Книги по тегу «невинная героиня»: ""

Он — ледяной, блестящий врач, который смотрит на меня как на медицинский случай. Я для него — всего лишь история болезни с опасной рваной раной. Но однажды я спросила: «Почему вы стали доктором?» — и в его пустых глазах что-то дрогнуло.

Сначала были ночные разговоры. Потом его голос, вводящий меня в транс на «легальных» сеансах релаксации. А затем — руки, которые под видом лечения делали то, от чего я теряла рассудок.

Он предупреждал: «Это неправильно». Он уходил, оставляя меня гореть от стыда и желания. Но когда доктор Волков впервые назвал меня по имени, а потом поцеловал так, что рухнули все стены, — стало поздно отступать.

Мы перешли черту. Я выздоровела, и теперь нам предстоит встретиться за стенами больницы. Чтобы понять: то, что между нами — просто зависимость или та самая терапия желанием, которая лечит не только тело?

— Мне никто не говорил «нет», Василиса.
Макс наклоняется ближе, загоняя меня спиной к стене.
— Значит, я буду первой.
— Дерзкая, - усмехаясь произносит. - Люблю таких.
— А ты смелый. Так и тянет проверить… насколько у тебя хорошая реакция.
Резко дёргаю металлическую пряжку вверх, которая ударяется прямо о его каменный пресс.
***
Я всего лишь попросила незнакомого парня донести коробки.
Кто же знал, что Макс Сафин — главный мажор университета, которому девушки не говорят «нет»?
Ну вот. Теперь говорят.
Я вообще думала, он обидится.
А он почему-то решил, что я — его следующая цель.
И судя по тому, как этот ненормальный улыбается, моё «нет» ему понравилось гораздо больше, чем должно было.

Сегодня будет один из самых лучших моих дней на новой работе: нашей маленькой компании исполняется пять лет, и мы всей небольшой командой едем за город на корпоратив.
Наша фирма занимается международными перевозками, и коллектив сугубо мужской: и в этом, определённо, есть свои преимущества.

Тем более мне так нравится Рома из отдела логистики. Высокий, красивый и подтянутый...

Но что-то пошло не так, и, кажется, мой весёлый праздник превратился в игру на выживание.

Вас ждёт развязка, которой никто не ожидал...

***

— Нет, — из груди вырывается жалобный писк. — Подождите.
— Чего нам ждать? — целует, оставляя клеймо на нежной коже. — У тебя было время. Ты сама сюда пришла, сама выбрала свою судьбу. А уйти сможешь только тогда, когда я разрешу.
Тело дрожит и пульсирует от грубых, пошлых прикосновений.
— Кто вы? Скажите, как вас зовут? — впиваюсь ногтями в руки незнакомца. — Я вас знаю?
— Слишком много вопросов, на которые не будет ответа.
Если бы я знала, кем окажется мой спаситель, я бы убежала, не раздумывая. Но уже поздно, он не отпустит меня.
Я хотела спасти папу и брата, но попала в лапы влиятельного, опасного незнакомца.
Теперь я — его секрет. Его порочный, невинный секрет. Никто не должен узнать о нас. Никто не должен знать, что я принадлежу ему.

— У нас с тобой нет вариантов, — надвигается он на меня. — Ты принимаешь мое предложение и становишься моей женой, и твоему отцу не остается ничего иного, кроме как заключить перемирие.
— Разве недостаточно того, что ты меня похитил? — смотрю на мужчину, что держит меня в подвале.
— Нет, принцесса. Твой отец ни за что не признается, что его незаконную дочь, которую он так упорно прятал, украли и надругались над ней.
— Надругались? — вздрагиваю в ужасе, но он игнорирует.
— Ему проще будет забыть о тебе. Но если его главный противник женится на ней, тогда ему будет выгодно признать тебя и заключить мир.
— Все не так… — хочу возразить, пока она надвигается на меня, снимая часы с запястья. — Вы же не тронете меня?
— Я? Теперь ты моя невеста, хочешь ты того или нет, — расстегивает рубашку. — Пришла пора узнать друг друга ближе.


