И я просто взяла сына на руки и пошла туда, где хоть немного света — на работу.
Но не знала, что в тот момент в офис войдёт он. Властный, холодный, опасный.
Босс, которого боятся даже мужчины.
— Это мой сын, Вячеслав Александрович. Простите. Мне просто некуда было идти. Вы меня теперь уволите?
Я ушла из дома ночью.
Муж притащил в постель любовницу, а потом сказал, что мне пора привыкнуть.
Денег нет, друзей нет, мама мужа шипит, что я «позор семьи».
И я просто взяла сына на руки и пошла туда, где хоть немного света — на работу.
Но не знала, что в тот момент в офис войдёт он. Властный, холодный, опасный.
Босс, которого боятся даже мужчины.
– Какого черта ты приперлась в мой дом?! – рычит муж.
И я просто теряю дар речи, когда слышу ответ:
– А что?! Я не имею права прийти к своему мужчине?!
Мое сердце пропускает удар, сжимается, колет. Слезы подкатывают к горлу, когда слышу ироничный голос мужа:
– Ты белены объелась?! Какому такому своему мужчине?! Знай свое место!
Кажется, что муж сейчас поставит зарвавшуюся женщину на место. Я все еще верю и надеюсь, что это ошибка какая-то… но следом слышу фразу:
– Ну знаешь, Воронцов, твоя женушка-наседка все равно ничего не поймет, даже если я под носом у нее станцую!
– Кристина! Следи за тем, кому и что ты говоришь!
– А что?! Я имею право, разве нет?!
– Ты. Пришла в мой дом! На мой праздник! Как ты посмела!
А затем мир рушится, разлетается на осколки, когда до меня долетает истеричный женский голос:
– А вот так! Я ношу твоего ребенка, Воронцов, так что хватит с меня!
И я просто теряю дар речи, когда слышу ответ:
– А что?! Я не имею права прийти к своему мужчине?!
Мое сердце пропускает удар, сжимается, колет. Слезы подкатывают к горлу, когда слышу ироничный голос мужа:
– Ты белены объелась?! Какому такому своему мужчине?! Знай свое место!
Кажется, что муж сейчас поставит зарвавшуюся женщину на место. Я все еще верю и надеюсь, что это ошибка какая-то… но следом слышу фразу:
– Ну знаешь, Воронцов, твоя женушка-наседка все равно ничего не поймет, даже если я под носом у нее станцую!
– Кристина! Следи за тем, кому и что ты говоришь!
– А что?! Я имею право, разве нет?!
– Ты. Пришла в мой дом! На мой праздник! Как ты посмела!
А затем мир рушится, разлетается на осколки, когда до меня долетает истеричный женский голос:
– А вот так! Я ношу твоего ребенка, Воронцов, так что хватит с меня!
Опасность угрожает им обоим. Король сражается против монстров в своем мире, героиня в нашем.
Но что их ждет, и как они смогут найти друг друга, и обрести счастье?
Я внезапно получила волшебный дар, и оказывается, только я могу видеть монстров и защищать людей. Но даже я не всесильна, и однажды меня спас от смерти загадочный сильный герой, который называет меня принцессой. Кто он такой? Но потом он увез в другой мир!
История будет в нескольких томах. Писать 1 книгу более 300тыс знаков нет смысла. Возможно будет 3 тома
Но что их ждет, и как они смогут найти друг друга, и обрести счастье?
Я внезапно получила волшебный дар, и оказывается, только я могу видеть монстров и защищать людей. Но даже я не всесильна, и однажды меня спас от смерти загадочный сильный герой, который называет меня принцессой. Кто он такой? Но потом он увез в другой мир!
История будет в нескольких томах. Писать 1 книгу более 300тыс знаков нет смысла. Возможно будет 3 тома
Два года я существовала в аду, называемом браком. Отдала мужу все: деньги, здоровье, время. Отказалась от мечты о ребенке — как растить малыша, когда его отец прикован к инвалидному креслу? Но всё оказалось ложью. Муж мог ходить. Особенно налево.
В попытке собрать себя по кусочкам, я решила присмотреть за домом дедушки. И в глухой деревне столкнулась с мужчиной, что настойчиво искал встречи, испепеляя пугающим взглядом.
Что ему нужно?
Ответ оказался простым, когда я нашла документы — дедуля связался с мошенниками.
В попытке собрать себя по кусочкам, я решила присмотреть за домом дедушки. И в глухой деревне столкнулась с мужчиной, что настойчиво искал встречи, испепеляя пугающим взглядом.
Что ему нужно?
Ответ оказался простым, когда я нашла документы — дедуля связался с мошенниками.
Выберите полку для книги