Книги по тегу «настоящий мужчина»: ""
Странный год, 1860-й. Уже скоро в России будет издан Манифест об освобождении крестьян, а в Лондоне построят первую ветку метро. Между Британией и Россией - ни войны, ни мира, и Её Величество Виктория посылает в Петербург доверенного человека, маркиза Рокингема, Эдварда Фицуильяма, прозванного в английской столице "индийским узником". Говорят, он видит всё и ни перед чем не сгибается. А ещё говорят, что по его вине пала всесильная Ост-Индская компания. И русский слишком труден для произношения, и русские морозы, а ехидная улыбка чиновника Третьего отделения не обещает лёгкой жизни. Но всё пустяки по сравнению с ясными глазами Елены Ланской, с которой нельзя быть и без которой быть невозможно.
- Помню. Помню. Только скажи честно. Ты что, никогда не нарушала эти правила? – в моей голове крутилась неотвязная мысль – я очень хочу продолжения. И готова нарушить все моральные запреты. Снова в груди закрутился сладостный водоворот, нагло стремящийся сорваться вниз, обжигая мою женскую суть и вызывая желание. Это какое-то наваждение. И я ничего не могла поделать с этим. Моя трезвая и холодная голова, мой выработанный скептицизм и подозрительность просто отошли в сторонку, чтоб не отсвечивать.
-Я? – Улька картинно вздернула брови. – Я –то нарушала. Но! Скажи, мне пожалуйста. Ты сможешь воткнуть ручку в глаз мужику, если он окажется не тем, кем прикидывается? Или хотя бы вилку в бедро? А костяшками пальцев в кадык?
Она испытывающе посмотрела на меня. Потом поджала уголок губы, кивнула и назидательным тоном произнесла:
- То-то же! А я могу!
-Я? – Улька картинно вздернула брови. – Я –то нарушала. Но! Скажи, мне пожалуйста. Ты сможешь воткнуть ручку в глаз мужику, если он окажется не тем, кем прикидывается? Или хотя бы вилку в бедро? А костяшками пальцев в кадык?
Она испытывающе посмотрела на меня. Потом поджала уголок губы, кивнула и назидательным тоном произнесла:
- То-то же! А я могу!
Он выжил, когда его легион был стёрт с лица земли ангельским светом. Он выбрался из рва, полного трупов своих братьев. Он обрёл новую цель, навязанную древней силой, жаждущей освобождения.
Теперь Мел путешествует по чуждому миру. В груди — холодный компас, ведущий к забытым алтарям. За спиной — тень инквизитора, чувствующего скверну. Рядом — призраки прошлого и ненадёжный попутчик, чья помощь может стоить дороже предательства.
Это история не о герое и не о злодее. Это история о солдате, который устал быть пешкой и теперь вынужден играть в игру, правил которой не знает, а ставкой в которой является его душа.
Теперь Мел путешествует по чуждому миру. В груди — холодный компас, ведущий к забытым алтарям. За спиной — тень инквизитора, чувствующего скверну. Рядом — призраки прошлого и ненадёжный попутчик, чья помощь может стоить дороже предательства.
Это история не о герое и не о злодее. Это история о солдате, который устал быть пешкой и теперь вынужден играть в игру, правил которой не знает, а ставкой в которой является его душа.
— Чей это ребёнок, Катя?
Я стояла посреди больничной палаты, держа за руку своего пятилетнего сына, и смотрела на человека, которого шесть лет назад вычеркнула из своей жизни навсегда.
— Мам, а почему дядя спрашивает, чей я? — Саша дёрнул меня за руку. — Я твой.
Максим смотрел на мальчика — на его брови, его подбородок, его манеру сжимать губы, когда упорствует, — и я видела, как в его голове складывается арифметика быстрее, чем я успевала придумать хоть одну ложь.
— Сколько ему лет? — спросил он.
Я ушла от генерала Гордеева шесть лет назад, когда нашла в его телефоне переписку с другой женщиной. Ушла в тапочках, с одной сумкой. Через три недели узнала, что беременна. И решила: он никогда не узнает.
Шесть лет я растила сына одна. Работала медсестрой в военном госпитале, брала сверхурочные, не спала ночами. Ни разу не попросила у него ни копейки.
