Книги по тегу «от ненависти до любви»: ""
Я очнулась в чужом теле в тот момент, когда незнакомая женщина — то есть я — купила за последние деньги заброшенный Дом городских прошений. Через тридцать дней я должна доказать, что он снова нужен городу, иначе потеряю все.
Ни сотрудников, ни денег, ни знаний местных законов — зато уже есть первый заявитель, следы странных сделок и председатель Палаты Ортейн Реваль: беспощадно точный судья и дракон, который уверен, что я что-то скрываю. И он прав.
Пока я учусь быть Лиассой Мерн и возвращаю Дом к жизни, чужие жалобы складываются в одну опасную карту. Кто-то скупает Южный район до объявления большого городского проекта.
И чем ближе мы с Ортейном к правде, тем труднее решить, что опаснее: заговор вокруг Дома или человек, которому я впервые хочу доверить свое настоящее имя.
Ни сотрудников, ни денег, ни знаний местных законов — зато уже есть первый заявитель, следы странных сделок и председатель Палаты Ортейн Реваль: беспощадно точный судья и дракон, который уверен, что я что-то скрываю. И он прав.
Пока я учусь быть Лиассой Мерн и возвращаю Дом к жизни, чужие жалобы складываются в одну опасную карту. Кто-то скупает Южный район до объявления большого городского проекта.
И чем ближе мы с Ортейном к правде, тем труднее решить, что опаснее: заговор вокруг Дома или человек, которому я впервые хочу доверить свое настоящее имя.
Ради больного брата я пошла в запретную чащу и нарушила закон Леса. Теперь у меня есть выбор: умереть или на тридцать дней стать собственностью двух его заступников. Кто же знал, что эти заступники такие красивые?..
ПРОДОЛЖЕНИЕ "ИЗМЕНА. Я СТАНУ ТВОИМ КОШМАРОМ".
Я выбрала Тайлера. Тихую гавань. Человека, который никогда не предаст. Я люблю его. Но Джей не отступает — он повсюду, он манипулирует, он играет. Один поцелуй в заброшенном особняке — и моя жизнь снова разбита. Кто-то прислал Тайлеру фотографию. И он ушёл. Исчез. Оставив лишь записку: «Я всё понял. Не ищи меня».
Но Тайлер не тот, кем кажется. У него есть тайна. И у Джея есть тайна. И у моей лучшей подруги, которая предала меня, — тоже. Теперь я не знаю, кто друг, а кто враг. Война за меня разгорается с новой силой. И когда я нахожу на полу ключи Тайлера — я понимаю: он не ушёл. Его забрали.
Я больше не та женщина, которая сбегает. И я верну своего мужчину. Чего бы это ни стоило.
Вторая книга дилогии. Страсть на грани одержимости. Тайны, которые разрушают. И любовь, за которую стоит убивать.
Я выбрала Тайлера. Тихую гавань. Человека, который никогда не предаст. Я люблю его. Но Джей не отступает — он повсюду, он манипулирует, он играет. Один поцелуй в заброшенном особняке — и моя жизнь снова разбита. Кто-то прислал Тайлеру фотографию. И он ушёл. Исчез. Оставив лишь записку: «Я всё понял. Не ищи меня».
Но Тайлер не тот, кем кажется. У него есть тайна. И у Джея есть тайна. И у моей лучшей подруги, которая предала меня, — тоже. Теперь я не знаю, кто друг, а кто враг. Война за меня разгорается с новой силой. И когда я нахожу на полу ключи Тайлера — я понимаю: он не ушёл. Его забрали.
Я больше не та женщина, которая сбегает. И я верну своего мужчину. Чего бы это ни стоило.
Вторая книга дилогии. Страсть на грани одержимости. Тайны, которые разрушают. И любовь, за которую стоит убивать.
Служители Магистрата спасают обреченных, возвращают мирам изобилие и годами подавляют собственные эмоции. Но Лира — эмпат, и слишком хорошо чувствует чужие переживания, чтобы поверить в их безупречность.
Выкупленная из рабства, она скрывает тайну, за которую Магистрат не прощает. Ее куратор Ардан — лучший Цензор: бесстрастный, беспощадный и привыкший все контролировать.