Меня похитили посреди дня прямо во дворе университета, и запихнули в багажник. А когда привезли к человеку, который заказал все это, выяснилось, что

Я сняла квартиру и попала в ловушку. Хан сказал, что теперь я отрабатываю долг. В полиции развели руками — бесполезно. А потом я вцепилась в рукав незнакомца. Он уничтожил Хана одним звонком и приказал: «Иди за мной». Теперь я живу в его доме. Он — военный. Холодный, стальной, опасный. Он спас меня, но требует полного подчинения. Только одна проблема: я влюбляюсь в своего тюремщика. Но сможет ли эта ледяная глыба тоже растаять?

Меня выдают за бандита, а я прыгаю из окна прямо в кусты сирени. Знакомьтесь: моя новая жизнь.

Внизу — десять человек мафии и отчим-предатель. А ещё он. Стоит чуть поодаль в идеальном смокинге и смотрит так, будто я — мусор под его лакированной туфлей. Ледяное презрение. Чистое, концентрированное.

— Я предлагаю сделку, — говорит он позже, запершись со мной в комнате. — Фиктивный брак.

— Ты с дуба рухнул?

Он усмехается. Впервые. Хищно, заинтересованно.

— Это ты рухнула. С окна. Прямо ко мне в руки. Посмотрим, чья возьмёт.

Константин Корсаков — лучший кардиохирург страны, ледяной Дракула в дорогом костюме. Он купил меня у отчима, как вещь. Запер в золотой клетке. Решил, что может командовать.

Но он не знает одного: меня не сломать.

И даже если его губы на моей шее жгут больнее огня, а сердце колотится где-то в пятках — я не сдамся. Пусть этот напыщенный индюк в смокинге думает, что победил. Посмотрим, кто кого приручит, Дракула.

Я прилетела в Дубай по контракту гувернантки, а очнулась на шёлковых простынях гарема. Меня украли, усыпили, продали как товар. Вокруг — пустыня, которая убьёт быстрее любой стражи, и женщины, давно сломавшиеся. Но я не сдаюсь. Даже когда он входит.

— Дикая кошка, — его пальцы сжимают мой подбородок. — Надеюсь, не сломаешься слишком быстро.

— Я кусаюсь, — отвечаю я, хотя колени трясутся. — И не прошу пощады.

Он усмехается, отпускает меня и уходит. А я остаюсь в этой золотой клетке с одной мыслью: он хочет видеть мой страх — я покажу ему ярость. Голод, скорпионы, унижения — пусть попробует сломать. Но если я упаду, то только для того, чтобы встать и ударить первой.

— Не отводи глаз. Смотри, как они свободны. В своём выборе. В своей боли. В своём удовольствии. Это язык. Самый честный из всех.
— Я не могу…
— Смотри.
Его руки на моих плечах, тяжёлые и неумолимые. В зале, залитом красным неоном, двое танцуют на грани боли и экстаза. А он стоит за моей спиной и дышит в самое ухо:
— Ты чувствуешь эту силу?
Я чувствую. Она бьёт в живот, горячая и стыдная. Его пальцы скользят по моему боку, вниз, останавливаются там, где дрожит всё тело.
— Твоё тело уже знает правду. Оно уже говорит на этом языке. Тебе остаётся только перестать его стыдиться.
Его ладонь прижимается ко мне — жёстко, без права на отказ.
— Видишь? — шепчет он, глядя на моё отражение в зеркале. — Теперь это твоё.

— Доктор…
Звучит как мольба. Или как признание.
— Хасан, — поправляет он тихо, и его голос теперь грубый, лишённый всяких бархатных интонаций. — Здесь, в этой темноте, я не твой доктор.
Его рука отпускает моё запястье. Прощай, последняя точка опоры. Пальцы поднимаются к моему лицу. Они проводят по моей щеке — прикосновение обжигающее, почти невесомое. Задевают мочку уха, и я вздрагиваю всем телом. Затем впиваются в мои волосы, в тугой, аккуратный пучок, который я собирала сегодня утром с такой тщательностью.

Хасан разрушает его.
Шелковистые пряди падают на плечи, на шею. Он запускает пальцы глубже, сжимает, и лёгкая боль смешивается с немыслимым наслаждением.
И наклоняется.
Его дыхание, горячее, прерывистое, смешивается с моим. Я чувствую его губы так близко, что между нами остаётся лишь слой влажного воздуха.
Первый поцелуй — это захват.
Его губы, властные, опытные, точно знающие, что делают, прижимаются к моим, заставляя их раскрыться. Я не умею целоваться вот так...