А потом генерал Гордеев получил тяжёлое ранение — и его привезли в мой госпиталь. На мою смену. В мою палату. И его жизнь оказалась в м
Я стояла посреди больничной палаты, держа за руку своего пятилетнего сына, и смотрела на человека, которого шесть лет назад вычеркнула из своей жизни навсегда.
— Мам, а почему дядя спрашивает, чей я? — Саша дёрнул меня за руку. — Я твой.
Максим смотрел на мальчика — на его брови, его подбородок, его манеру сжимать губы, когда упорствует, — и я видела, как в его голове складывается арифметика быстрее, чем я успевала придумать хоть одну ложь.
— Сколько ему лет? — спросил он.
Я ушла от генерала Гордеева шесть лет назад, когда нашла в его телефоне переписку с другой женщиной. Ушла в тапочках, с одной сумкой. Через три недели узнала, что беременна. И решила: он никогда не узнает.
Шесть лет я растила сына одна. Работала медсестрой в военном госпитале, брала сверхурочные, не спала ночами. Ни разу не попросила у него ни копейки.
А потом генерал Гордеев получил тяжёлое ранение — и его привезли в мой госпиталь. На мою смену. В мою палату. И его жизнь оказалась в м
ОДНОТОМНИК Варя Орлова — умная, язвительная и обожжённая предательством женщина. Демид Воскресенский — холодный владелец холдинга, решивший жениться по расчёту. Он предлагает ей фиктивный брак. Она отказывает. Но Демид не привык отступать. Так начинается их история: борьба характеров, ревность, бывшие, офисные сплетни и медленное, неизбежное сближение. Это роман о том, как любовь приходит как катастрофа — и оказывается домом.
1️⃣ часть.
История Анфисы и Кондрата из "Игра в любовь".
Анфиса, двадцатипятилетняя мажорка из обеспеченной семьи, летит на Бали на ретрит — залечить разбитое сердце: парень ушёл к «самодостаточной» девушке, которая умеет готовить и работать. Чтобы доказать себе и миру, что справится, она даёт обет молчания на неделю и загадывает: если выдержит — встретит мужчину своей мечты. На пляже она случайно знакомится с заросшим мужиком. Бомж — решает она.
Кондрат, обычный вахтовик с севера, прилетел на Бали один — свадьба не состоялась, невеста изменила. Медовый месяц уже оплачен, и он решил, что добру пропадать не стоит. Неделя отдыха, океан, закаты — и случайная встреча с девушкой, которая плакала в одиночестве.
Несколько совместных вечеров на пляже — танцы без музыки, купание под луной, щенок Веня, который укладывается между ними, — и два разбитых сердца начинают биться вместе.
История Анфисы и Кондрата из "Игра в любовь".
Анфиса, двадцатипятилетняя мажорка из обеспеченной семьи, летит на Бали на ретрит — залечить разбитое сердце: парень ушёл к «самодостаточной» девушке, которая умеет готовить и работать. Чтобы доказать себе и миру, что справится, она даёт обет молчания на неделю и загадывает: если выдержит — встретит мужчину своей мечты. На пляже она случайно знакомится с заросшим мужиком. Бомж — решает она.
Кондрат, обычный вахтовик с севера, прилетел на Бали один — свадьба не состоялась, невеста изменила. Медовый месяц уже оплачен, и он решил, что добру пропадать не стоит. Неделя отдыха, океан, закаты — и случайная встреча с девушкой, которая плакала в одиночестве.
Несколько совместных вечеров на пляже — танцы без музыки, купание под луной, щенок Веня, который укладывается между ними, — и два разбитых сердца начинают биться вместе.
Отец отдал меня за долг. Я шла через чужой двор в платке и водолазке, под которой пряталось то, из-за чего меня когда-то бросил жених, — ожог от ключицы до уха.
Бекхан не спросил про шрам ни разу. Зато на первом же ужине спросила гостья:
— Вы та самая, кого Бекхан взял из жалости?
— Нет, — сказала я. — Я та, кого он выбрал.
Я ответила раньше, чем успела испугаться, и только потом поняла, что впервые за пятнадцать лет не опустила глаза.
А он дал мне то, чего у меня никогда не было, — выбор. Ключи на крючке, деньги в ящике, дверь не заперта: уезжай в любую минуту. Оставалось понять, хочу ли я уезжать.
Бекхан не спросил про шрам ни разу. Зато на первом же ужине спросила гостья:
— Вы та самая, кого Бекхан взял из жалости?