Но еще опаснее загадочный принц-пленник. Ему достаточно двадцати секунд прикосновения, чтобы проникнуть в чужую память.
Лира оказывается между двух огней. Но все трое понятия не имеют, в какой опасный водоворот их закинет судьба.
Выкупленная из рабства, она скрывает тайну, за которую Магистрат не прощает. Ее куратор Ардан — лучший Цензор: бесстрастный, беспощадный и привыкший все контролировать.
Но еще опаснее загадочный принц-пленник. Ему достаточно двадцати секунд прикосновения, чтобы проникнуть в чужую память.
Лира оказывается между двух огней. Но все трое понятия не имеют, в какой опасный водоворот их закинет судьба.
Операция началась в десять вечера.
Вера шла рядом с Марком, чувствуя, как сердце колотится. Они вошли в склад. Внутри были Ростовцев, Громов и двое охранников.
— Привёл, — сказал Марк, толкая Веру вперёд. — Как обещал.
Ростовцев усмехнулся.
— Хорошо. А теперь — убей её.
Марк достал пистолет. Направил на Веру.
Она замерла, чувствуя, как кровь стынет в жилах. Даже зная план — она боялась.
— Ну? — поторопил Ростовцев.
Марк нажал на курок.
Раздался выстрел.
Но Вера не упала.
Она посмотрела на Марка — и увидела, что он стрелял в потолок.
— Что?! — закричал Ростовцев.
— Извини, Игорь Викторович, — спокойно сказал Марк. — Но я передумал.
В этот момент в здание ворвалась группа захвата.
— Всем стоять! Руки за голову!
Ростовцев схватил пистолет, но было поздно. Охранники сдались сразу. Громов упал на колени. Ростовцев стрелял — но промахнулся. Марк толкнул Веру за колонну, сам упал рядом, прикрывая её телом.
— Не двигайся, — прошептал он.
Она кивнула, чувствуя, как его сердце.
Вера шла рядом с Марком, чувствуя, как сердце колотится. Они вошли в склад. Внутри были Ростовцев, Громов и двое охранников.
— Привёл, — сказал Марк, толкая Веру вперёд. — Как обещал.
Ростовцев усмехнулся.
— Хорошо. А теперь — убей её.
Марк достал пистолет. Направил на Веру.
Она замерла, чувствуя, как кровь стынет в жилах. Даже зная план — она боялась.
— Ну? — поторопил Ростовцев.
Марк нажал на курок.
Раздался выстрел.
Но Вера не упала.
Она посмотрела на Марка — и увидела, что он стрелял в потолок.
— Что?! — закричал Ростовцев.
— Извини, Игорь Викторович, — спокойно сказал Марк. — Но я передумал.
В этот момент в здание ворвалась группа захвата.
— Всем стоять! Руки за голову!
Ростовцев схватил пистолет, но было поздно. Охранники сдались сразу. Громов упал на колени. Ростовцев стрелял — но промахнулся. Марк толкнул Веру за колонну, сам упал рядом, прикрывая её телом.
— Не двигайся, — прошептал он.
Она кивнула, чувствуя, как его сердце.
Я приезжаю на объект, чтобы устроить разнос рабочим, но вместо этого вынужден сам надеть робу и спасать элитный канадский кедр.
В самый разгар работы появляется капризная городская фифа и начинает меня, владельца строительного холдинга, яростно отчитывать.
Я мог бы пресечь это за секунду. Но её высокомерие заводит сильнее, чем её идеальная фигура и каблуки.
Я играю роль прораба, чтобы проучить строптивую барышню. Однако судьба подкидывает джокера: ливень размывает дороги, и мы остаемся на стройке вдвоем.
На ней — мокрое платье, на мне — грубая роба. Между нами — пропасть социальных статусов и… один шаг до запретной близости.
В самый разгар работы появляется капризная городская фифа и начинает меня, владельца строительного холдинга, яростно отчитывать.
Я мог бы пресечь это за секунду. Но её высокомерие заводит сильнее, чем её идеальная фигура и каблуки.
Я играю роль прораба, чтобы проучить строптивую барышню. Однако судьба подкидывает джокера: ливень размывает дороги, и мы остаемся на стройке вдвоем.
На ней — мокрое платье, на мне — грубая роба. Между нами — пропасть социальных статусов и… один шаг до запретной близости.