— Нет, — сказала я. — Я та, кого он выбрал.
Я ответила раньше, чем успела испугаться, и только потом поняла, что впервые за пятнадцать лет не опустила глаза.
А он дал мне то, чего у меня никогда не было, — выбор. Ключи на крючке, деньги в ящике, дверь не заперта: уезжай в любую минуту. Оставалось понять, хочу ли я уезжать.
— Ты думаешь, что можешь просто так уйти? Я не позволю.
Он схватил меня за руку. Больно. Я вскрикнула и попыталась вырваться.
— Отпусти меня!
— Никогда, — он притянул меня к себе. — Ты будешь моей. Или ничьей.
Наконец закончив токсичные отношения, я поклялась себе никого больше не подпускать. Пока не узнала о намерениях начальника. Но может ли он дать мне ту самую долгожданную свободу и самое главное — защитить от прошлого?
Он схватил меня за руку. Больно. Я вскрикнула и попыталась вырваться.
— Отпусти меня!
— Никогда, — он притянул меня к себе. — Ты будешь моей. Или ничьей.
Наконец закончив токсичные отношения, я поклялась себе никого больше не подпускать. Пока не узнала о намерениях начальника. Но может ли он дать мне ту самую долгожданную свободу и самое главное — защитить от прошлого?
ОТОРВАННАЯ ПУГОВИЦА. СЪЕДЕННЫЙ ПРИНТЕРОМ КОНТРАКТ. И ДВА АЛЬФА-САМЦА, КОТОРЫЕ ВДРУГ РЕШИЛИ, ЧТО Я — ИХ.
— Сегодня вечером мы с тобой ужинаем. Заеду в восемь, — наглый миллиардер вальяжно откидывается в кресле, откровенно пялясь на моё декольте.
Я своими руками скормила принтеру их многомиллионный договор! У меня ипотека, кредит и вечно голодный кот. Но я не подстилка для богатеев!
— Нет! Увольняйте! — я в ярости опрокидываю тяжелое кресло и с грохотом хлопаю дверью.
Только вот уволиться не выйдет. По закону впереди две недели отработки, за которые мой похотливый начальник отдела пообещал «выжать из меня все соки». А на парковке меня уже поджидает сам генеральный на черном внедорожнике. И, кажется, просто так меня никто не отпустит.
— Сегодня вечером мы с тобой ужинаем. Заеду в восемь, — наглый миллиардер вальяжно откидывается в кресле, откровенно пялясь на моё декольте.
Я своими руками скормила принтеру их многомиллионный договор! У меня ипотека, кредит и вечно голодный кот. Но я не подстилка для богатеев!
— Нет! Увольняйте! — я в ярости опрокидываю тяжелое кресло и с грохотом хлопаю дверью.
Только вот уволиться не выйдет. По закону впереди две недели отработки, за которые мой похотливый начальник отдела пообещал «выжать из меня все соки». А на парковке меня уже поджидает сам генеральный на черном внедорожнике. И, кажется, просто так меня никто не отпустит.
Через три дня я должна была выйти замуж. А сегодня стою на пороге спальни с чехлом свадебного платья: мой жених обнимает лучшую подругу. 💔
Я вернулась раньше из-за перенесённой доставки. Вот только Кира совсем не выглядит застигнутой врасплох. Неужели это не случайность?
Семь лет я ждала нашей свадьбы. Теперь покупаю билет в Рио. ✈️ Португальский я знаю — работаю переводчицей. А вот как пережить предательство, меня не учили.
Может, помогут океан, карнавал и Матеус — бразилец с сильными руками и нахальным попугаем Чико? 🌊🦜
Я уезжала, чтобы собрать себя заново. Но хватит ли смелости довериться мужчине, рядом с которым снова хочется жить и любить? ❤️
Я вернулась раньше из-за перенесённой доставки. Вот только Кира совсем не выглядит застигнутой врасплох. Неужели это не случайность?
Семь лет я ждала нашей свадьбы. Теперь покупаю билет в Рио. ✈️ Португальский я знаю — работаю переводчицей. А вот как пережить предательство, меня не учили.
Может, помогут океан, карнавал и Матеус — бразилец с сильными руками и нахальным попугаем Чико? 🌊🦜
Я уезжала, чтобы собрать себя заново. Но хватит ли смелости довериться мужчине, рядом с которым снова хочется жить и любить? ❤️
Выберите полку для книги