Сидела Мавка, скучала. Помирала от жары местной. Как вдруг явился "чёрт" рыжий, с удочкой. И после этого, потеряла дева покой. Начала строить каждый день подлянки этому наглецу. А после- влюбилась неожиданно.
Но взаимно ли это?
Ведь у него кто-то есть. И эту белобрысую срамоту она в зенки свои видела и косы хотела повыдергивать.
Но взаимно ли это?
Ведь у него кто-то есть. И эту белобрысую срамоту она в зенки свои видела и косы хотела повыдергивать.
Но счастье оказалось хрупким. Через неделю после той ночи Елизавета нашла в кабинете Кирилла документы, которые перевернули всё.
Это были отчёты его юристов. Датируемые ещё до их свадьбы. Из них следовало, что Кирилл знал о проблемах её отца задолго до того, как предложил сделку. Более того — он сам спровоцировал эти проблемы, скупив долги компании Морозовых через подставные фирмы.
Елизавета сидела на полу его кабинета, держа в руках бумаги, и чувствовала, как мир рушится во второй раз. Всё было ложью. Его забота, его нежность, его признание в любви — всё это было частью плана. Он не спас её семью. Он загнал её в ловушку.
Когда Кирилл вошёл в кабинет и увидел её с документами, его лицо побледнело.
— Лиза...
— Не смей, — она встала, и её голос был ледяным. — Не смей называть меня так.
— Дай мне объяснить.
— Объяснить? Что ты разрушил мою семью, чтобы получить меня? Что вся эта свадьба, этот брак, эти ночи — всё это было расчётом?
— Нет! — он шагнул к ней.
Это были отчёты его юристов. Датируемые ещё до их свадьбы. Из них следовало, что Кирилл знал о проблемах её отца задолго до того, как предложил сделку. Более того — он сам спровоцировал эти проблемы, скупив долги компании Морозовых через подставные фирмы.
Елизавета сидела на полу его кабинета, держа в руках бумаги, и чувствовала, как мир рушится во второй раз. Всё было ложью. Его забота, его нежность, его признание в любви — всё это было частью плана. Он не спас её семью. Он загнал её в ловушку.
Когда Кирилл вошёл в кабинет и увидел её с документами, его лицо побледнело.
— Лиза...
— Не смей, — она встала, и её голос был ледяным. — Не смей называть меня так.
— Дай мне объяснить.
— Объяснить? Что ты разрушил мою семью, чтобы получить меня? Что вся эта свадьба, этот брак, эти ночи — всё это было расчётом?
— Нет! — он шагнул к ней.
Меня зовут Аделина Вейн. Дочь Главного Инквизитора. Я стояла у алтаря с ненавистным женихом, когда в собор ворвался эльф с запиской «БЕГИ». Я закричала «Пожар!» и сбежала с ним.
Теперь за нами охотится Инквизиция, мой бывший жених мечтает выкачать из моего эльфа магию до последней руны, а отец, кажется, никогда меня не простит. Но главная проблема — связь. Та самая, эльфийская. Навсегда. Если я скажу «да» — перестану быть человеком. Если «нет» — потеряю его.
Кажется, я уже сделала выбор.
Теперь за нами охотится Инквизиция, мой бывший жених мечтает выкачать из моего эльфа магию до последней руны, а отец, кажется, никогда меня не простит. Но главная проблема — связь. Та самая, эльфийская. Навсегда. Если я скажу «да» — перестану быть человеком. Если «нет» — потеряю его.
Кажется, я уже сделала выбор.
Жизнь тридцативосьмилетнего финансового аналитика Киры всегда была подчинена строгому расписанию и тотальному контролю. Однако тайный аудит на роскошной южной верфи оборачивается смертельно опасной игрой, когда на горном серпантине у её машины отказывают тормоза. Спасение приходит в лице Артура — харизматичного владельца яхт-клуба с криминальным прошлым, которого Кира должна была уничтожить. Отрезанные от мира на уединённой вилле под шум шторма, они оказываются во власти первобытной и неудержимой страсти. Теперь Кире, привыкшей контролировать каждый свой шаг, придётся принять самый сложный вызов и полностью капитулировать перед зрелым мужчиной, который сильнее неё.
Выберите полку для книги